Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Память

«Евреи уничтожены полностью»

26.01.2015 | Солонин Марк

Что открылось в освобожденном Освенциме и что стало понятно десятилетия спустя

27 января 1945 г. войска 60-й Армии 1-го Украинского фронта в ходе Висло-Одерской наступательной операции заняли район Освенцим, Бжезинка, где и была обнаружена группа концлагерей, брошенных немецкой охраной. На следующий день начальник политотдела армии генерал-майор Гришаев докладывал: «Узники крайне истощены, плачут, благодарят Красную Армию; люди - многих национальностей, но евреев не встречал». Более подробное донесение от 30 января заканчивалось аналогичным выводом: «В лагере Освенцим освобождено 2 тыс. узников, в Бжезинке 2,5 тыс., в других по 500-800 человек. Евреи уничтожены полностью». Разумеется, донесения, составленные в горячке грандиозного наступления, не могли быть исчерпывающе точны, но и в официальном сообщении чрезвычайной государственной комиссии «О чудовищных преступлениях германского правительства в Освенциме» от 8 мая 1945 г. слово «еврей» не было использовано ни в одном падеже.

57-490.jpg

Акценты памяти

1 ноября 2005 года ООН приняла резолюцию о признании 27 января всемирным днем памяти жертв Холокоста. Это решение (как, впрочем, и любое другое решение ООН) является авторитетной рекомендацией, не более того. И до резолюции ООН во многих странах мира отмечался день памяти Холокоста, причем конкретные даты были приурочены к разным событиям (освобождению концлагерей или, напротив, массовой гибели евреев) в этих странах.

Лично мне выбор даты 27 января представляется отнюдь не оптимальным, причем по многим причинам. Во-первых, по установившейся у добрых людей традиции все решения по проведению траурных мероприятий (похороны, «поминки», «сороковины») принимает семья покойного, остальные принимают это к сведению и по мере возможности помогают; никто не приходит на поминки с намерением громко рассказать, как надо хоронить «на самом деле». Еврейское государство Израиль приняло решение отмечать день памяти Катастрофы и героизма в 27-й день месяца нисан, т.е. в годовщину начала восстания в Варшавском гетто (самом крупном, но далеко не единственном из череды восстаний в гетто). Вероятно, с этим и надо было молча согласиться, тем более, что отмечая подвиг тех, кто предпочел погибнуть в бою, мы очень правильно расставляем акценты памяти во всей этой страшной теме; кстати, именно так и было принято в Польше, США и Канаде.

Во-вторых, со словом «Освенцим» слишком тесно связана непристойная суета «отрицателей Холокоста». К сожалению, связана не совсем без причины – в упомянутом выше заявлении советской чрезвычайной комиссии (именно советской, а вовсе не «сионистской» или «израильской») была названа цифра в 4,5 миллиона убитых в Освенциме. Эта цифра грубо ошибочна (завышена примерно в пять раз), но от длительного употребления она «отлилась в граните», вошла в книги и учебники, что и создало предпосылки для бесстыжих попыток подвергнуть сомнению сам факт беспримерного по масштабам геноцида.

Aush-02-490.jpg

Как помогли Гитлеру

В этом, 2015 году, скандал обещает быть незаурядным; еще бы - Путина не пригласили! Телеящик предусмотрительно забудет объяснить, что в этом году правительство Польши официально никого не приглашало. Мероприятие проводится от имени руководства мемориала в Освенциме и международного благотворительного фонда, они и разослали приглашения в 43 страны мира, разумеется, включая и Россию! Далее каждая страна сама решает, кто будет ее представлять; приглашать лично президентов музеям по протоколу не положено. Но и на сей раз ожидается пара-тройка королевских особ, дюжина премьер-министров, из Германии, Франции и Украины приедут президенты. Москва решила (не ее ограничили, а она так решила!) снизить свой уровень участия до присутствия на мероприятия российского посла в Польше.

Вольному — воля, и это решение (этот политический жест) четко укладывается в общую канву нынешней безбрежной российской обиды. Тут мне нечего добавить к прекрасному тексту Сергея Медведева: «На наших глазах дискурс обиды превращается в особый жанр российской политики… В брежневские времена ходил анекдот о шестом чувстве советского человека — «чувстве глубокого удовлетворения», теперь, похоже, основным инстинктом постсоветского человека становится обида на окружающий мир…Формально режим ни при чем, он лишь законодательно оформляет «волю народа», выраженную в разного рода истериках, доносах и коллективных письмах…»

Спорить с обиженными невозможно, но к нормальным людям хотелось бы обратиться с вопросами: «А каким образом на польской земле мог появиться созданный немцами «лагерь смерти»? Кто их туда пустил? Уж не помог ли кто-то Гитлеру в этом черном деле? И что в этот момент — лагерь Аушвиц начали строить весной 1940 года – делал коллективный Сталин?»

На последний вопрос можно дать вполне конкретный вопрос. В начале февраля 1940 г. Адольф Эйхман (да-да, тот самый) обратился с письмом к начальнику переселенческого управления при СНК СССР, в котором предложил организовать переселение евреев с контролируемых Германией территорий в Советский Союз. Так что спасти миллион людей от строящихся печей крематория можно было и без пролития крови русского солдата. 9 февраля письмо было доложено главе правительства Молотову - и на этом все закончилось.

 

В начале февраля 1940 г. Адольф Эйхман предложил организовать переселение евреев с контролируемых Германией территорий в Советский Союз. Ответа не было    


 

Депортация как спасение

Тут еще необходимо небольшое пояснение – от какого «контингента» отказался Сталин. В Советском Союзе того времени — жуткий дефицит элементарно образованных людей. Их не хватало везде — и в армии, и в промышленности, и в больницах, и в административном аппарате. Заводов строилось больше, чем вузы успевали выпускать инженеров – и это почти не шутка: статистика свидетельствует, что в 30-е годы молодой специалист становился начальником (или главным инженером) чего-то в течение 5-7 лет после окончания института. И тут вам предлагают (бесплатно!) образованных жителей крупных городов сотнями тысяч (из 183 тыс. австрийских евреев 176 тыс. были жителями Вены, из 500 тыс. евреев Германии на момент прихода Гитлера к власти 220 тыс. проживали в Берлине, Франкфурте и Гамбурге). Да, не все из них были эйнштейнами, но уж немецким-то языком (а в первой половине XX века именно он выполнял роль международного языка инженеров и врачей) они владели свободно.

Впрочем, массовое переселение евреев в места не столь отдаленные шло той зимой весьма активно. Аннексированные Советским Союзом территории восточной Польши на протяжении многих веков были одним из основных регионов проживания европейского еврейства. В 1939 г. там было 1270 тыс. евреев; после разгрома Польши — и несмотря на противодействие советских властей — на восток бежало еще порядка 250-300 тыс. евреев. Арестовывали, сажали и выселяли их с особым энтузиазмом. Среди арестованных органами НКВД в период с сентября 1939-го по февраль 1941 года евреи (23 тыс. человек) находились на втором месте после поляков, значительно опережая гораздо более многочисленных украинцев и белорусов; среди депортированных в административном порядке жителей Западной Украины евреи составили около 30%, что заметно выше их доли в общей численности населения.

Только эти евреи (депортированные и часть арестованных - кого не успели расстрелять во время «эвакуации тюрем» в июне 41-го) и оказались «спасены от печей Освенцима». Все остальные погибли.

 

Только депортированные и часть арестованных евреев — кого не успели расстрелять во время «эвакуации тюрем» в июне 41-го — и оказались «спасены от печей Освенцима». Все остальные погибли    


 

Уцелевшие

В июне 1941 г. территорию Литвы и западной Белоруссии стремительно отступающая Красная Армия оставила в течение первых 4-5 дней войны, западную Украину — дней за 10. Угнаться за моторизованной армией мирные жители, заблаговременно «освобожденные» советской властью от автомашин, мотоциклов и лошадей, не смогли. Более того, в первые, решающие для судеб еврейского населения западных областей дни, на «старой границе» (советско-польской границе 1939 г.) продолжали действовать погранзаставы, которые задерживали всех, у кого не было специального разрешения на выезд!

Несколько лучше сложилась судьба еврейского населения восточных областей Украины, Смоленской, Псковской, Ленинградской областей РСФСР — немцы туда пришли позднее, но и в этом случае никакой организованной властями эвакуации евреев не было. Спасение погибающих не входило в перечень забот государства, и по сей день не обнаружено ни одного документа, ни одного свидетельства того, что советское правительство хотя бы искало пути спасения тех своих граждан, которых в условиях оккупации ждала не тяжелая, безрадостная, голодная жизнь, а жестокая и неминуемая смерть.

Результат оказался вполне предсказуемым. На оккупированной противником территории осталось, по разным оценкам, от 2,7 млн до 3 млн евреев. Почти все они погибли. Оговорка «почти» связана вовсе не с действиями советских партизан (по сей день не обнаружено ни одного документа, в котором бы Центральный штаб партизанского движения, или подчиненные ему структуры давали какие-то указания на этот счет), а с тем, что обширные районы Украины между Днестром и южным Бугом — Транснистрии — Гитлер подарил Румынии. В 1943 году, готовясь перебежать на другую сторону, румынское правительство прекратило массовые убийства и даже разрешило доставку в еврейские гетто Транснистрии продовольственной помощи от международных гуманитарных организаций.

Таким образом в румынской зоне уцелело порядка 100 тыс. евреев. В немецкой же зоне оккупации погибли практически все евреи – за единичными, статистически ничтожными исключениями. И когда зимой 1942-1943 г.г. Красная Армия начала свой освободительный поход от Волги до Буга, спасать было уже некого.

В прославленном городе Бресте перед войной было 25 тыс. евреев. До освобождения дожило 19 человек. В Бельгии, проведшей под оккупацией долгие четыре года, из 66 тыс. евреев выжило 37 тыс. В Болгарии, военной союзнице нацистской Германии, жило 50 тыс. евреев, ни одного из них немцам не отдали. В Берлине, логове фашистского зверя, порядка 7 тыс. евреев перешли на нелегальное положение и всю войну прятались в огромном, переполненном карателями и осведомителями городе. 1200 из них смогли выжить...

 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.