#Россия и мир

Единственная проблема Путина

09.03.2020 | Владислав Иноземцев*

Эпидемия коронавируса и падение цен на нефть создают неблагоприятный фон для любых действий Кремля, не говоря о масштабной политической пертурбации. У властей появился предлог, чтобы отложить авантюру, считает экономист Владислав Иноземцев, но вряд ли они этим шансом воспользуются

Владислав Иноземцев.
Последние недели страна и мир проводят под знаком повышенной нервозности: эпидемия коронавируса, вырвавшаяся за пределы Китая; серьёзные потрясения на мировых финансовых рынках; раздрай в ОПЕК+ по вопросу о методах противостояния снижению цен на нефть. Эксперты и публицисты наперебой оценивают угрозы, которые способны в той или иной мере дестабилизировать ситуацию в России, выведя её из состояния полудрёмы, в котором наше общество пребывает достаточно давно. И возникает практически консенсусное мнение, согласно которому основными угрозами выглядят собственно эпидемия нового гриппа, последствия потенциального финансового кризиса и возможные неудачи власти во внешней политике.

Преодолимые трудности

На мой взгляд, вопрос следовало бы поставить как минимум немного иначе. По состоянию на «здесь и сейчас» в мире пока не произошло ничего особенно страшного. Число жертв коронавируса составляет около 3 тыс. человек и не идёт ни в какое сравнение ни с предшествующими эпидемиями (в 1967–1968 гг. в мире от подобного вируса умерло больше 1 млн. человек), ни с сезонными обострениями известных болезней (за эту зиму только в США от обычного гриппа скончалось более 16 тыс. пациентов).

Удар по всемирной экономике пока не запредельно силён; он вполне может ограничиться «перестраховавшимся» Китаем, но даже там в последние дни заметен рост хозяйственной активности. Что же касается США, то пока можно говорить лишь об устранении «спекулятивного навеса» над фондовым рынком, в то время как сама экономика остаётся в здоровом состоянии и поддержана снижением процентной ставки.

Для России не происходит ничего, что могло бы резко обрушить её экономику. Санкции могли бы аукаться гораздо громче, если бы власть задумалась над тем, насколько они угрожают долгосрочным задачам развития — но об отдалённом будущем в Кремле вообще не задумываются

Нефть пребывает на приемлемых для российского бюджета уровнях; даже провал державшегося три года соглашения ОПЕК+ вряд ли опустит котировки ниже $45/баррель (при этом позволяя России отчасти компенсировать падение цен ростом добычи), а очередное примирение Владимира Путина и Реджепа Эрдогана пусть и не поставит точку в сирийском кризисе, но наверняка снимет ряд наиболее острых проблем.

С экономической точки зрения для России не происходит ничего, что могло бы резко обрушить её экономику. Нельзя не признать, что в последние годы она существенно изменилась, став намного менее восприимчивой к внешним шокам. Падение цен на нефть откликается умеренной девальвацией, но последняя не приводит к инфляции, так как потребительский спрос слишком слаб, чтобы «разгонять» цены. Бюджет в 2018–2019 гг. сводился с рекордными профицитами, резервные фонды наполнены «под завязку», и нет причин не соглашаться с Антоном Силуановым, считающим, что и при $30/баррель все основные выплаты из казны можно осуществлять ещё несколько лет.

Санкции могли бы аукаться гораздо громче, если бы власть задумалась над тем, насколько они угрожают долгосрочным задачам развития — но об отдалённом будущем в Кремле вообще не задумываются. Отдельные отрасли — туризм, авиаперевозки, развлечения и общественное питание — могут быть затронуты кризисом, но, согласитесь, в России не они делают погоду.

Реформа бессмысленная и незаконная

Однако помимо отмеченных малозначительных факторов в стране есть и никуда пока не девается её (и президента Путина) главная непреходящая проблема — сам Владимир Путин. На протяжении всех тех месяцев, когда в мировой экономике накапливались текущие проблемы, а коронавирус тихо вызревал в тиши китайских лабораторий, Владимир Владимирович планировал массу разного рода хэппенингов — от празднования 75-летия Победы с присутствием на Красной площади всех кого только можно до изменения Конституции ради увековечения самого себя в качестве «хозяина земли Русской». И последние события (хотя и не только) всё активнее контрастируют с кремлёвскими хотелками, вызывая намного более сильные ощущения надвигающегося коллапса, чем все внешние экономические потрясения.

Уже в тот день, когда Путин сообщил о приближающемся изменении конфигурации российской власти и принял отставку правительства, эта попытка реформы выглядела как фальстарт. Россияне давно смирились с тем, что главный обитатель Кремля не сменится ещё много лет — а потому и 2020-й, и 2021-й год не предполагали для власти никаких неприятных сюрпризов. Отставка правительства с одновременным наращиванием социальных расходов была более чем достаточна для примирения подавляющего большинства населения с существующими реалиями. Однако президент решил иначе, недооценив целый ряд обстоятельств — прежде всего интеллектуальную несостоятельность и организационную импотенцию собственной команды. В результате сегодня мы имеем некие странные тексты конституционных поправок, написанные языком полуграмотного школьника, обобщившие все и всяческие фобии, которые сформировались в последние годы в российских «элитах» — но при этом, что характерно, ничего принципиального в нынешней бесхребетной Конституции не меняющие.

В результате сегодня мы имеем некие странные тексты конституционных поправок, написанные языком полуграмотного школьника, обобщившие все и всяческие фобии, которые сформировались в последние годы в российских «элитах»

Эти поправки инвентаризированы незаконно созданной группой и будут протаскиваться нелегитимными методами — при этом весьма вероятно, что для придания процессу видимости законности придётся прибегнуть к беспрецедентным вбросам и фальсификациям.

Итогом станет бессмысленный документ, не мешающий, но и не помогающий Путину и далее править страной, зато дающий оппозиции палитру возможностей для наращивания критики и позволяющий сделать требование возврата к прежней Конституции понятным и объединяющим лозунгом. Политическая неразбериха и явные злоупотребления в ходе голосования; неприятный для Кремля стартующий судебный процесс по делу MH-17; дальнейшие нарушения прав человека — всё это станет крайне болезненным фоном для празднования 9 Мая. Рискну предположить, что безотказный Додон снова может оказаться одним из немногих гостей Красной площади.

Шанс для Путина

Господь, которого Путин соблаговолил упомянуть в Конституции, послав в мир невидимый глазу вирус, одним махом решает массу проблем, которые Кремль поставил перед собой сам. Массовые мероприятия на Красной площади в мае в сегодняшней обстановке можно отменить так же просто, как уже отменили Санкт-Петербургский экономический форум в июне. Собрав тысячу предложений поправок к Конституции, можно сказать, что Кремль не ждал подобной креативности и хочет узнать мнение народа ещё более тщательно, растянув обсуждение на полгода или даже дольше. Пока не очень эффективную борьбу нового правительства с бедностью можно продолжать объяснять внешними факторами, как Путин любит это делать — тем более что именно сейчас эти объяснения будут выглядеть намного менее притворными, чем раньше.

Путин представляет для России проблему намного бóльшую, чем китайский грипп, отрицательные цены на нефть и война в Сирии, вместе взятые

Если исходить из того, что процесс, запущенный 15 января, подтвердил лишь неудовлетворительную проработку предложенной реформы и крайне низкий уровень её процедурного исполнения, можно, воздав Богу хвалу за ниспосланные напасти, без каких-либо необратимых последствий спустить всё на тормозах — а при минимальном уровне компетентности даже выдать такой поворот за мудрую гибкость.

Но, как я уже сказал, Путин представляет для России проблему намного бóльшую, чем китайский грипп, отрицательные цены на нефть и война в Сирии, вместе взятые. С любой из перечисленных напастей можно (пусть хотя бы временно) справиться — тогда как преодолеть фатальную неспособность президента отрефлексировать ситуацию и корректировать свои действия по мере её изменения, судя по всему, невозможно. В такой ситуации обсуждать угрозы, вызываемые тем или иным трендом, бессмысленно: никакой внешний фактор не разрушит так долго выстраивавшуюся отечественную «стабильность» лучше, чем сами её создатели…

* Владислав Иноземцев — доктор экономических наук, профессор, директор Центра исследований постиндустриального общества.

Фото: 4esnok.by


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.