Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Сюжеты

#История

Наука убивать

12.09.2016 | Винокуров Алексей | №29 (417) 12.09.16

40 лет назад умер «великий кормчий китайского народа» Мао Цзэдун

Еще при жизни Мао стал героем поп-арта. Портрет кормчего работы Энди Уорхолла, 1972 год. Фото: Александра Краснова/ТАСС

В глазах большинства фигура Мао меркнет рядом с фигурами двух записных чудовищ XX века — Гитлера и Сталина, но считать его злодеем второстепенным было бы ошибкой. Председатель Мао откровенно мечтал об уничтожении мира в пламени ядерной войны.

«Ничего страшного, если половина планеты погибнет, — говаривал он, — зато оставшиеся люди пойдут в коммунизм». И не вообще пойдут, а под его, Мао, прямым руководством. Шокируя советских руководителей, он как бы в шутку интересовался у них, где после ядерного апокалипсиса будет столица нового человечества. Сам-то он знал точно, что столица эта будет в Пекине — и нигде больше.

К счастью, Хрущев, неосмотрительно передававший Китаю ядерные секреты, вовремя рассорился с Мао. Бомбы было недостаточно — нужны были ракеты-носители дальнего радиуса действия, а их-то у Мао не оказалось. Может быть, только это и спасло мир.


 

Юность вождя

Будущий правитель Китая родился в семье богатого крестьянина в провинции Хунань. Уже с шести лет отец заставлял мальчика работать в поле наравне со взрослыми — дело для Китая обычное. Однако тут коса нашла на камень: Мао работать категорически не хотел. Став постарше, он применил к отцу «революционные методы борьбы»: скандалил, убегал из дома, грозил утопиться в пруду. В конце концов отец отступился — мальчик в традиционной китайской семье считался даром Неба.

Великий вождь в юности, Шанхай, 1924 год. Фото: Akg Images/Eastnews

Юность Мао пришлась на синьхайскую революцию 1911 года*, когда страна переходила от феодального уклада к буржуазному. Невиданно бурная общественная жизнь не обошла и Мао. В начале 1920-х годов он стал членом сразу двух организаций — Китайской коммунистической партии и Гоминьдана**. В тот период обе партии кормились из рук Советской России и даже образовывали так называемый Первый Объединенный фронт. Задачей фронта было свержение власти китайских милитаристов.

Многопартийная лафа кончилась, когда руководитель Гоминьдана Чан Кайши спровоцировал знаменитую Шанхайскую резню 1927 года, в которой были уничтожены тысячи видных коммунистов в разных городах Китая.

Пришлось выбирать, с кем быть — с победителем или с побежденным. Мао решил остаться в компартии: у Гоминьдана был уже свой вождь — Чан Кайши, а вот в КПК все только начиналось.

Главное, что вынес Мао из тех событий, он сформулировал в хлесткой фразе: «Винтовка рождает власть». Исходя из этого, он и строил свою дальнейшую стратегию.

Применив всю отпущенную ему Буддой хитрость и коварство, Мао сумел подняться на вершины руководства китайской Красной армии. Вклад его в военную науку ограничился четырьмя «победоносными» принципами партизанской войны. Главным из них был первый: «Враг наступает — мы отступаем». И хотя некоторые его командиры считали такую «войну» позорной, тактика изматывания противника быстрым бегом стала верным оружием Красной армии.

Шокируя советских руководителей, Мао как бы в шутку интересовался у них, где после ядерного апокалипсиса будет организована столица нового человечества

Мао был никчемным военачальником, никуда не годным руководителем и отвратительным человеком. Об этом можно судить по свидетельствам очевидцев, на которые ссылаются Юн Чжан и Джон Холлидей в своей книге «Неизвестный Мао». Он не заботился о солдатах, говоря, что незачем тратить пули, если есть люди. Врагов-гоминьдановцев Мао пытал и закапывал в землю живьем. Он осаждал мирные города и не принимал капитуляции, доводя людей до массовых голодных самоубийств. Его боялись и ненавидели даже его старые товарищи. Неоднократно его пытались сместить, но за его спиной стояло Советское государство. Отношения Сталина и Мао в разное время менялись, но они всегда понимали друг друга.

Чан Кайши был отвлечен борьбой с японцами-оккупантами, а Мао в тылу копил силы и плел интриги. После капитуляции Японии в 1945 году Чан Кайши решил взяться за своего старинного недруга всерьез. И тут случилось невероятное: сильная, организованная, технически оснащенная армия Чан Кайши стала терпеть поражение за поражением от голозадых оборванных коммунистов. Объяснений этому было множество — от массированной помощи Сталина Мао до измены в штабе Гоминьдана. Так или иначе, Чан Кайши был изгнан на Тайвань, а Мао в 1949 году стал председателем правительства новообразованной Китайской народной республики.

Трудные времена

Что было дальше — всем известно. Война в Корее, где погибли более миллиона китайских «добровольцев» (Мао, следуя своей политике, просто завалил американцев трупами). Неудачные попытки выжать из Сталина ядерные секреты. Индустриализация Китая за счет СССР, передача Хрущевым Мао ядерных технологий, разрыв с Советским Союзом. Провокационная кампания «ста цветов», когда Мао призвал безбоязненно высказываться всех несогласных с существующим положением, после чего начал глобальные чистки и репрессии.

В 1958 году стартовал печально известный Большой скачок, когда сельское хозяйство пытались поставить на «индустриальные рельсы». Среди безумных предприятий того времени — выплавка чугуна в домашних печах и борьба с четырьмя вредителями: крысами, воробьями, мухами и комарами. Результатом стал чудовищный голод 1959–1961 годов, жертвы которого, по любым оценкам, исчисляются десятками миллионов. Это время в Китае до сих пор стыдливо зовут «трудными временами».

Мао Цзэдун выступает перед массами во время Великого похода, 1934–1935 годы. Фото: Akg Images/Eastnews

Как известно, философ древности Лао Цзы советовал делать сердца (умы) подданных пустыми, а желудки полными. Мао пошел дальше: он делал пустыми и желудки, и головы.

В середине 1960-х началась Великая пролетарская культурная революция — развал системы образования, уничтожение памятников искусства и архитектуры, запрет на чтение книг, прослушивание музыки, просмотр фильмов и даже спектаклей традиционной китайской оперы, репрессии и убийства деятелей науки и культуры, высылка горожан на перевоспитание в голодающие деревни, уничтожение образованного сословия, упрощение и унификация жизни общества в целом. Из всей культуры людям остались только революционные листовки дацзыбао да цитатники с избранными речениями Мао Цзэдуна. При этом сам Мао читать любил, но заявлял: «Сколько ни читай, умнее не станешь!»

Апофеоз

Для чего были все эти чудовищные мероприятия, не считая обычного садизма? Сам Мао особенно и не скрывал своей цели — выбить из-под людей почву культуры, быта, родственных связей. Дети должны были ненавидеть своих «реакционных» родителей, отречься от них, единственным отцом каждого молодого китайца становился Мао Цзэдун. История и жизнь творились здесь и сейчас с чистого листа, все, что не соответствовало этой установке, уничтожалось.

Большой скачок и Культурная революция стали апофеозом политики Мао. В них проявилась в полной мере его античеловеческая натура. Мао считал, что голод и нищета — это хорошо, потому что именно они становятся источником революций. А одной из главных его идей была перманентная революция, вечный кровавый хаос.

Во внешней политике Мао вел себя хитро, пытаясь сталкивать лбами страны и континенты, народы и правительства. Разойдясь с советским руководством, которое он называл предателями и ренегатами, Мао сумел очаровать американцев, которые числили его по разряду «мирных аграриев». При этом Мао снабжал деньгами наиболее жестокие режимы и диктаторов вроде камбоджийского Пол Пота и албанского Энвера Ходжи. Не обошлось и без казусов. Президенту Египта Насеру он советовал заманить врага вглубь своей территории и там вести народно-освободительную войну. Насер объяснял ему, что Синай — пустыня, где нет населения, а значит, вести там народно-освободительную войну не представляется возможным. Однако на Мао эти слова впечатления не произвели.

Нельзя отрицать, что в распространении идей маоизма великий кормчий добился успехов. Однако куда страшнее была его одержимость мировой ядерной войной. К счастью, реализовать свои людоедские планы Мао не успел: с начала 1970-х он был ослаблен болезнью, от которой умер 9 сентября 1976 года.

Дело Мао

Перефразируя известный советский лозунг, можно сказать, что Мао мертв, но дело его живет. Развенчание культа личности Мао в Китае было в лучшем случае частичным. Заявлено было, что на 70% он был прав, а на 30 — ошибался. Эту туманную формулировку можно трактовать как угодно, например, так: из 45 миллионов погибших от голода во время Большого скачка 30 миллионов погибли правильно, а пятнадцать — ошибочно.

Беседуя как-то с камбоджийским принцем Сиануком, Мао сказал: «Моим учителем был Чан Кайши. Потому что он убивал людей. Когда он стал убивать людей, я начал учиться у него, я учился десять лет и научился почти всему…»

В провинции Хэнань на деньги, собранные предпринимателями и населением, сооружена статуя Мао высотой 36,6 метров и стоимостью почти $460 тыс. Фото: Exclusivepix Media/East News

В науке убивать Мао оставил своего учителя далеко позади. Жестокость его казалась страшной даже на фоне традиционного китайского жестокосердия, особенно свойственного крестьянам и людям из низов. Его собственный сын Аньин, росший в СССР, уже молодым человеком вернулся в Китай и был потрясен: такого пренебрежения к человеческой жизни он не видел даже в сталинском Советском Союзе.

Но кровавая биография Мао не помешала его посмертному обожествлению. Он по-прежнему гений и вождь, отец и великий кормчий. Его портреты украшают не только площадь Тяньаньмэнь, но и частные дома и рестораны, особенно на его родине, в провинции Хунань; ему как божеству ставят свечи и курят фимиам.

Мао особенно и не скрывал своей цели, состоявшей в том, чтобы выбить из-под людей почву: культуры, быта, родственных связей

Причиной тому и преемственность политического руководства КПК, и нежелание китайцев обсуждать свое прошлое, каким бы оно ни было, потому что это «наша, китайская история» и «не следует патриоту осуждать страну». Кроме того, ведь Мао взял отсталый аграрный Китай, а оставил его с ядерной бомбой. Знакомая риторика, не так ли?

Иногда говорят, что между Россией и Китаем много общего. Да, общее есть — в первую очередь это белые пятна в тех местах, где должна быть нравственность, добросердечие, ответственность и порядочность. Основное наследие Мао Цзэдуна именно в том и состоит, что он выжег из огромного числа китайцев почти всякое представление о морали, нравственности и человечности.

Несмотря на экономическую либерализацию, нынешнее руководство Китая по большому счету идет тем же путем — путем пренебрежения частным человеком, его естественными правами и интересами.

Вопрос только в том, как долго продлится этот путь.

* В результате синьхайской революции была свергнута манчжурская династия Цин и провозглашена республика.

** Основанная в 1912 году Китайская национально-буржуазная партия, выступавшая за парламентскую республику, против реставрации монархии.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.