Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Суд

#Только на сайте

Человекообразные

22.02.2015 | Дмитрий Окрест | № 6 (357) от 23 февраля 2015 года

24 февраля неонацисты из группировки «Боевая организация русских националистов» (БОРН) выступят в суде с последним словом.
Дальше — вердикт присяжных и приговор. The New Times проследил, на какие вопросы ответил процесс над бандой, а что так и остались тайной
20-490-01.jpg
В Мособлсуде 20 февраля завершились прения сторон по делу о четырех участниках БОРН — Максиме Баклагине, Вячеславе Исаеве, Михаиле Волкове и Юрии Тихомирове. Их обвиняют в убийстве семи человек, в том числе — федерального судьи. Помимо этого, подсудимым вменяются покушения на убийства, незаконный оборот оружия и участие в экстремистском сообществе.

Неожиданные жертвы БОРН

Среди доказательств вины подсудимых — продемонстрированный присяжным оружейный арсенал подсудимых, детальные признания самих праворадикалов и свидетельские показания одного из основателей БОРН Никиты Тихонова и его гражданской жены Евгении Хасис, осужденных в 2011 году за убийство адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой.

Но сильнее всего на присяжных, судя по их реакции, подействовали выступления родственников погибших.

Например — еле слышимый рассказ Светланы Чувашовой, матери застреленного в подъезде своего дома 47-летнего судьи Мосгорсуда Эдуарда Чувашова. «Горе, которое я ношу в сердце, нельзя передать словами. Пусть не надеются на прощение, мать будет напоминать о преступлении всегда, — сквозь слезы произносила Чувашова в самом начале прений 11 февраля. — Он рассказывал, какие дела рассматривает — националистов, скинхедов. За ворохом проблем забыл о безопасности, вот и убили». Каждый раз, когда Чувашова поворачивалась к подсудимым, те отводили взгляд в сторону, никто не отваживался посмотреть ей прямо в глаза. Судья Чувашов председательствовал в процессах над двумя праворадикальными бандами — «Белыми волками» и группой Рыно-Скачевского, убившими несколько десятков человек. После этого судье выдали пистолет для самообороны и предоставили охрану. Пистолет он взял, а от телохранителей, по заявлению пресс-службы Мосгорсуда, отказался. Убийство федерального судьи — редкий случай, именно это преступление и стало катализатором расследования по делу БОРНа: следствие, по словам потерпевших, немедленно активизировалось.

Не менее эмоционально говорила и Донара Джапаридзе, мать 20-летнего антифашиста Ильи Джапаридзе, которому нанесли 26 колото-резаных ран и выстрелили в голову из «травмата». «Кто вам дал право отнять жизнь у другого человека? Вы посланники Божии? Вы гады, мрази, человекообразные звери, а не люди!» — плача, говорила на прениях одетая в черное Донара. Пока она выступала, не многим присяжным удавалось сдержать слезы, а подсудимые на протяжении всего выступления затравленно смотрели в пол (точно так же они вели себя каждый раз, когда присяжным демонстрировали очередные доказательства их вины — показывали найденный арсенал или зачитывали выдержки из прослушки).

Кажется, матерям удалось достучаться и до некоторых подсудимых. «Заседание оставило гнетущее впечатление, невозможно равнодушно смотреть на несчастья других людей», — сказал на слушании 16 февраля Михаил Волков. Его обвиняют в убийстве 18-летнего члена группировки «Черные ястребы» Расула Халилова и 26-летнего антифашиста Федора Филатова. Халилова Волков застрелил в одиночку, Филатова — зарезал вместе с Тихоновым.

Реакцию обвиняемых на слова потерпевших довольно неожиданно интерпретировал адвокат Исаева Марат Степанов: «Баклагин и Исаев — это даже не члены, а жертвы этого БОРНа. Исаев мог бы увильнуть, сидел бы в Камбодже, Таиланде, но моральный груз привел к тому, что он признал вину». На это адвокат потерпевших Ильнур Шарапов, повысив голос, напомнил присяжным, что душевные страдания у подсудимых начались только после задержания, а не во время жизни в подполье.
20-cit-01.jpg
Аргументы защиты

На протяжении нескольких часов 18 и 20 февраля защита доказывала, что подсудимые были лишь марионетками в руках лидеров организации: «Исаев — обыкновенный, рядовой член БОРН, он заслуживает снисхождения, потому что понял, что сделал. Он даже близок не был к руководству банды, а вот организаторы такого снисхождения не заслуживают». Исаев убил таксиста Сосо Хачикяна, чемпиона по тайскому боксу Муслима Абдуллаева, покушался на участкового Гагика Беняминяна и спортсмена Рамазана Нуричуева — о каждом эпизоде во время суда он рассказывал будничным голосом.

Одним из главарей, по мнению защитника Марата Степанова, является именно Никита Тихонов. Он дал исчерпывающие показания в ходе собственного процесса в сентябре 2014 года: признался в нападении на антифашиста Филатова, создании экстремистского сообщества, за что получил к пожизненному сроку дополнительно 18 лет. Другим лидером, которому якобы безоговорочно подчинялись обвиняемые, адвокаты подсудимых называют экс-прапорщика ФСБ Алексея Коршунова. Известно, что в юности он был активным фанатом футбольного клуба «Спартак». По версии следствия, уже после ухода из ФСБ он примкнул к БОРН и скрывался в лесу в Тверской области, где спал с автоматом в обнимку. В материалах дела не содержится никаких сведений о том, в каком именно управлении ФСБ служил Коршунов и почему он ушел из спецслужбы.

Именно Коршунов, по словам подсудимых, научил их стрелять, грамотно отходить с мест преступления и менять внешность. Убив судью Чувашова, прапорщик, видимо, понимая, что теперь начнется охота на банду, предпочел скрыться на Украине, в Запорожье. Свободное время он проводил на стадионе, где и погиб во время пробежки — сдетонировала граната, которую он всегда носил с собой на случай внезапного ареста. Теперь адвокаты подсудимых называют Коршунова зачинщиком всех преступлений.

По вине убитые

Адвокаты долго и тщательно описывали деяния антифашистов, погибших от рук боевиков БОРН, чтобы доказать присяжным, что у убийц не было идеологических мотивов, и тем самым смягчить приговор. «Пострадавшие везде называются антифашистами, но антифа — это представители уличных группировок. Они боролись с Гитлером, боролись с Муссолини? Нет, они — дрались на улицах. И помните фразу Черчилля, что фашисты будущего будут называть себя антифашистами», — сказал адвокат Зацепин, видимо, не зная, что автором популярной фразы на самом деле является сенатор от штата Луизиана Хьюи Пирс Лонг.

«Хуторской (одна из жертв неонацистов. — NT) явно не ладил с законом, что и послужило причиной окончания его недолгой жизни, — перебирая бумажки, сообщал присяжным адвокат Баклагина Сергей Субботин. — Его сестра подтверждает, что на Хуторского совершали нападение: получил черепно-мозговую травму, открытый перелом. Все вышесказанное подтверждает версию защиты — это была месть за его противоправные действия. Здесь нет мотива идеологической ненависти». Адвокат Тихомирова Игорь Поповский также называет случившееся местью, а Степанов развивает мысль коллеги: «Мотив здесь — месть за высокое положение Хуторского в антифашистской организации, это именно месть, а не идеологическая ненависть. Можем ли мы уравнивать роль Исаева с этим человеком? Это несправедливо!» Подсудимый Исаев, по данным следствия, отслеживал перемещения судьи Чувашова и антифашиста Ивана Хуторского, чтобы передать затем информацию непосредственному убийце — Коршунову.

Таким же образом адвокаты оправдывают и «ликвидацию» таксиста Хачикяна. По словам защиты Исаева, это была месть за избитую Хачикяном молодую женщину — новость об этом появилась на LifeNews, в сообщении говорилось, что у девушки случился выкидыш. В суде потерпевшая подтвердила факт нападения, но отметила, что беременности в тот момент не было.
20-490-02.jpg
Аргументы обвиняемых

В ходе прений сторон носивший на все заседания оранжевый свитер Баклагин срывающимся голосом рассказал, что происходит «колоссальная подмена понятий» — антифашистами называют анархистов, которые-де требуют вернуть Украине Крым (вероятно, он имел в виду их участие в «маршах мира»). По его словам, он просился воевать в штрафбате самопровозглашенной ДНР, но «в ФСБ отказали». Баклагин и раньше не скрывал своих симпатий к донецким сепаратистам. Во время допроса в конце декабря, он сказал: «Наши парни воюют против фашистов из Львова, а теперь нас самих фашистами называют», — что вызвало смех среди присяжных. А вот Михаил Волков на каждое заседание приходил в приталенном пиджаке и выглаженной рубашке — как кто-то заметил, «косил под адвоката». И аргументы его были сугубо юридическими: следствие строит немалую часть своих доказательств на признательных показаниях подсудимых — говорил он в прениях, что, по словам Волкова, дает повод усомниться в предъявленных обвинениях. Признавший вину Волков про совершенные убийства рассуждал крайне абстрактно и путано, так что судье Александру Козлову не раз приходилось прерывать его, чтобы он говорил конкретно о предъявленных обвинениях. Сбиваясь и понижая голос, Волков утверждал, что Баклагин и Исаев себя оговорили, когда в первые дни задержания при госадвокатах рассказали все подробности своей деятельности. Позднее Баклагин, судя по письмам из СИЗО, пытался вскрыть себе вены, а Юрий Тихомиров и вовсе напрямую говорил о пытках током.
20-cit-02.jpg
Что осталось за кадром

Судебный процесс над боевиками БОРНа не ответил на ряд важных вопросов. Кто покровительствовал банде нацистов? Кто предоставлял фотографии и адреса жертв? Кто финансировал покупку оружия и жизнь в подполье? Какую роль играла во всем администрация президента?

Тихонов и Хасис, выступившие на этом процессе свидетелями, рассказали, что куратором лидера «Русского образа» Ильи Горячева, который якобы предоставлял подсудимым информацию о жертвах, был координатор проекта «Местные» Леонид Симунин, по их словам, работавший в администрации президента (см. «План по убийствам», NT №40 от 1 декабря 2014 года). Хасис тогда оговорилась: «Из денег, направлявшихся на молодежную политику, что-то Симунин выделял Горячеву на националистическую организацию. Были товарно-денежные отношения с администрацией президента /…/ А Симунин, являвшийся представителем Суркова, говорил фразы вроде «я посоветовался с руководством» или «руководство не рекомендовало».

В разговоре с NT Симунин утверждал, что с Горячевым занимался исключительно рекламным бизнесом: «На исполнителя убийств Горячев явно не тянет, а тянет ли на организатора — не знаю. Я в людях плохо разбираюсь» (см. «Убийцы нашего времени», NT №14-15 от 28 апреля 2014 года). Симунина не вызывали в качестве свидетеля на процесс, не фигурирует в материалах дела и упоминание АП или других государственных органов. В ближайшие месяцы должен начаться суд над Горячевым, и, может быть, тогда одной тайной станет меньше.

Фото: Andrey Smirnov/AFP Photo, Евгений Костин/NewsTeam/ИТАР-ТАСС, antifa.fm, rusplt.ru, redskins.ru


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.