Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Деньги

#Только на сайте

Инвестиционная Россия: прогноз на завтра

26.10.2014 | Сергей Хазов-Кассиа | № 35-36 от 27 октября 2014

Агентство Moody’s 22 октября снизило рейтинги РЖД и «Роснефти». Четырьмя днями раньше — суверенный рейтинг России — до Bаа2 с негативным прогнозом. О том, чего ждать от российской экономики, The New Times на условиях анонимности рассказал один из крупнейших западных инвестиционных банкиров*.

*Запись интервью имеется в распоряжении редакции.

shutterstock_122927209 copy.jpg

фото: Shutterstock

В России есть два вида инвесторов: те, кто смогли вовремя уйти с рынка, и те, кто застряли здесь со своими инвестициями, от которых так просто не избавиться. Одно дело — портфельные инвестиции, их легко продать и сказать России «до свидания». Другое — если деньги «долгие». С момента возбуждения дела против АФК «Система» рынок упал на 13 %, это отразилось на стоимости практически всех активов.

Кеш в дефиците

Проблема в том, что в стране осталось очень мало денег. Внешний корпоративный долг российских компаний составляет $700 млрд, до конца 2014-го нужно отдать $50 млрд, до конца 2015-го — еще $150 млрд. Совокупный объем Резервного фонда и Фонда национального благосостояния (данные Минфина РФ на 01.10.2014. — The New Times) — составляет $173,2 млрд, плюс есть еще около $450 млрд активов ЦБ РФ, из которых «живых денег», скажем, около $200 млрд. Да, российские экспортеры получают прибыль в долларах, но многие компании ведь работают на российский рынок, получают рубли, а по долгам вынуждены расплачиваться в валюте. Если раньше им было легко перекредитовываться за границей, то теперь денег никто не дает, так что Россия вынуждена поддерживать собственный бизнес. Но если даже всю имеющуюся в наличии валюту пустить на перекредитацию российского бизнеса, этих денег хватит лишь на год-два. На позапрошлой неделе Минфин заявил о том, что разместит на счетах крупнейших российских банков $3 млрд. Эти деньги никого не спасут. Дело дошло до того, что если раньше руководство крупнейших госбанков само могло принимать решения по транзакциям до $10 млрд, то сегодня на каждый миллиард долларов надо получать одобрение в Кремле. Я не думаю, что Владимир Путин ставит там какую-то подпись, не знаю, как это происходит технически, но совершенно точно, что в России введено ручное управление капиталами.

Снимок экрана 2014-10-27 в 11.21.27.png

Государству, конечно, выгодно плавно опускать рубль, чтобы, с одной стороны, не случилось резкого обвала и паники, с другой — можно было бы как-то балансировать бюджет. С 1 января 2015 года ЦБ РФ больше не будет проводить валютных интервенций, отказавшись от валютного коридора, но на практике это вряд ли случится. Только с начала октября объем интервенций ЦБ РФ составил более $6 млрд, это помогло сдерживать падение рубля, но так и не смогло обеспечить ему стабильный курс. Все потому, что стабильный курс Минфину и не нужен. При стоимости нефти $80 за баррель доллар должен (и, скорее всего, будет) стоить 50 рублей. Все сейчас надеются, что нефть отскочит обратно и будет стоить в районе $90, тогда курс рубля к доллару может закрепиться на 45. Я думаю, до конца года курс реально может опуститься до 45, до конца 2015-го — до 50 при условии, что нефть будет стоить $80.

Еще одна опасность — это население, которое держит $450 млрд на банковских депозитах, и больше 80 % этих депозитов — рублевые. Если они будут видеть, что курс рубля постоянно падает, у них может возникнуть соблазн перевести свои депозиты в доллары. Мы уже видели всплеск таких переводов в марте, когда население поменяло $7-8 млрд. Если владельцы хотя бы 10 % депозитов решат перевести их в валюту, а это $45 млрд, это будет очень серьезная нагрузка на финансовую систему.

Снимок экрана 2014-10-27 в 11.21.13.png

Страна без гарантий

Международных инвесторов сложно запугать, все привыкли к политическим рискам, мы умеем работать в разных условиях. К тому же все понимают, что за возможность зарабатывать надо платить. Но в России наблюдается кумуляция нескольких факторов, которые делают ее менее интересной для инвестиций. Во-первых, это, конечно, санкции. Никто не знает, когда и в каком порядке их будут отменять, все понимают, что экономика зависит сегодня от политики, и всем очень сложно предсказать, как будет развиваться политическая ситуация. Второе — это история с Евтушенковым, которая снова остро поставила вопрос о правах собственности в России. Арест бизнесмена, о котором было известно, что он играет по правилам Кремля и не лезет в политику, возымел эффект разорвавшейся бомбы. Каждый инвестор в очередной раз задался вопросом: а ты собственник или нет? Или сегодня собственник, а завтра возможна какая-то национализация, отъем собственности без видимых причин? Кто будет отнимать — Кремль или силовики? С кем и как договариваться? Сразу после ареста по рынку ходил слух, что Евтушенков, мол, ездил не так давно в Вашингтон и встречался там с какими-то американскими сенаторами, высказывая сожаления по поводу аннексии Крыма. Будто бы этот разговор записали и расшифровку положили на стол Путину. Не знаю, можно ли в это верить или это просто попытка показать рынку, что политическая подоплека все же была. Но факт есть факт: домашний арест Евтушенкова бизнесменов серьезно перепугал.

Третья проблема — это риски, связанные с введением ограничений на движение капиталов. Слухи об этом ходят еще с весны. Для начала власти могут заставить экспортеров продавать всю валютную выручку. Можно ввести налог на вывод капиталов из страны — так называемый Stamp Duty. В сентябре эту идею озвучил советник президента Сергей Глазьев. Такой налог есть во многих странах, в той же Великобритании, к примеру. Но вопрос в том, каким он будет — 3 %, чтобы люди подумали лишний раз, выводить деньги или нет, или же это будет «запретительная» ставка в 20 %. Самый жесткий вариант — полный запрет на вывод капиталов, тогда, конечно, всем нам, инвестиционным банкирам, придется паковать чемоданы.

Еще один очевидный фактор, снижающий инвестиционную привлекательность России, — это, конечно, зацикленность российской экономики на доходах от углеводородов и падающие цены на нефть. Я не верю, если честно, в сговор США и Саудовской Аравии, цель которого — обрушить российскую экономику и тем самым добиться смены режима. Цена на нефть снижается из-за вполне рыночных причин. На рынке появилось очень много новых предложений, прежде всего, в США и Канаде — это и сланцевая нефть, и офшорное бурение, и другие технологии. При цене в $80 многие американские проекты становятся нерентабельны, поэтому странам ОПЕК, и в первую очередь — Саудовской Аравии, выгодно нарастить свою добычу, снизить стоимость барреля и тем самым удержать долю рынка. Я уверен, что мы вошли в новую парадигму нефтяных цен — в обозримом будущем баррель, скорее всего, не будет стоить больше $100, как это было последние 10 лет, цена будет колебаться в районе $80—90, но может опускаться и ниже этого уровня. При этом надо понимать, что Россия, стремясь заполучить клиентов, прежде всего азиатских, делает скидку от мировой цены — в два-три доллара.

_MG_6446 copy.jpg

фото: Алексей Никольский/ИТАР-ТАСС

Азия не панацея

В поиске денег российские власти обернулись к российскому же бизнесу, который предпочитает держать свои капиталы за границей: в Государственной думе обсуждают проект полной деофшоризации. Властям удалось частично перевести в страну деньги госкомпаний, но крупный частный бизнес свои активы в Россию не вернул. После аннексии Крыма, когда стало понятно, что конфронтации с Западом не избежать, начался процесс дедолларизации российского бизнеса. Многие переводили деньги из американских долларов в гонконгские или сингапурские доллары, объемы сделок были такие большие, что это иногда меняло курсы азиатских валют. Но в российскую экономику эти деньги так и не вернулись.

Заговорили в России и об азиатских инвестициях — мол, вместо западных банков российские компании смогут брать кредиты в Азии. Но такого феномена, как азиатские инвесторы, независимые, отключенные от остального мира, — не существует. Любой большой институциональный инвестор имеет офисы по всему миру, это глобальные инвесторы. Более того, многие азиатские инвесторы за последние 20 лет уже вложили большие деньги в Россию, и многие эти деньги сегодня теряют. Возьмите, к примеру, ту же АФК «Система». Ее капитализация была $15 млрд, сегодня — около $3 млрд. 30 % «Системы» принадлежит иностранным институциональным инвесторам. То есть они на бумаге потеряли $3,6 млрд.

То же и с банками, на кредиты которых надеется российский бизнес. Большинство гонконгских и сингапурских банков работают с США, у них есть там бизнес, которым они не будут рисковать ради сделок в России. Исключение — китайские банки, многие из которых работают только в Китае. Им Америка не страшна, но они могут бояться рисков российского рынка. Пока что мы не видим большого притока китайских денег.

Спасет Бахрейн?

Еще одна надежда российских властей — страны Персидского залива. Все отметили, что король Бахрейна 12 октября приезжал в Сочи на гран-при «Формулы-1» — сразу заговорили, что у Бахрейна могут быть проекты в России. С этим и правда у Москвы может получиться, арабы понимают нефть, они любят что-то делать быстро, их взгляды на жизнь и бизнес близки русским. Смогут ли они занять ту нишу на финансовом рынке в России, которую оставил Запад? Посмотрим. В любом случае, и китайцы, и арабы понимают, что России больше негде занять, так что будут диктовать свои условия, не обязательно выгодные для заемщиков.

Сегодня все замерли и ждут, как будет развиваться ситуация. Сможет ли российское руководство договориться с Западом, чтобы вместе решать какие-то глобальные проблемы, бороться с «Исламским государством», к примеру? Придут ли массированно китайские банки, которые смогут спасти финансовую систему России? Поднимется ли в цене нефть? Если сохранится статус-кво с политическим противостоянием, отсутствием возможности кредитоваться и низкими ценами на нефть — ничего хорошего ждать не приходится.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.