Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Новодворская (2008 год)

#Новодворская

Братья и сестры

04.08.2014 | Новодворская Валерия | № 25 от 23 июня 2008 года

105 лет назад, 25 июня, родился Джордж Оруэлл, сначала — наивный и стихийный социалист, потом — самый талантливый и беспощадный обличитель всех видов тоталитаризма (но главным образом советского). Его Океания (США и Англия) избежала тоталитарной угрозы. Группка английских фашистов под руководством Мосли, несчастные казненные за самооговор коммунисты Розенберги в США, сценаристы, актеры и писатели, с которыми боролся Маккарти, — это все было ложной тревогой и не могло уничтожить демократию. Два свободных народа это легко переварили, и сейчас потомки жертв маккартизма получают компенсацию за тогдашний запрет на профессию. А мы влипли, и крепко влипли. Оруэлл, «Скотный двор» и «1984» — наша биография, Книги наших Судеб. То, что случилось с нами 22 июня 1941 года, закончилось в мае 1945-го. То, что началось 7 ноября 1917 года, не кончилось до сих пор и, может быть, не кончится никогда.

Сначала мы жили по «Скотному двору». Наши бараны, свиньи, куры, кони отобрали ферму у «помещиков» и «капиталистов». Думали, что будут мало работать и много есть. А власть захватили свиньи — советская элита. И Оруэлл здесь не одинок, у Ильи Глазунова тоже есть такое полотно.

А овцы сложили песню, в которую умещаются все советские агитационные шлягеры, от «Широка страна моя родная» до трех вариантов советского гимна. Звучало это так: «Две ноги — плохо, четыре ноги — хорошо». А конь-стахановец, бессловесный ударник, выдумал формулу: «Я буду работать еще пуще». И доработался до живодерни. Вот вам вся советская экономика.

Потом мы где-то с 1930-го зажили по роману «1984». (За книги Оруэлла, найденные при обыске, в брежневские времена давали максимум по 70-й статье: 7 лет лагерей и 5 лет ссылки.) Сталинизм уложился в «1984» один к одному. Но давайте продолжим историю Больших Братьев (за исключением ельцинской десятилетки). Вообще это чисто тоталитарный мотив: «братья и сестры», одна большая семья, самодержавие, православие, народность, новая историческая общность… Когда власть клеится в родственники, добра не жди. Многое, конечно, ушло, но разве вы не замечаете грязных тоталитарных следов на паркетном полу режима? Путин так и смотрится, и слышится Большим Братом (Медведев, допустим, пока еще кузен). Мы живем в Евразии, заигрываем с Остазией, но почему-то, не воюя с Океанией (на этот раз включая Японию), все время ее поносим: за расширение НАТО, за Грузию, за Украину, за хорошее отношение к странам Балтии. Наше Министерство Мира (обороны) использует риторику холодной войны. Наше Министерство Любви (ФСБ) сажает то ученых, то ни в чем не повинных бизнесменов, начиная с ЮКОСа, то пытается добраться до журналистов. Старшие братья, что вы сделали с сестрой Анной (Политковской), братом Андреем (Бабицким), с сестрами Мананой (Асламазян), Светланой (Бахминой) и Натальей (Морарь)?

Пятиминутки ненависти не кончились в 1953 году, и нас заставляют поочередно ненавидеть то Гусинского с Березовским, то Ющенко, то Саакашвили. Попытки власти влезть в интернет и привлечь за ЖЖ и за сайты — это ли не современный вариант кары за мыслепреступления?

Министерство Правды (наши жалкие идеологи) даже не дают себе труд стирать заметки из старых газет. При Ельцине Масхадов был законным президентом, подписывал в Кремле договор, а Путин объявил его «главарем бандформирований».

В Океании были свободны пролы и животные; у нас пролов ждет общая участь, их даже в партию насильно записывают. О’Брайены из ФСБ мечтают о сапоге, наступающем на лицо человечества, и Большие Братья не сводят с нас своих совиных очей…


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.