Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

#Суд и тюрьма

Румыния: кровь на «бархате»

09.11.2009 | Морарь Наталья | №40 от 0 09.11.09


135-16-01.jpg

Могила румынского диктатора Николае Чаушеску находится на самом обычном — не военном, не элитном — кладбище Бухареста.
Скромный каменный крест с именем и датами рождения и смерти. Рядом похоронена Елена Чаушеску: несколько лет назад на ее могиле деревянный крест заменили на металлический. Когда-то самая могущественная пара страны, они были казнены накануне католического Рождества 1989 года по решению чрезвычайного военного трибунала. Суд длился всего два часа. Так начавшаяся как «бархатная» революция в Румынии стала кровавой


Споры о тех событиях не утихают в Румынии и сегодня. В прессе все реже упоминается «народная революция» и все чаще события того декабря квалифицируются как государственный переворот. Военный трибунал, приговоривший Чаушеску, был создан по приказу его бывшего соратника и партийного функционера Иона Илиеску 22 декабря 1989 года, когда на улицах Бухареста бушевала многотысячная толпа. Поспешность, с которой расправились с диктатором, ставит под сомнение и законность самой судебной процедуры, и соответственно наказание. А Ион Илиеску через несколько месяцев стал президентом и находился на этом посту (с перерывом) 10 лет. «Сегодня в среде румынских интеллектуалов все большее распространение получает точка зрения, что правление Илиеску отбросило Румынию на годы назад. Если бы не он, мы бы намного раньше оказались и в ЕС, и в НАТО, — говорит известный румынский журналист Сабина Фати. — А что касается Чаушеску, то это как у вас со Сталиным, — немало румын считает, что под его руководством страна добилась значительных успехов и что без сильной руки толку все равно не будет».

Прошлое в розовых тонах

В недавнем опросе 23% румын назвали Николае Чаушеску лучшим правителем страны за последние 100 лет. Люди как будто забыли о том, что дети, родившиеся в 80-е годы, не знали, что такое масло, шоколад, апельсины, в стране были введены карточки, квартиры почти не отапливались, существовал режим жесточайшей экономии: людям зимой запрещали пользоваться электроприборами, включать холодильники. При этом первая пара страны жила в роскоши. Когда в других странах коммунистического лагеря режимы стали приобретать некоторое человеческое лицо, делаться более «вегетарианскими», в Румынии царила диктатура, свирепствовала политическая полиция — «Секуритате». «В 1983 году, когда многие всеми правдами и неправдами пытались бежать из страны, мой дядя решил вплавь пересечь румынскую границу в районе Турнул Северин, — вспоминает Разван Блага, студент Бухарестского государственного университета. — В этом месте Дунай наиболее узкий, и многие румыны таким образом пытались бежать в Сербию. Люди обычно добирались до сербского города Кладова, где сдавались местной полиции. Сербы редко отправляли беженцев обратно в Румынию. Моему дяде и его троим товарищам, с которыми он пытался бежать, не повезло. Переплывая Дунай в месте, где он резко поворачивает, они в темноте перепутали румынский берег с сербским. Их поймали. Все четверо сидели в тюрьме до 1990 года, пока их не реабилитировали».
И тем не менее Чаушеску по-прежнему остается фактором румынской политики. В нынешних президентских выборах, которые пройдут 22 ноября, участвует, например, Константин Ротару, правый радикал, который открыто выступает за реабилитацию диктатора. Но его шансы социологи оценивают в 2%, другой почитатель Чаушеску, Вадим Тудор, может получить процента четыре. «Точка невозврата уже пройдена, — считает Штефан Кандя из румынского Центра расследовательской журналистики. — Конечно, всегда будут маргиналы, которые ходят по улицам с портретами Сталина и Че Гевары, но это уже ничего не изменит. Публично восхвалять Чаушеску, призывать к его реабилитации не станет ни один здравомыслящий политик». Это подтверждают и данные серьезных опросов. Американский Pew Research Center, проводивший в августе–сентябре 2009 года исследование в восьми посткоммунистических странах, отнес Румынию наряду с Польшей, Чехией, Эстонией и Венгрией к группе государств, окончательно порвавших с коммунистическим прошлым.

Точки над i

В декабре 2005-го президент Траян Бэсеску специальным указом создал Институт изучения преступлений коммунизма. Задача — сделать доступными для общества документы спецслужб и имена тайных агентов «Секуритате», включая тех, кто сейчас находится у власти. Попытка открыть архивы спецслужб в стране предпринималась и раньше. В 2000 году президент Ион Илиеску, которого самого обвиняли в связях с «Секуритате», образовал Национальный совет по изучению архивов спецслужб. Но за пять лет работы Совет опубликовал считаное количество документов, да и то второстепенных. «У спецслужб всегда было очень сильное лобби, — говорит Штефан Кандя. — Членов совета просто не допускали к архивам, в каждом конкретном случае находился повод им отказать».
На сегодняшний день рассекречена лишь небольшая часть архива спецслужб. Обнародованы имена ряда бывших тайных агентов, включая ныне действующих политиков. «Особого эффекта это не произвело, так как у нас до сих пор не принят закон о люстрации, — говорит Сабина Фати. — Хотя есть закон, позволяющий снять с должности бывшего агента в случае, если он скрыл факт своей причастности к спецслужбам». Впрочем, многие исследователи считают, что наиболее важные документы «Секуритате» уже давно уничтожены. Не потому ли на могиле Чаушеску почти каждый день появляется свежий букетик цветов — как будто кто-то напоминает: если с прошлым не расстаться вовремя, оно может вернуться.

135-17-01.jpg

135-17-02.jpg

135-17-03.jpg

135-17-04.jpg

135-17-05.jpg 

 

 

 

 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.