Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#Выставки

Русский с Луны

29.09.2015 | Шаталов Александр

В Московском музее современного искусства открывается ретроспектива художника и модельера Андрея Бартенева. Она станет частью 6-й Московской биеннале современного искусства

 

Перформанс «Игры на моем лице» Москва, 2005 год Выставка «Скажи: я тебя люблю!» — первая попытка показать творчество Бартенева во всей его полноте. Можно понять, почему таких выставок не было до сих пор. Во-первых, сам Московский музей современного искусства (MMOMA — Moscow Museum of Modern Art) сторонился выставлять художников нового поколения, а во-вторых, деятельность Андрея Бартенева настолько широка, что трудно представить ее в одном выставочном пространстве. Не случайно поддержку проекту оказала галерея RuArts, которая в эти же дни под названием «И зазвенел цветогривый вихрь» выставит в своих залах пастели художника, созданные в 1990 годах и мало известные публике. То есть даже в два здания, которые отдал под Бартенева MMOMA, весь объем его работ не вместился.

Левое крыло MMOMA отдано 1990-м — одним из центральных в этой части экспозиции станет проект «Снежная королева» (1994). Правое крыло займут крупные инсталляции и кинетические скульптуры 2000-х, каждой из которых будет отведен целый зал: светодиодная скульптура «Электрические инопланетяне» (2004), инсталляция «Cоnnection Lost. Field of Lonely Hearts» (2007), которая была выставлена в Русском павильоне на 52-й Венецианской биеннале, и звуковая скульптура «Скажи: я тебя люблю!» (2005). Отдельный зал займет новая скульптура «Облепиха» из стали и сотен керамических шаров — она создана специально для этой выставки.

Черно-белое детство Андрей Бартенев — синтетический художник, соединивший изобразительное искусство, перформанс, театр, танец и музыку. Перформанс в первую очередь — в этом жанре Андрея знают во всем мире, и именно этот вид искусства он преподает в Норвежcкой театральной академии. Объемные театрализованные представления, которые устраивает Бартенев, сравнивают с проектами Дягилева и Мейерхольда, а из современников — с Эндрю Логаном и Энди Уорхолом. Один из самых знаменитых в мире театральных режиссеров-авангардистов Роберт Уилсон в своих программах так представляет художника: «Знакомьтесь, Андрей Бартенев. Он русский, и он с Луны». Назвать Луной находящийся на Крайнем Севере Норильск может только американец. Впрочем, снежные пейзажи, покрытые черной копотью, с некоторой натяжкой все же можно сравнить с лунными.

Бартенев родился и жил в Норильске до 16 лет. Это был город, «стоящий на огромном куске льда». «Роддом был через дорогу от дома, а еще через дорогу — школа. В детском саду мы танцевали не какое-нибудь «Яблочко», а танцы оленей и чаек, так что эстетика северной природы с элементами этнической культуры северных народов вошла в мое сознание естественно, — вспоминал потом художник. — Когда у тебя 9 месяцев зима и 2–3 месяца — полярный день без солнца, то существует одно мощное воздействие на твое сознание — это белый снег и черное небо. И чтобы был контраст, должны быть необычайно флуоресцентные краски. Это грубое материальное объяснение моего искусства…» Именно там Бартенев стал заниматься коллажем, вырезая из цветных журналов картинки и создавая из них необычные композиции. Воспоминания о холодном черно-белом детстве, нехватка солнца и цвета компенсируются потом в радужных перформансах и живописи.

Костюм Кая из перформанса «Снежная Королева», Москва, 1994 С ними дядька-чернослив Работа в театре (Бартенев окончил Краснодарский институт культуры по специальности «театральный художник») не совпадала с фантазиями автора, и он пришел к тому, чем занимается и сейчас, — к театрализованному перформансу. Перформанс, который принес Бартеневу славу, назывался «Ботанический балет» (1992). Черно-белые объекты из папье-маше надевались на актеров и представляли фольклорных героев из мифа, придуманного Бартеневым на основе впечатлений детства и реалий современной жизни. Все фигуры — дядька-чернослив, корякская ТЭЦ-1, северная подводная лодка, халат Виолетты, будка гласности, восьминогая собака для быстрой езды, девушка-пурга, корякский зайчик и другие неожиданные персонажи — навеяны героикой и сказаниями народов Крайнего Севера. По ходу действия движущиеся скульптуры выстраивались в бесконечное количество картин. Впервые «Ботанический балет» был показан в Центральном доме художника, позднее — на многих европейских площадках, за него Бартенев был удостоен Гран-при на фестивале в Риге. «Балет» был задуман как часть проекта «Новые изобразительные мифы Крайнего Севера», в который входили графические циклы «Корякские монахи», пастели «Корякские танцы» (1990) и даже рукописный журнал «Корякатекали». Со временем художник стал развивать каждую из составляющих этого проекта, но уже по отдельности.

Фотопроект «Снежные хлопья» Нью-Йорк, 2002 год Для своих первых перформансов Бартенев (это было в 1993–1994 годах) использовал подручный материал — все, что можно было достать и что не стоило денег. Брал, например, банки из-под супа или упаковку ширпотреба и тем самым — сознательно или нет — отсылал нас к своему «учителю» Уорхолу с его знаменитым супом Campbell. Перформанс «Снежная королева» — интерпретация сказки Андерсена — выставлялся в Третьяковской галерее, а затем в Royal Festival Hall и Victoria & Albert Museum в Лондоне. Сам автор объяснял эту работу образом похищенного Снежной королевой ребенка: «В 1990-е на советских людей хлынул поток ярких, красивых разнообразных товаров, некачественных, но очень желаемых. Хотелось все съесть. Как Снежная королева отбирала жизненную силу в обмен на вечность, так нашим людям дали множество вот этого красиво упакованного товара, и российская культура была безвозвратно утрачена». Образ Снежной королевы — сквозной для Бартенева — находит свое продолжение во многих его последующих проектах. Как и образы снега: «Снег — самый податливый материал, в работе с которым я формировал свои скульптурные навыки». Уже в московских перформансах, чтобы получить снег, многочисленные помощники Бартенева сидели и часами рвали газеты на мельчайшие кусочки — ради грядущего праздника.

«Я бы, например, Кремль превратил в заповедник. Это же охраняемая зона, пусть бы там жили птицы, белки, лоси, ежики, я очень люблю ежиков!»

Кремль для ежиков Простые бытовые предметы, вырванные из уличного контекста и вынесенные на сцену, сразу становятся необычными и праздничными. В показанном в Нью-Йорке перформансе «Трясущиеся углы» все материалы собирались на улицах Манхэттена. Бартенев представил своих героев в виде мебели и предметов утвари. У одного человека на талии был закреплен кухонный стол, раковина, его руки и голова изображали шкаф, а в середине был виден голый торс. Другие были превращены кто в книжную полку, кто в кусок сорванных со стены обоев, кто в кухонный комбайн. Зрители стояли с одной стороны коридора, приглашенные актеры — с другой, «герои» шли между ними, и актеры со всей силы толкали их на зрителей, а зрители толкали их обратно. В многочисленных интервью художник старательно избегает политических тем, настаивая на некоторой инфантильности своих образов и на том, что стремится к детскости и наивности. Но реальность в какой-то момент ставит перед художником вопросы о свободе самовыражения и вынуждает определяться с гражданской позицией. Иногда это выглядит довольно курьезно — например, в одном из интервью, отвечая на вопрос, что стоит сделать для животных, Андрей Бартенев сказал: «Я бы, например, Кремль превратил в заповедник. Это же охраняемая зона, пусть бы там жили птицы, белки, лоси, ежики, я очень люблю ежиков!»

«Первая Снежинка, упавшая на землю». Обьект из перформанса «Снежная Королева», Москва, 1994 год

Что еще посмотреть на 6-й Московской биеннале современного искусства «Метагеография. Пространство — образ — действие» Третьяковская галерея на Крымском Валу, до 7 февраля Философия географии — так можно коротко сказать об этой выставке, где работы современных авторов на тему освоения пространства соседствуют с произведениями знаменитых художников из собрания Третьяковки. Не менее интересны представленные в экспозиции старинные карты, геодезические инструменты и другие «географические» артефакты. «Павел Пепперштейн. Будущее, влюбленное в прошлое» Мультимедиа Арт Музей, до 1 ноября Большая экспозиция работ «типичного» Пепперштейна. Соединение специфического юмора с абсурдом. Выставка реконструирует инсталляцию Павла Пепперштейна «Победа над будущим» 2009 года и представляет новый проект «Холодный центр солнца». «Своя земля/ Чужая территория» Центральный Манеж, до 4 октября Сюжет выставки — спорные приграничные территории, которые часто становятся зонами конфликта и даже военных действий. Но тема выставки шире: свое/чужое — это и пространство между природой и индустриальными конгломератами, между человеком и обществом. Участвуют больше трех десятков художников со всего мира. «Ирина Корина и Ольга Тобрелутс. Путешествие из Петербурга в Москву» Выставочные залы дома Остроухова, до 15 октября Сегодняшнее прочтение и художественное осмысление знаменитого произведения Александра Радищева. На этот раз (а проект нового прочтения русской классики возобновляется на всех биеннале) навстречу друг другу путешествуют две художницы — ученица Тимура Новикова петербурженка Ольга Тобрелутс и москвичка Ирина Корина.

Фото: Павел Антонов, Алексей Калмыков, Чарльз Томпсон, hans-jurgen burkard


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.