Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Цензура

#Только на сайте

#СМИ

#Крым

«Особой любви к телеканалу власти не питали»

19.04.2015 | Виктор Вилисов | 13 (364), 20 апреля 2015

На создание нового крымскотатарского телевидения федеральный бюджет готов выделить 177 млн руб.* Новый канал должен прийти на смену ATR, которому Роскомнадзор отказал в лицензии: с апреля он прекратил вещание. Чем ATR не пришелся ко двору новой власти — The New Times поговорил с гендиректором канала Эльзарой Ислямовой
14-490-01.jpg
Ситуация вокруг телеканала — это обычная для нынешней России цензурная практика или что-то еще?

Нам трудно судить об этом, поскольку наш телеканал был создан и развивался все предыдущие годы в Украине. Все, что случилось, — для нас во многом неожиданность. Ведь в Российской Федерации цензура официально запрещена. К тому же представители власти неоднократно заверяли, что «от присоединения Крыма к России никто из крымчан не должен ничего потерять, а только приобрести». Пока же на деле мы только теряем. С прекращением вещания ATR и ряда других СМИ, входящих в наш медиахолдинг, крымские татары практически лишились своих национальных СМИ.

Но формально телеканал остановил вещание сам — из-за отсутствия лицензии. Были вообще поводы для вмешательства извне?

Да, мы прекратили вещание самостоятельно и не могли поступить иначе — ведь живем в правовом поле и не можем действовать вопреки требованиям законодательства. Другой вопрос, что для того, чтобы мы закрылись, были созданы все возможные условия.

Телеканал ATR сильно раздражает крымских чиновников — мы ведь рассказываем не только об их достижениях и успехах, но и о проблемах, с которыми сталкиваются жители республики. Тем более (и это еще одна веская мотивация для властей) наша аудитория — самая большая в Крыму, что подтверждается всеми рейтингами и замерами. Так что поводы, чтобы нас закрыть, у местной власти, что говорить, были значительные.

И заметьте: хотя нас вынудили прекратить вещание по формальным причинам, представители власти успели обвинить нас чуть ли не во всех смертных грехах: в разжигании межнациональной розни, экстремизме, каких-то радикальных призывах… Но все эти обвинения, разумеется, надуманы. Если бы действительно были такие факты, то, поверьте, по отношению к телеканалу уже давно приняли бы меры соответствующие органы и структуры.
14-cit-01.jpg
Попытки компромисса

Ленур Ислямов (владелец телеканала. — NT) в одном из интервью заметил, что попытку лицензироваться по российским законам АТР предпринял три года назад, когда Крым был еще украинским. Для чего тогда это было нужно?

Мы хотели расширить зону охвата — к этому стремится, наверное, любой телеканал в мире. Тогда мы поставили себе целью увеличить аудиторию не только в Украине, где ATR получил лицензию на спутниковое вещание, но и в России. Ведь на российской территории проживает много народов, схожих с нами по языку и культуре — карачаевцы, балкарцы, кумыки, ногайцы, татары Поволжья. Хотя нам и удалось тогда зарегистрировать СМИ по российским законам, лицензию на вещание мы получить так и не смогли.

Но Ислямов утверждает: «нас заверили», «нам говорили», «поступали предложения». Можно ли назвать фамилии этих «заверяющих» и «предлагающих»?

Речь идет о представителях крымской власти. Если вы просмотрите публикации в СМИ о телеканале, то легко заметите, что глава республики Сергей Аксенов и его заместитель, министр внутренней политики, информации и связи Дмитрий Полонский, неоднократно отзывались о нас в нелицеприятном тоне. Уж точно особой любви к телеканалу ATR они не питают.

А вам не предлагали принять в редакцию какого-нибудь куратора или консультанта, с которым можно было бы согласовывать редакционную политику?

Предлагали. И мы не отказались. Предложили лишь обсудить функциональные обязанности и границы воздействия этого человека на информационную политику телеканала. Но судя по тому, что телеканал прекратил вещание, больше нет предмета для этого разговора.

Вопрос об изменении редакционной политики поднимался?

В какой-то момент, когда над ATR сгустились тучи, мы сами заявили о готовности отказаться от информационных программ. Сделали это с одной единственной целью — спасти сам телеканал, который, напомню, является единственным крымскотатарским телеканалом в мире. Для нас политика никогда не была главной ценностью. Приоритет для ATR — возрождение и развитие крымскотатарской культуры и языка.

А какие-то компромиссные предложения, не связанные с закрытием канала, поступали от крымских властей?

Нет, все компромиссные предложения поступали только от нас. Это было такое одностороннее движение. Мы всячески пытались доказать, что никакой угрозы для российского государства телеканал ATR не представляет. Но когда нам уже открытым текстом сказали, что проблема вовсе не в информационной политике канала, а в том, что он консолидирует народ и поэтому следует поменять собственника, то мы поняли: все бесполезно.

14-490-02.jpg
Акция в поддержку телеканала ATR, Симферополь, март 2015 года

Роковой вопрос

Руководство телеканала встречалось с Сергеем Аксеновым?

Неоднократно. Более того, коллективы ATR и других СМИ, входящих в наш медиахолдинг, направляли Аксенову обращения с просьбой оказать содействие в регистрации. К сожалению, все это были тщетные попытки.

Правильным ли будет считать, что разрешение вещать в Крыму фактически зависит от Аксенова?

Логика событий подсказывает, что это именно так. У федеральных властей нет к нам никаких претензий. Наверняка они мониторили телеканал и убедились, что никакой угрозы ни для кого он не представляет. Весь негатив по отношению к ATR шел отсюда, из Крыма.

Какую контентную политику телеканал проводил после референдума (о независимости Крыма 16 марта 2014 года)? Может быть, какие-то программы или сюжеты были интерпретированы как «антироссийские», пусть даже и без нарушения российского законодательства?

Конечно же, нет. Повторюсь: если бы что-то подобное имело место, к нам уже давно применили бы самые суровые меры. ATR никогда не стремился к какому-либо разжиганию межнациональной розни и прочих страстей, в чем нас пытаются обвинить крымские власти. Наш телеканал был создан и всегда работал в первую очередь для крымскотатарского народа, для возрождения и развития его культуры и языка.

После принятия закона о присоединении Крыма к Российской Федерации мы приняли новые реалии и как законопослушные граждане начали процесс регистрации юридических лиц согласно российскому законодательству, затем подали документы на регистрацию СМИ в Роскомнадзор… Кстати, если говорить о нашей информационной политике, то мы, напротив, занимались тем, что пытались успокоить народ и помочь людям, для которых переход Крыма в другое государство был сопряжен с различными трудностями.

А когда, по-вашему, на ATR впервые серьезно обратили внимание? Январские обыски* * 26 января 2015 года местные силовики провели обыск в офисе телеканала в Симферополе по делу о «причинении смерти по неосторожности» двум местным жителям, погибшим во время митинга 26 февраля 2014 года. — это был первый звоночек?

Наверное, все началось в ту пору, когда мы освещали события февраля-марта 2014 года. Опять же делали мы это с соблюдением всех журналистских норм и стандартов, о чем свидетельствует тот факт, что многие телеканалы мира тогда ретранслировали нашу картинку у себя. Конечно же, мы отражали в эфире разные точки зрения — как за, так и против референдума о присоединении Крыма к России. Мы вообще всегда, на протяжении всего существования ATR, старались выдерживать баланс мнений. К слову, тот же Сергей Аксенов, будучи еще в оппозиции к действовавшей тогда в Крыму власти, был частым гостем наших эфиров. Тот факт, что наш телеканал соблюдал отраженные в российском законодательстве принципы свободы слова и выражения мнений, признали и сами крымские власти: в декабре 2014 года они наградили ATR премией «Журналист года» в номинации «За развитие свободы слова». Тогда мы посчитали, что с телеканалом будет все в порядке. Но особое раздражение у руководства Крыма, судя по всему, вызвал тот факт, что в том же декабре 2014-го журналистка ATR задала Владимиру Путину на пресс-конференции вопрос о том, почему крымские власти не исполняют его указ о реабилитации крымско-татарского народа. Именно тогда, как нам кажется, был запущен механизм уничтожения нашего телеканала.

И как телеканалу удавалось работать все это время? Властям было просто не до вас? Как вы себе это объясняете?

Они на нас, конечно, оказывали давление — провели обыск на телеканале, наши работники получали предупреждения о недопущении экстремистских действий… Но оснований для закрытия телеканала у них не было, ATR не нарушал законодательства. Вот почему понадобился формальный повод, которым они в итоге и воспользовались.
14-cit-02.jpg
Письмо Путину

Насколько значительным и частым было давление прежних украинских властей Крыма на редакционную политику ATR? По каким вопросам, как правило, возникали разногласия?

По тем же самым — мы якобы как-то не так освещали крымские события в своих выпусках новостей. Будь то украинская власть, будь то российская, ATR всегда пытался рассказывать о проблемах, с которыми сталкиваются простые люди.

Вы отправили письма президенту Российской Федерации и некоторым другим высокопоставленным лицам с просьбой разобраться в ситуации. На что вы рассчитываете?

Мы искренне считаем, что в рамках своего указа о реабилитации крымскотатарского народа Владимир Путин мог бы нам помочь. Ведь в этом документе речь идет о восстановлении не только политических и социальных, но и культурных, языковых прав крымских татар. Телеканал ATR как раз и работает в этом направлении. Мы занимаемся развитием культуры и языка крымских татар, удовлетворяем культурные и информационные потребности депортированного народа и не берем при этом ни копейки у государства. Нам даже не надо было в этом деле помогать. Достаточно было просто не мешать.

Что вы планируете делать дальше?

Мы по-прежнему добиваемся получения документов, необходимых для осуществления вещания. Параллельно ищем и изучаем законные пути для вещания в интернете. Пытаемся сохранить наш коллектив — это главная ценность медиахолдинга.

А что вообще сейчас происходит с крымскими СМИ?

Многие из них точно так же, как ATR, столкнулись с проблемой регистрации в Роскомнадзоре. Одни, подобно нам, продолжают добиваться получения необходимых документов, другие, отчаявшись, покидают Крым и перевозят редакции за пределы полуострова.

Но ведь вам ясно дали понять: единственный возможный вариант работы СМИ в Крыму — полная и безоговорочная лояльность. На что вы надеетесь?

На то, что здравый смысл все-таки восторжествует. Нет ничего хорошего в том, что власть и ручные СМИ воссоединяются в «едином танце». 

* На прошлой неделе некоторые российские СМИ назвали известного журналиста Рустама Арифджанова в качестве главного редактора нового крымскотатрского канала. Сейчас Арифджанов возглавляет первый общественный мусульманский канал «Аль-РТВ», до этого был топ-менеджером телеканала «Звезда» и заместителем главного редактора газеты «Известия». Но главное — Арифджанов выходец из семьи крымских татар: его семья была выслана во время массовой депортации народа из Крыма в Узбекистан. Сам Арифджанов в телефонном разговоре с NT сказал, что ему никаких предложений ни из Крыма, ни из Москвы не поступало. А если и будет сделано такое предложение, то он совершенно не уверен, что согласится: он уже 30 лет живет в Москве, у него большая семья и переезжать он совершенно не планирует.

Фото: Alexander Рolegenko/АР Рhoto, Алексей Павлишак/ТАСС




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.