#Церковь

Зачем им такие большие храмы

03.06.2019 | Андрей Колесников

Путинская элита все активнее метит свою историко-культурную территорию православными церквями. Этот процесс, как отмечает публицист Андрей Колесников, закономерно решили увенчать гигантским храмовым комплексом им. князя Донского в Бутово

Андрей Колесников.
Каждая эпоха и каждая власть внутри эпохи метит территорию на память о себе — оставляет следы собственного величия. Советская власть метила время и размечала пространство памятниками Ленину и Сталину, поставленными на поток. Главным памятником эпохи должен был стать грандиозный Дворец Советов, для чего наглядным образом был уничтожен не самый красивый в своей громоздкости, но самый заметный памятник предыдущего исторического периода — Храм Христа Спасителя. Все закончилось массовым купанием в большой советской «крестильне» — открытом бассейне «Москва».

Шли годы, смеркалось. И вот теперь новая власть, лишенная марксистко-ленинского канона и перешедшая в другую веру — «смесь черносотенства и советофильства» (В.В. Набоков), стала метить свою историко-культурную территорию православными церквями.

Квадратные метры власти

И этот процесс приобрел все черты индустриального. Как у Катаева во «Времени, вперед!» — двести замесов в день, триста, четыреста… Так и здесь, только вместо замесов — церкви-новоделы: программа «200 храмов», храм в сквере в Екатеринбурге, теперь вот затеяно строительство гигантского храмового комплекса им. князя Дмитрия Донского в Москве, в Северном Бутово. В общем, все, как с памятниками Ленину и венчавшим процесс их размножения комплексом в Ульяновске. Вместо Ленина-Сталина — церкви и православные комплексы.

Москве мало новодела Храма Христа Спасителя, будет теперь Дмитрий Донской, и чего там только нет — разве что сауны с подземной парковкой. Мощь объединенной светско-религиозной власти измеряется нынче метрами и квадратными метрами. Масштабы строительства только что не сравнимы с Керченским мостом — пятикупольный храм, окружающая застройка, 17 тысяч квадратных метров, элементы хайтека, 16 эскизных проектов, 40 архитекторов и проектировщиков, личное кураторство неувядающего Владимира Ресина.

Москве мало новодела Храма Христа Спасителя, будет теперь Дмитрий Донской, и чего там только нет — разве что сауны с подземной парковкой. Мощь объединенной светско-религиозной власти измеряется нынче метрами и квадратными метрами

Объявлено, что церковь очень востребована (это в Бутово-то?), основное предназначение комплекса — работа с молодежью. Что логично — надо готовить государствоцентричный и воцерковленный лояльный электорат. Желательно еще милитаризованный и окормленный мифологической (не дай Бог — подлинной) историей Отечества. Для этого есть еще одна новая задумка: на стенах возводимого в парке «Патриот» главного храма Вооруженных сил будет изображен подвиг 28 панфиловцев, любимый историко-мифологический эпизод министра культуры Мединского.

Сталинские высотки не вырвешь из ландшафта, как больной зуб, Сталин укоренен в архитектуре, а значит, в истории, теперь вот путинские храмы станут доминантами городских пейзажей. А поскольку время мегаломаническое — несколько церковных комплексов должны быть огромными и обязательно новыми, чтобы окормлять новую же паству.

Спор башен и куполов

В конкурсе на лучший архитектурный план Дворца Советов, объявленном в 1931 году, участвовало 160 проектов. Проект Бориса Иофана (автора Дома на набережной) представлял собой огромную башню, которую венчал гигантский Ленин.

Историк архитектуры Александра Селиванова пишет в своей книге «Постконструктивизм»: «Дворец Советов вырос с 215 до 415 м, обогнав даже самый высокий в мире Empire State Building: по постановлению Совета строительства Дворца от 10 мая 1933 года фигуру пролетария наверху заменила фигура Ленина высотой сначала 80, а потом и 100 м». Незадолго до этого Сталин как большой технократ лично вмешивался в детали проектирования.

Этот, пользуясь словами Карла Маркса, «союз меча и рясы» — инструмент управления страной как паствой, а не гражданами. Государственная власть перестает быть светской

Инженерно-технократический подход исповедует и патриарх Кирилл. Как сообщается на сайте Фонда «200 храмов», который аккумулирует «добровольные взносы… на финансирование строительства храмовых комплексов», «предстоятель Русской Церкви обратил внимание на то, что столица пребывает на последнем месте среди всех регионов России по соотношению храмов и православного населения. По словам Его Святейшества, для достижения среднего значения по России — 11,2 тысячи человек на один приход, в Москве нужно построить 591 храм. После постройки 200 новых храмов в Москве, их общее количество составит лишь 27% от среднего показателя по России. Тем не менее, данная программа, по словам Патриарха, является «важным шагом на пути приближения количества храмов к среднему российскому».

Быстрее, выше, сильнее — этот строительный олимпизм автократий сближает баснословное сталинское время с нынешней эпохой, и редко какая сила может остановить этот индустриально-идеологический по духу энтузиазм.

Все должно быть большое: высота главного храма Вооруженных сил, того самого, где будет панно с 28-ю панфиловцами — 95 метров, почти столько же, сколько так и не отлитый в граните Ильич на куполе Дома Советов. Диаметр барабана главного купола — 19,45 метров, потому что 1945-й — год окончания войны. И так далее. Какие-то безумные пафосные математические соотношения, сны пиарщика из романов Пелевина.

Чем жестче власть, тем больше храм. И скоро о подковерных играх наших «элит» мы будем говорить не как о споре башен Кремля, а как о конфликте куполов храмов

Главное же — это храм войны. И похоже, что не памяти о войнах и их жертвах, а памяти бесконечной череды побед, точнее, их сказочной, былинной версии. 28 панфиловцев в храме Вооруженных сил сливаются в одно войско с нарисованными человечками в панораме Куликовской битвы музея храма Дмитрия Донского.

Никто, разумеется, сегодня не вспоминает о том, что среди солдат самой главной войны, на приватизации которой строит свою легитимность сегодняшнее руководство страны, наверное, большинство все-таки были атеисты. Или, как сказал о защитниках сквера в Екатеринбурге президент Путин, «безбожники». И этот, пользуясь словами Карла Маркса, «союз меча и рясы» — инструмент управления страной как паствой, а не гражданам. Государственная власть перестает быть светской.

Чем жестче власть, тем больше храм. И скоро о подковерных играх наших «элит» мы будем говорить не как о споре башен Кремля, а как о конфликте куполов храмов.

Фото: themoscowtimes.com


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.