#Власть

Зачем Володин заговорил о Конституции

18.07.2019 | Федор Крашенинников

Статья спикера Госдумы стала подарком сторонникам версии о грядущем переходе России к парламентской республике. Но в реальности Володин лишь торгуется за свое участие в играх вокруг трансформации власти в 2024 году, считает политолог Федор Крашенинников

Фёдор Крашенинников.
Для участников дискуссии о якобы начавшемся трансферте власти, в которой домыслов и фантазий гораздо больше, чем достойных обсуждения фактов, статья спикера Госдумы Вячеслава Володина стала подлинным подарком. Она тем более пришлась ко двору, что не так давно Bloomberg опубликовал статью о том, что Путин сохранит власть после 2024 года с помoщью перехода к парламентской форме правления, в которой нынешний президент будет всемогущим председателем правительства, опирающимся на Думу, а новый президент окажется гораздо менее значимой фигурой, и потому сей пост можно передать много кому без особых хлопот. Володин, заговоривший об участии Думы в формировании правительства, вроде как подтвердил сведения Bloomberg. Но так ли это на самом деле?

Предел мечтаний думца

От статьи Володина остается впечатление заискивающей робости автора перед Кремлем, что совершенно не удивительно. Вкрадчиво подбираясь к теме расширения влияния парламента, он в итоге выкладывает свои козыри на стол и оказывается, что всего-то Володин и хочет, чтобы было законодательно оформлено участие Думы в консультациях при формировании правительства. И это — все, это — предел мечтаний спикера Государственной думы, который по Конституции, каковую он предлагает улучшать, является одним из высших должностных лиц государства.

Прежде всего бросается в глаза, что никакая это не парламентская форма правления, о которой рассуждали в Bloomberg. Парламентская форма правления широко известна и практикуется во многих странах, и при ней парламент не то что участвует в консультациях кого-то с кем-то, а сам формирует правительство и утверждает его главу, будучи как раз специальным местом, где все консультации проходят.

Володин намекает, что хотелось бы чего-то большего, отзываясь об участии в консультациях по формированию правительства как о минимальном необходимом, но никаких более радикальных идей даже не смеет высказать, потому что они однозначно ведут к ущемлению бескрайних полномочий действующего президента, что в кремлевских кругах почитается за крамолу худшего вида.

Возможно, все восприятие статьи Володина как доказательства в пользу якобы приготовляемой конституционной реформы — классический случай выдачи желаемого за действительное. Давайте попробуем рассмотреть предложения Володина с практической точки зрения.

Самый главный вопрос — а кому вообще есть хоть какое-то дело до того, кто именно работает в правительстве министрами и вице-премьерами и обсуждали ли всех этих персонажей в Думе, если стратегию работы правительства и всей власти все равно определяют президент и назначенный им премьер? Изменился ли бы персональный состав правительства настолько, чтоб это заметили обыватели, если бы нынешних его министров и вице-премьеров пообсуждали в Думе?

Это важный момент: всемогущий и непогрешимый в рамках нынешнего режима президент вносит в Думу своего кандидата на пост премьера, а потом тот — список правительства, прямо заявляя, что президент с ним согласен. Внимание, вопрос: и что, среди думского большинства найдется кто-то, кто выступит против кандидатур, спущенных их кремлевской выси? В это серьезно кто-то верит?

Предположим, Дума в ее нынешнем виде получила бы право участвовать в консультациях — и что изменилось бы?

С точки зрения обывателя — совсем ничего. Теперь давайте сменим оптику и посмотрим на ситуацию через интересы и чаяния человека, много лет живущего внутри нынешней политической системы — того же Володина.

В чем выгода

По своему фактическому влиянию на власть нынешняя Дума скорее не парламент, а пышная, пафосная и очень дорогая общественная палата, причем даже не при президенте, а при Дмитрии Медведеве.

В своем абсолютном большинстве депутаты из всех фракций занимают свои кресла исключительно потому, что исполнительная власть разрешила им это сделать. Во главе этого шумного, но послушного стада стоит пастырь Володин, для которого пост думского спикера, между прочим — ссылка и карьерный тупик.

Если кто помнит, он пять лет был первым заместителем шефа администрации президента, истинного центра российской власти, куратором всей внутренней политики. Очевидно, что после того как в твоих руках или в зоне твоей видимости были настоящие рычаги власти в России, куковать в президиуме бесконечно лояльной президенту Думы, проштамповывая утвержденные по месту прежней службы законы — занятие скучное и бесперспективное.

Кроме того, для всех депутатов заседание в Госдуме сейчас гораздо менее выгодно, чем им хотелось бы и чем это было в прошлые времена, о которых помнят думские старожилы. И здесь мы подбираемся к истинной сути предложений Володина.

Володин хочет законодательно закрепить за депутатами право торговаться и мелко шантажировать министров в своих корыстных интересах, ни в коем случае не замахиваюсь на что-то большее

Сколь бы ни велики были лоббистские возможности спикера, его замов, лидеров фракций и даже рядовых депутатов, при решении действительно важных вопросов они — лишь просители в кабинетах исполнительной власти. Притом что ни один министр и тем более вице-премьер им ничем серьезным не обязан, то есть может смело игнорировать любые их прошения и обращения.

В этом разрезе смысл статьи Володина прост: он требует для себя и депутатов допуска к торгам, которыми сопровождается любое крупное назначение в современной России.

Он даже не претендует на то, чтоб голос Думы был в этих вопросах решающим, нет! Все, что просит Володин — права ритуально поучаствовать в утверждении удобных президенту и его премьеру министров и вице-премьеров, чтоб у думских деятелей появился хоть какой-то статус внутри исполнительной власти, чтоб вице-премьеры и министры формально обязаны были встречаться со всеми этими персонажами и хоть немного чувствовали себя им обязанными.

Говоря совсем цинично, Володин хочет законодательно закрепить за депутатами право торговаться и мелко шантажировать министров в своих корыстных интересах, ни в коем случае не замахиваясь на что-то большее.

Лукавство и трансфер

Конечно, в смирении Володина есть элемент лукавства.

В случае трансфера власти и вообще любой турбулентности депутаты могут начать фрондировать или просто требовать к своей позиции гораздо больше внимания, а в случае чего и кандидатуру председателя правительства провалить, ну или шантажировать его такой возможностью. Но в практическом смысле даже это маловероятно: нынешние депутаты Госдумы — те еще отважные борцы, и сложнее всего их представить в роли шантажистов правительства и президента.

Володин хочет расширить для себя возможности услужить Путину в процессе предполагаемого трансферта, чтоб тем самым продемонстрировать свою лояльность и полезность и, может быть, вернуться из кресла думского спикера к большим возможностям крупного чиновника

Пресловутый трансферт власти вовсе не обязательно может быть связан с изменением конфигурации органов власти и Конституции. В широком смысле слова, речь идет о том, что будет после 2024 года, когда у Путина закончится текущий президентский срок и по нынешней Конституции он не сможет сразу же пойти на новый.

Вполне может быть, что мы увидим консервацию нынешней системы без каких-то особых мудрствований. Но могут быть и какие-то иные варианты, в том числе и описанный Bloomberg.

В текущей ситуации у маневров Володина есть и еще один смысл. Володин хочет законодательно вписать себя как спикера Думы в круг ведущих участников всей неизбежной трансформации власти, творцов и отцов новой конструкции политического режима в России после 2024 года.

Говоря иными словами, Володин хочет расширить для себя возможности услужить Путину в процессе предполагаемого трансферта, чтоб тем самым продемонстрировать свою лояльность и полезность и, может быть, вернуться из кресла думского спикера к большим возможностям крупного чиновника.

В любом случае называть все эти игры вокруг всероссийского престола конституционной реформой и попытками перейти к парламентскому правлению — весьма опрометчиво. Реальное повышение роли парламента тем более сомнительно, что организовать выборы множества лояльных депутатов у власти уже сейчас получается гораздо хуже, чем обеспечить одному человеку эффектную победу на президентских выборах.

Мнения экспертов о возможных сценариях трансформации власти в 2024-м году читайте здесь

Фото: riafan.ru


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.