Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Право

#Только на сайте

#Суд

Отчет с секретными вложениями

02.02.2016 | Андрей Остальский, Лондон | №3 (394) 30.01.16

На 327-й, последней, странице отчета о публичных слушаниях по делу о смерти Александра Литвиненко — только одна строчка. Это заголовок: Appendix 12: Closed appendices. То есть: «Приложение 12: Закрытые приложения». И все. Дальше — пустота. В них, как рассказал председательствовавший на слушаниях судья сэр Роберт Оуэн, засекреченные, недоступные для публики данные

литв 1.jpg

Алекс Гольдфарб, друг Александра Литвиненко, листает отчет судьи Оуэна во время пресс-конференции Марины Литвиненко, Лондон, 21 января 2016 года

Слушания по делу об убийстве Александра Литвиненко привели к более серьезным и далеко идущим выводам, чем ожидалось, считают британские СМИ и эксперты. Главное: Александр Литвиненко, «наиболее вероятно», был убит в результате операции российской ФСБ, причем опять-таки «наиболее вероятно», по приказу или с согласия тогдашнего главы ФСБ Николая Патрушева, а также и президента Владимира Путина.

Сведения из «здания»

Проблема секретности в деле Литвиненко с самого начала стояла столь остро, что именно из-за нее более ограниченные по масштабу коронерские слушания были сэром Робертом Оуэном в конце июля 2014 года прекращены. Он заявил тогда, что не способен прийти к сколь-либо внятным выводам именно потому, что соответствующие британские ведомства отказывались предоставить информацию о возможной роли в преступлении российского государства и должностных лиц. Под давлением общественного мнения и вдовы Александра Литвиненко Марины (см. интервью с ней в NT №1 от 18 января 2015 года) британские власти все же неохотно согласились на слушания публичные — куда более громоздкое и дорогостоящее мероприятие, продолжавшееся более полугода, но давшее судье Оуэну доступ к разведывательной информации. С его слов известно, что в закрытые приложения вошли сведения, полученные им в мае 2015 года в «одном правительственном здании». Причем это был не летучий визит, работа Оуэна там продолжалась несколько дней. Было заслушано большое число показаний и прочитано множество документов.

Итак, вот он, ключевой момент: до того как сэр Роберт Оуэн смог ознакомиться с данными разведки, он выводов сделать не мог. Теперь же это стало возможным. То есть он узнал нечто такое, что в корне изменило ситуацию. При этом в отчете Оуэн тщательно взвешивал каждое слово, если не запятую, чтобы ни прямо, ни косвенно не выдать секретов.

Обычно разведки тщательно берегут свои источники. Логично предположить, что в полученных Оуэном «данных из здания» — скорее всего, речь идет о здании разведслужбы Ми-6 — речь может идти о сообщениях агентов, глубоко внедренных в российские спецслужбы или даже проникших в Кремль. Или же, что еще более вероятно, о технических средствах, позволяющих перехватывать секретные разговоры или переписку между российскими чиновниками (включая высших) и спецслужбистами.

Профессорское «прикрытие»

При чтении отчета Оуэна кому-то может показаться, что выводы о роли российского государства сделаны большей частью по показаниям эксперта — бывшего профессора Оксфордского университета, известного историка Роберта Сервиса. Но ведь ничто не мешало его заслушать в рамках самого обычного коронерского расследования. Значит, дело все же не в анализе Сервиса, сколь бы глубок он ни был.

Тем не менее формально главные заключения вроде бы строятся на его показаниях. Судья, возможно, выделил те отрывки из них (целиком они приведены в несекретных приложениях), которые как бы подтверждают узнанное от разведчиков. И профессор, сам того не подозревая, послужил своего рода «прикрытием». Но это, если честно, тоже не более чем домыслы, пусть даже и логичные. Хотя показалось многозначительным, что судья Оуэн в отчете счел необходимым особо подчеркнуть, что сам Сервис с секретными данными не был ознакомлен ни в какой мере.

Профессору Роберту Сервису 68 лет, он уважаемый специалист по истории СССР, автор биографий Ленина, Сталина и Троцкого, а также популярной книги о большевиках и Октябрьской революции «Товарищи». Русский язык учил в Кембридже, а затем в Ленинграде. Читал лекции и писал статьи, в том числе и по современным темам, эволюции российского государства и так далее.

Сервис, давая показания на слушаниях, назвал Александра Литвиненко «самым видным и самым кипучим» из критиков Путина среди российских эмигрантов в Британии, которого российская власть считала «врагом государства». Сервис также обратил внимание на то, что принятые в 2006 году законы об экстремизме и терроризме, хотя на первый взгляд и не дают явного юридического основания для организации убийств критиков власти за рубежом (за исключением дел о террористических актах), тем не менее позволили российскому руководству «размыть грань между терроризмом и так называемой клеветой на государственных деятелей». Тем самым власти хотели бы «создать ощущение у ФСБ, что она избавлена от ограничений и может действовать свободно».

В этом контексте судья Оуэн обнародовал показания Марины Литвиненко по поводу предложения, полученного ее мужем от одного из своих бывших коллег, «организовать покушение на Владимира Путина». Один лишь разговор на такую тему мог бы служить формальным основанием для обвинения Литвиненко в терроризме и тем самым давал возможность подвести его под действие соответствующего закона, который официально санкционирует убийство за пределами России.

«Высшей точкой» антипутинских выступлений Литвиненко профессор Сервис назвал публикацию статьи на веб-сайте «Чеченпресс», в которой он обвинил президента Путина в педофилии и сообщил, что тот якобы уничтожил компрометирующие его материалы, имевшиеся в ФСБ. Среди других возможных мотивов убийства профессор Сервис назвал написание Литвиненко (совместно с Юрием Фельштинским) книги «ФСБ взрывает Россию», в которой «довольно убедительно», по его словам, было показано, что взрывы жилых домов в Москве в действительности осуществлены сотрудниками ФСБ с целью спровоцировать войну в Чечне и повысить рейтинг Путина. Была отмечена и вторая публикация — книга «Лубянская преступная группировка» о срастании спецслужб с организованной преступностью в России. Еще один возможный мотив — деятельность Литвиненко в поддержку так называемой комиссии Митрохина*, пытавшейся разоблачить бывших агентов КГБ в Италии.

Наследившие убийцы

А вот вина Андрея Лугового и Дмитрия Ковтуна доказывалась на основе совершенно открытых источников, показаний полицейских чинов и предоставленных следственными органами документов. Самая веская улика — ярко выраженные радиоактивные следы, оставленные во всех гостиничных номерах, которые они занимали. И в тех комнатах и кабинетах, которые они посещали в Лондоне, в самолетах, на которых они летали (за исключением тех бортов, которые британским экспертам обследовать не удалось, поскольку российские власти этого не допустили). Вообще помехи, которые активно чинили британским следователям во время их поездки в Россию в декабре 2006 года (вплоть до таинственного «исчезновения» пленки с записью допроса Лугового), сами по себе были сочтены судьей в высшей мере подозрительным обстоятельством.

К делу были приобщены и показания, полученные у различных свидетелей германской полицией. В частности, один из них показал, что перед своей второй поездкой в Британию в ноябре 2006-го Дмитрий Ковтун спрашивал его, не может ли их общий знакомый, албанский повар, работающий в Англии, помочь отравить «одного предателя, у которого на руках кровь». Отравить с «помощью очень дорогого яда». Причем такой экзотический способ убийства выбран для того, чтобы «показать пример для других». Судья Оуэн признал, что немецкая полиция сочла те показания не заслуживающими доверия. Однако он сам с этим не согласился. Германские коллеги не знали контекста и, в частности, того факта, что в Лондоне Ковтун искал встречи с упомянутым поваром под удивительным предлогом: дескать, он хочет предложить ему работу в Москве (и это притом что они были знакомы плохо и почти не общались), но, узнав, что албанец занят и в ближайшее время не сможет с ним встретиться, потерял к нему интерес. Кроме того, мать бывшей жены Ковтуна заявила полиции, что, вернувшись после второй поездки в Англию, он находился в болезненном состоянии, которое объяснил тем, что «эти идиоты, наверное, отравили нас всех».

Дополнительным косвенным свидетельством вины Лугового судья Оуэн счел открытую угрозу убийством в адрес Бориса Березовского. Луговой, как выяснилось, прислал последнему футболку с надписью «Ядерная смерть стучится в твою дверь». И почему-то украшенную эмблемой любимого футбольного клуба Лугового — ЦСКА.

Сэр Роберт Оуэн

Автор 327-страничного отчета — сэр Роберт Оуэн

Косвенным же подтверждением вины президента Путина сэр Роберт Оуэн счел тот факт, что после гибели Литвиненко Луговой был «героизирован» российскими властями и лично глава государства наградил его орденом. Он был избран депутатом, что согласно показаниям экспертов, невозможно без одобрения президентской администрации. Многозначительным нашел судья и тот факт, что Луговому был предоставлен широкий доступ к государственным СМИ, прежде всего, телевидению, — а это, по свидетельству профессора Сервиса, совершенно невозможно в сегодняшней России без явного поощрения со стороны высших властей. «Вокруг Лугового и Ковтуна российскими властями построена круговая стена защиты», — заявил профессор Сервис.

Судья Оуэн рассказал, что были получены показания о «нескольких убийствах видных критиков Путина и его администрации», признав, однако, при этом, что «доказательства соучастия официальных лиц в этих преступлениях носят косвенный характер». В этом ряду он перечислил убийства Анны Политковской, Сергея Юшенкова, Владимира Головлева; подозрительную смерть, скорее всего, от отравления диоксином Юрия Щекочихина. Вспомнил Оуэн и попытку отравления тем же ядом украинского президента Виктора Ющенко. А также факт убийства российскими разведчиками в Катаре бывшего президента Чечни Зелимхана Яндарбиева, обвинявшегося в России в террористической деятельности.

И еще судья Оуэн заявил: есть все основания подозревать, что отравление полонием-210 в качестве средства убийства оппонентов режима было опробовано на Романе Цепове, считавшемся связующим звеном между петербургскими властями и организованной преступностью, а затем и на приговоренном к восьми годам тюрьмы чеченце по имени Лечи Исламов*. Судья отметил также, что знает о подозрительных обстоятельствах смерти в Британии Бориса Березовского и бизнесмена Александра Перепиличного, так же как и об убийстве в Москве лидера оппозиции Бориса Немцова. Но подчеркнул при этом, что не стал рассматривать в качестве доказательств эти факты, так как они имели место уже после убийства Александра Литвиненко.

Помимо профессора Сервиса в ходе слушаний были допрошены десятки других свидетелей и экспертов, включая самых авторитетных специалистов по ядерным изотопам. Кстати, среди экспертов были и некоторые разногласия. Например, из-за этого судья Оуэн вынужден был объявить, что у него нет однозначного ответа на вопрос о месте производства 50 микрограммов (огромная доза!) полония-210, использованного для убийства Литвиненко. Но при этом Оуэн считает «вероятным» его российское происхождение.

Особенности лексики

В итоговой части доклада судья Оуэн использовал два разных выражения: I am sure, что значит «я уверен», и probably, то есть «наиболее вероятно».

Например, пункт 8.10: «Я уверен, что причиной смерти мистера Литвиненко был острый радиоактивный синдром». «Я уверен, мистер Луговой и мистер Ковтун поместили полоний-210 в чайник в Pine Bar 1 ноября 2006 года» (8.65). «Я уверен, что мистер Луговой и мистер Ковтун знали, что они используют смертельный яд и что они намеревались убить мистера Литвиненко. Я не верю, однако, что они знали, какой именно химический элемент они использовали, его природу и свойства». (8.68). В обоснование второй части пункта 8.68 судья привел поразительный факт: Андрей Луговой, после того как Литвиненко уже выпил роковой чай, познакомил его со своим восьмилетним сыном, которому предложил пожать руку отравленного. Трудно поверить, что Луговой-старший сделал бы это, если бы догадывался, что за яд он использовал…

Иначе обстоит дело с оборотом probably (наиболее вероятно). Судья использовал его в пунктах, вызвавших наибольший резонанс. И в их обоснование приводится экспертный анализ — прежде всего показаний профессора Сервиса, а также специалиста по российскому праву и других экспертов (и нельзя не предположить, что эти показания также подкрепляются сведениями разведки).

Убедившись, что у Лугового и Ковтуна не было «мотивов личной вражды» к Литвиненко, судья Оуэн твердо пришел к выводу, что они совершили убийство в интересах «иных лиц». (9.189). Использование полония-210, для производства которого необходим ядерный реактор, говорит о том, что убийцы действовали в интересах государства, а не просто преступной организации.

Приняв во внимание информацию из закрытых источников, судья Оуэн утверждает, что есть «сильные косвенные доказательства ответственности российского государства» за убийство Литвиненко. (9.199). «Мистер Луговой, вероятно, действовал по указанию ФСБ. Я хочу добавить, что считаю эту вероятность весьма большой».

Последний шаг

Ну и вот он, самый цитируемый по всему миру пункт 9.125: «Приняв во внимание всю имеющуюся в моем распоряжении информацию и весь анализ, я прихожу к выводу, что операция ФСБ по убийству мистера Литвиненко была, наиболее вероятно (probably), одобрена мистером Патрушевым, а также и президентом Путиным».

Судья Оуэн подчеркнул, что пришел к этому выводу не только на основании показаний бывшего офицера КГБ Юрия Швеца, который заявил, что, по правилам КГБ-ФСБ, осуществление подобных операций совершенно невозможно без санкции высшей власти (в данном случае президента Путина), и не только друга Березовского и Литвиненко — Александра Гольдфарба, который привел аргументы в пользу того же взгляда. Оуэн также процитировал американского официального деятеля Дэниэла Фрида (ныне он занимает должность координатора Госдепартамента США по санкциям. — NT), который сообщил, что американская администрация, зная, как президент Путин всегда внимателен к деталям, сомневается, что убийство Литвиненко могло произойти без его ведома. (Эта цитата получена Оуэном от WikiLeaks).

Однако приняв эти показания во внимание как заслуживающие доверия, судья Оуэн, по его словам, тем не менее учел и тот факт, что они все же исходят от лиц, которых нельзя считать незаинтересованными. А потому они были помещены в контекст анализа, сделанного профессором Сервисом, который считает, что «мистер Патрушев, вероятнее всего, сказал бы президенту Путину о такой операции, но при этом имеющиеся у него (профессора Сервиса) доказательства настолько недостаточны, что он считает, что в настоящее время доказать это невозможно», сказал судья Оуэн.

Впрочем, в отличие от профессора Сервиса судья Оуэн располагал дополнительными, закрытыми сведениями и потому сделал следующий шаг, предположив с наиболее высокой степенью вероятности (probably), что убийство было организовано и осуществлено под руководством ФСБ и его высшего руководства, а также при одобрении президента Путина.

«Высшей точкой» антипутинских выступлений Литвиненко профессор Сервис назвал публикацию статьи на веб-сайте «Чеченпресс», в которой он обвинил президента Путина в педофилии и сообщил, что тот якобы уничтожил компрометирующие его материалы, имевшиеся в ФСБ

Опрос

Опрос

Источник: Yougov, январь 2016

Глоссарий NT

Общественные (публичные) слушания (public inquiry). Проводятся в Великобритании в случае событий, имеющих большой общественный резонанс, и когда задача — не осудить виновных (судить либо некого, либо подозреваемые недоступны для правосудия), а выяснить все важные факты и обстоятельства произошедшего. Судебный процесс может последовать за слушаниями, если выявляются основания для уголовного преследования. Известные примеры такого рода: слушания по состоянию дел в британских СМИ после скандала с широкомасштабным прослушиванием частных разговоров журналистами «Ньюс интернешнл» и других изданий Руперта Мердока.

Коронерское дознание — форма расследования, не известная за пределами англо-саксонского мира. Его ведет особый юрист (коронер), не прокурор и не судья, хотя часто с практическим судебным опытом. Коронерское дознание схоже с публичными слушаниями в том, что тоже устанавливает обстоятельства преступления. За таким дознанием тоже часто следует уголовный процесс. Отличие же в том, что коронер имеет меньшие полномочия (и меньше средств в своем распоряжении). Кроме того, он не имеет права оперировать секретными сведениями, так как все материалы дознания могут в итоге оказаться достоянием публики.

«Наиболее вероятно» (probably). Публичные слушания по делу Литвиненко опирались на нормы гражданского, а не уголовного судопроизводства. В английском праве, напомнил в интервью Би-би-си известный британский юрист Роберт Браун, истец должен продемонстрировать, что его жалоба соответствует действительности «вероятнее всего». В таких случаях судья рассматривает дело на основе принципа наибольшей вероятности. Соответственно, судья Роберт Оуэн по рассмотрении всех показаний, свидетельств и вообще всей юридически значимой информации в этом деле, пришел к выводу, что, «наиболее вероятно» или «вероятнее всего» — то есть он убежден как минимум на 51%, — есть достаточные основания считать, что Владимир Путин был замешан в убийстве (Александра Литвиненко).

* Комиссия Митрохина — итальянская парламентская комиссия, расследовавшая деятельность советских спецслужб в Италии в период холодной войны. Свое название получила в связи с тем, что занималась изучением секретных документов, вывезенных в 1990 году из СССР бывшим майором КГБ Василием Митрохиным.

missing image file

Профессор Роберт Сервис давал показания в ходе слушаний

Есть все основания подозревать, что отравление полонием-210 в качестве средства убийства оппонентов режима было опробовано на Романе Цепове, считавшемся связующим звеном между петербургскими властями и организованной преступностью, а затем и на приговоренном к восьми годам тюрьмы чеченце по имени Лечи Исламов

missing image file

Комментарий

Владимир Жбанков, юрист-международник:

Главные адресаты итогового отчета по делу Литвиненко — парламент Великобритании и подотчетное ему правительство, а также общество в целом.

Каковы же последствия публикации отчета?

Во-первых, независимо от политической конъюнктуры, правительству Британии придется предпринимать существенные усилия для достижения правосудия. Ранее члены кабинета могли ссылаться на незавершенность и неполноту расследования и затягивать дело, теперь же в случае проволочек они будут нести политическую ответственность перед парламентом, чем не преминет воспользоваться оппозиция.

Во-вторых, отчет, ввиду его ясности и обоснованности, скорее всего, ляжет в основу заключений по делу Литвиненко различных европейских и международных институтов.

В-третьих, и это, пожалуй, самое главное, в девятой части отчета содержится семь глав, касающихся ответственности России как государства за убийство британского гражданина общественно-опасным способом. У правительства Британии появились основания требовать компенсации не только родственникам погибшего, но и возмещения расходов, связанных с ликвидацией радиационного заражения, расходов на следствие, экспертизы и судебные издержки. А это многие миллионы фунтов.

Кроме того, надо добавить, что с публикацией отчета расследование не завершено. В случае появления новых доказательств, свидетелей или, что, конечно, маловероятно, явки подозреваемых оно будет возобновлено. Срок давности по таким преступлениям не предусмотрен.

* Лечи Исламов — чеченский криминальный авторитет и вор в законе. Умер 21 апреля 2004 года (токсикодермия, поражение почек, печени, костного мозга, надпочечников, отек легких) в Волгоградской области, ИК-15 ЛИУ, Волгоград.

Фото: ap/fotolink, afp photo/john stillwell, wikipedia.org



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.