Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

#Только на сайте

Возможно все

05.10.2014 | Ольга Шамина | №32 от 0 05.10.14

The New Times спросил у экспертов, что будет с рублем и с ценами

The New Times узнал у экономистов крупнейших банков, как правительство будет стимулировать экономику, может ли курс доллара к рублю еще больше взлететь, и что будет с ценами

1. Правительство смирилось с высокой инфляцией?

2. Какие меры должно предпринять правительство для стимуляции экономики?

3. Возможно ли продолжение девальвации? Вероятность курса 60 руб. за $1?

4. Будет ли введен валютный контроль?

TASS_6378825.jpg

Наталия Орлова, главный экономист «Альфа-Банка»

1. Центральный банк переходит на плавающий валютный курс и таргетирование инфляции. Это означает, что ЦБ должен убедить рынок, что он может контролировать инфляцию. Это подразумевает повышение процентных ставок.

2. У нас достаточно большой госсектор, здесь работают 18 млн человек из 75 млн человек экономически активного населения. Если бы государство сократило занятость в госсекторе, то это бы высвободило трудовые ресурсы для частной экономики и поддержало рост экономики. Это пример стимулирующей меры, которая направлена на поддержание предложения.

3. Мне кажется, сейчас это просто истерия. Конечно, если поток плохих геополитических новостей продолжится, будут введены новые санкции, то все возможно. Но я считаю, что это не очень вероятный сценарий.

В нынешний курс рынок уже включил достаточное количество негативных новостей. Кроме того, курс в ноябре-декабре всегда немного укрепляется. Я считаю, что валютный рынок сейчас на дне и скоро случится разворот. Наш прогноз на конец 2014 года — 37 руб. за $1, и я его пока не меняла.

4. Введение валютного контроля противоречит всей стратегии новой команды Центрального банка. На мой взгляд, это руководство ЦБ ввести контроль не может. Оно может подать в отставку, придет какая-то другая команда, которая сможет ввести контроль. Сейчас ходят слухи, что будет введена обязательная продажа экспортной выручки. Но если ввести одну меру, то остальные каналы движения капитала останутся либерализованными, отток капитала многократно ускорится по этим каналам. Фактически валютный контроль в нынешней ситуации можно ввести лишь тотально, обрубив все финансовые потоки. Но это невозможно для такой экономики, как российская. У нас большой импорт, мы много заимствуем за рубежом, мы сильно интегрированы в международную экономику. Валютный контроль можно вводить в уже достаточно изолированную экономику.

2bb294f41e928fbdf9a8bc_opt.jpeg

Владимир Тихомиров, главный экономист ФК «Открытие»

1. По всей видимости, правительство постепенно смиряется с высокой инфляцией. Вместо того, чтобы ужесточать монетарную политику, ЦБ и правительство просто поднимают свои прогнозы по инфляции.

2. Гипотетически стимулирующие меры возможны. Но это будут очень дорогостоящие действия, они потребуют либо расходования резервов правительства, того же Фонда национального благосостояния, либо увеличения госдолга. К тому же большой вопрос, насколько эффективными будут эти меры. Как показывает наша практика, государственные расходы редко бывают эффективными. В условиях замедляющегося спроса в экономике и давления на рубль на рынке есть большой шанс, что и эти бюджетные средства приведут к дальнейшему усилению давления на валюту и разгону инфляции, при этом они не окажут существенного влияния на всю экономику.

3. Девальвация возможна, потому что сейчас происходит резкое снижение цен на нефть. Цена на нефть Brent снизилась до $92 за баррель, российская цена — это $90 за баррель. Еще три-четыре месяца назад нефть стоила около $110 за баррель. Помимо политики, снижение цены на нефть — это фактор, который определяет размер финансового притока в страну и, в итоге, определяет курс рубля.

60 руб. за $1 — это перехлест. В 2008-2009 годах рубль упал в 1,5 раза к доллару, а цены на нефть — в 3 раза. Если исходить из этого опыта, то если цены на нефть упадут до $30 за баррель, то падение курса до 60 рублей к доллару может стать вероятным.

4. Многие инвесторы боятся запрета на свободные трансграничные операции с валютой, например, на продажи активов внутри страны, конвертацию денег в валюту и вывоз ее за границу. ЦБ вряд ли пойдет на это.

Но есть и другие меры, которые относятся к валютному контролю. Например, это меры, обязывающие экспортеров продавать часть валютной выручки внутри страны с правом дальнейшей покупки валюты на внутреннем рынке в случае необходимости. Тогда это приводит к тому, что валюта, которую получают экспортеры, не оседает на их счетах, как это происходит сейчас, а приходит на рынок. Это помогает сбалансировать внутренний рынок и курс рубля без необходимости постоянных и растущих интервенций со стороны ЦБ.

Эта мера вполне оправдана: она вводилась у нас и в других странах в период критичных ситуаций. Я не вижу, почему ее нельзя ввести вновь, ведь это совершенно не имеет никакого отношения к запрету на репатриацию денег, на трансграничные переводы по контрактам или долговым обязательствам за границу. Такого рода меры ЦБ может рассматривать в ближайшей перспективе, если давление на рубль будет сохраняться.

de4a58fdf6dd5cb6b1cd25_opt.jpeg

Алексей Девятов, главный экономист «УРАЛСИБ Кэпитал»

1. Вряд ли Центробанк пойдет на ослабление монетарной политики. По крайней мере, это следует из заявлений, которые они делали. Но я также не стал бы ждать и ужесточения денежной политики. У Центробанка есть понимание того, что текущий всплеск цен связан с продовольствием, с нашими контр-санкциями, которые привели к запрету на импорт продовольствия из западных стран.

2. Если говорить о мерах, которые можно предпринять прямо сейчас, то это — ослабление денежно-кредитной политики, правда, на эту меру вряд ли пойдет Центробанк. Ставка, на мой взгляд, находится на довольно высоком уровне.

Однако каких-то быстрых рецептов сейчас нет. Нужно заниматься институциональными вещами. Это даст эффект, но на горизонте в несколько лет.

3. Вопрос в том, как долго продлится геополитическая напряженность и санкции. Санкции серьезно ужесточают доступ на западный рынок капитала всем компаниям, а не только тем, которые под них попали. Возможности для рефинансирования внешних долгов сильно ограничены. Если ситуация улучшится, то это сыграет в пользу рубля. Вопрос в том, что будет делать Центральный банк. В условиях таких проблем с рефинансированием он может начать продавать валюту и, соответственно, удовлетворять спрос со стороны наших компаний. Если ЦБ этого делать не будет, то рубль будет слабеть. При неблагоприятном для рубля сценарии он может ослабнуть на 15—20 % в 2015 году по сравнению со средним уровнем в этом году.

4. Возможно все. По нашей прошлой истории, да и по действиям отдельных стран ЕС, прежде всего Кипра, мы знаем, что если ситуация действительно чрезвычайная, то применяются чрезвычайные нерыночные методы. Полностью исключать возможность ограничения на движения капитала я бы не стал. Если они будут введены, то это будет касаться, прежде всего, нормативов продажи валютной выручки. Ограничения на транзакции, на трансграничное перемещение денег — это наихудший сценарий, и он с какой-то вероятностью может осуществиться, если совсем все будет плохо.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.