Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Мнение

Голая власть

12.02.2018 | Андрей Колесников*

Скрепленное яхтами единство бюрократии и капитала — норма элитной жизни

386761.jpg

Фото: Pixabay / hpgruesen

О чем говорили в норвежских водах, вдали от глаз недоброжелателей и конкурентов, но под прицелом смартфона женщины облегченного поведения олигарх и бюрократ?

О преференциях правительства бизнесу олигарха? Того самого олигарха, который лет десять назад в интервью The Financial Times признался в том, что он не отделяет себя от государства и готов сдать свои активы, если Родина прикажет. Приходько при всей масштабности своего статуса может выступать лоббистом, но тем не менее даже «форбсы» масштаба Дерипаски, подобно эсерам, вынуждены «в борьбе обретать право свое», то есть отстаивать позиции в жестокой конкуренции с контрлоббистами и конкурентами. Так было всегда в этой системе: например, династический брак Дерипаски (на дочери Валентина Юмашева) не гарантировал ему победу в битве за дешевое электричество для его алюминиевых заводов в давнем противостоянии с тогдашним председателем РАО «ЕЭС России» Анатолием Чубайсом.

О внутренней политике, которая для Дерипаски, судя по «книге» Анастасии Вашукевич, больше напоминающей смесь заметок фенолога с отчетом биолога об экспедиции по наблюдению за сексуальным поведением редких видов животных, во многом сводится к неудовлетворенности миграционными процессами, то есть чрезмерным присутствием тех, кого он называл «хачами»?

О покорении Америки методом контактов с Манафортом и другими? Или просто о российско-американских отношениях, разговор о которых, судя по всему, мало отличался от беседы на те же темы пикейных жилетов у подъезда девятиэтажки или от несколько поверхностных «каментов» в сетях?

В ходе биологического эксперимента девушка Вашукевич узнала богатое словосочетание «Виктория Нуланд», на которую, тонко иронизируя, олигарх возложил ответственность за ухудшение отношений США и России. Вот и весь разговор… Как-то мелковато для двух хозяев земли русской. Или, наоборот, типично.

Рыбхоз «Путь госкапитализма»

У меня есть своя версия случившегося. Олигарх и бюрократ не решали на яхте деловые вопросы. Это была встреча друзей. Рутинная. Самая обычная. Возможно, в это же время в других широтах другой олигарх с другим чиновником аппарата правительства или администрации президента ловил другую рыбу или охотился, не выходя из шале, на других газелей. Просто в этих кругах, нерушимых союзах бюрократии и капитала, скрепленных яхтами (что и составляет политэкономическую суть путинского госкапитализма), у друзей так принято встречаться. И если два десятка лет это происходило с «бэк-вокалом» «рыбок», было бы глупо отказываться от этой части дружеских церемоний.

То, что описано в материале Алексея Навального, — норма жизни, не сегодня сформированная, снабженная необходимыми атрибутами и привычными ритуалами. Этого никто из людей из власти не стесняется. Скорее, наоборот: вести себя так — это все равно что чуть приподнимать манжет рубашки, чтобы стали видны соответствующие статусу часы. Просто двадцать лет назад атрибуты и ритуалы не выставляли в Сеть свои селфи с объектами биологического наблюдения, поскольку сетей не было. И «рыбки» были без навигации.

У Дерипаски на яхте — не жена. У Сечина — жена. Главное, в сущности, не это, а сколько яхта стоит. Какие на ней решаются (если решаются) вопросы. Проблемы биологии остаются элементами частной жизни, если, конечно, девицы не являются неденежной формой коммерческого подкупа.

В западной политической культуре все это, впрочем, означает публичный позор и отставки. У нас же отношение к такого рода скандалам давно описано апокрифом о Сталине, повторенном как-то другим верховным главнокомандующим: «Завидовать будем…»

Русский потлач

Происходящее — лишь часть общей картины того, что является или стало нормой. Премьер-министр Медведев, пользуясь резиденциями, предоставленными на квазичастных началах, не пользуется ими как своей частной собственностью, потому что это квазичастная собственность: если он лишается должности, теряется интерес к его фигуре в рамках единства власти и собственности, бюрократии и капитала, соответственно, поездки на многочисленные объекты для отдыха становятся невозможными. Это — норма.

Если у бюрократа друг — олигарх, то почему он не может отдохнуть на яхте товарища? Подумаешь, они принимают судьбоносные для страны решения или способны на них повлиять. Могут же дружить мелкий предприниматель и младший специалист министерства, жаря шашлыки на даче. Тоже норма. Все делают это.

В последнем слове Алексея Улюкаева есть важное свидетельство того, что оценивается как норма в том кругу, частью которого он стал: «Крутился в каком-то бессмысленном бюрократическом хороводе, получал какие-то подарки и сам их делал. Пытался выстраивать отношения, лицемерил». Этот ритуал потлача — взаимных подарков — элемент поведения не только индейцев тихоокеанского побережья, но и сегодняшней российской среды, представляющей союз бюрократии и капитала. Они «замазывают» этим друг друга, и крепость таких цепей куда прочнее, чем интеллигентское «возьмемся за руки, друзья». Такая вот политическая этнография…

Нормой была и остается «социальная ответственность» капитала, на которую вынужден рассчитывать губернатор бедного региона. И она всегда — в гораздо более существенных масштабах — в арсенале средств давления высшей власти на олигархов. При этом власть прикормлена олигархами, но ей иной раз мало корма, а для увеличения его объема, когда надо, всегда найдутся ФСБ, Генпрокуратура, Следственный комитет, а также совершенно независимый суд.

Руководящий стриптиз

Ох, как бы сейчас один «рыбкагейт» не обвалил всю пирамиду неформального союза бюрократии и власти. Анастасия Вашукевич, которую использовали, в свою очередь мастерски использовала свою однократную профессиональную удачу для повышения собственной капитализации в рамках избранной специальности. И уже повышает ставки — предлагает встречу верховному главнокомандующему и рассуждает, обращаясь к «элите», о том, что каждый — каждый! — может оказаться на месте бюрократа и олигарха. Выражаясь словами Насти: «И это правда!» Но тогда не пойдут ли по этому пути другие ее коллеги, которым есть что рассказать об иных территориальных водах. Никаких Усть-Лабинских судов не хватит для того, чтобы остановить шквал фотографий в соцсетях.

Власть раздевается. Ее раздел процесс Улюкаева, раздел процесс Белых. Она в буквальном смысле скачет голой с указанием миллиметража отдельных частей тела после «рыбкагейта». Вот она, власть, стоит перед нами, как простая русская баба. А рядом полуголый король. И нет конца этому навязчивому стриптизу.

Остается только делать вид, что мы ничего этого не видим. И заниматься аутотренингом. Все нормально. Все в рамках нормы. Или это теперь норма такая новая. Как говорят супостаты, которых обсуждают на яхтах, — new normal.

* Постоянный колумнист NT, руководитель программы Московского центра Карнеги

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.