Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Суд

«Следователи предоставили информацию, как нам был нанесен ущерб»

17.09.2014 | Мария Эйсмонт


12_02.jpg

Сергей Шустов, генеральный директор «Многопрофильной процессинговой компании» (МПК), которая является одним из двух «потерпевших» по делу «Ив Роше», помимо собственно «Ив Роше», был одним из самых ожидаемых в суде свидетелей. Ожидали от него главным образом объяснений, каким образом Навальные «склонили» его к подписанию «заведомо невыгодного договора» со своей компанией «Главное подписное агентство» и почему по этому «заведомо невыгодному договору» он при этом работал на протяжении пяти лет, ни разу не высказал претензии, не подал в суд и до сих пор считает качество предоставленных услуг высоким. Уже призвав Бастрыкина привлечь подсудимых к уголовной ответственности, в течение еще нескольких месяцев МПК продолжал пользоваться услугами «лжепредприятия», как называют компанию Навальных в обвинительном заключении.

Любопытно было также понять, как так получилось, что заявление гендиректора МПК о преступлении было написано в Следственный комитет через несколько дней после того, как от своих претензий к фирме братьев Навальных отказался первый потерпевший – компания «Ив Роше Восток».

«Ив Роше Восток» — российский филиал французского косметического гиганта Yves Rocher — стала работать с «Главподпиской» летом 2008 года. По словам Олега Навального, «Ив Роше» — третий по объему клиент «Почты России», «они отправляют каждую десятую посылку в стране». У компании есть база в Ярославле, и большую часть продукции она посылает через ярославский почтовый сортировочный центр. «Всю продукцию этот центр принять не мог, поэтому «Ив Роше» часть посылок самостоятельно возила в Москву. Я вышел на их менеджеров и предложил им наши услуги, — рассказывает Олег. — Нашел фирму ООО «АвтоСАГА», которая возила колбасу в Ярославль. Поскольку обратно их машины все равно шли пустыми, они согласились возить в Москву продукцию «Ив Роше» за небольшие деньги. Соответственно, «Ив Роше» я предложил рыночный тариф, который позволял и нам зарабатывать». В 2010 году «Ив Роше» стала пользоваться услугами перевозчиков «Главподписки» еще по одному направлению — между базой «Ив Роше» под Санкт-Петербургом и ярославским отделением. Сотрудничество продолжалось более трех лет, и за это время никаких претензий со стороны клиента не было. «Мы ни одной посылки не потеряли, цены ни разу не повышали», — говорит Олег. Тем не менее письмо о расторжении договора, которое Навальные получили 3 декабря, неожиданностью не стало: «Знакомый из «Ив Роше» позвонил мне еще в ноябре и сообщил, что к ним пришли из ФСБ. Изъяли документы, начали таскать менеджеров на допросы — всех, кто визировал с нами договоры. И каждого обязательно спрашивали: «Знакомы ли лично с Алексеем Навальным? Участвовали ли вы в митингах на Болотной?»


Сергей Шустов - высокий, уверенный в себе мужчина средних лет, одетый в хороший костюм и говорящий спокойно и, пожалуй, чрезмерно отстраненно для человека, по заявлению которого двое молодых людей рискуют пойти в тюрьму на значительный срок. Если он нервничал, испытывал хоть какую-то неловкость или был смущен во время длившегося около трех часов допроса, то ему это удалось совершенно скрыть.

Ни одного из подсудимых лично он не знает, с сотрудником «Почты России» Олегом общалась его сотрудница, ведущий экономист Наталья Березовская, она же порекомендовала заключить договор с «Главным подписным агентством». В то время МПК, - дочка Связьбанка, внучка Внешэкономбанка, то есть фактически государственная компания, решила сменить подрядчика, ответственного за печать, сортировку и отправку извещений клиентам Ростелекома. Предыдущий партнер - компания «М-сити» - с сортировкой и отправкой не справлялся, из-за чего были многочисленные нарекания Ростелекома. Новый партнер – ООО «Главное подписное агентство» - работу выполнял без нареканий, претензий к качеству услуг не было, и потому сотрудничество продлилось 5 лет, с 2008 по 2013 годы. Даже когда уголовное дело было уже возбуждено, сотрудничество еще некоторое время продолжалось.

Заявление о преступлении Шустов, как он говорит, написал лично, в своем кабинете, и передал с курьером в СК.

- Как случилось что в один прекрасный день вы решили написать заявление о преступлении? – интересуется Алексей Навальный.

Свидетель поясняет: все началось с выемки документов в его компании, выемка проходила в рамках возбужденного к тому времени дела «Ив Роше», поэтому искали все документы о сотрудничестве с ООО «Главное подписное агентство». С сотрудниками МПК и самим гендиректором проводятся встречи в Следственном комитете, обсуждаются обстоятельства заключения договора, после чего следствие делает вывод о невыгодности заключения контракта.

- Откуда вы знаете, что вам принесен ущерб? – спрашивает Навальный.

- Они (следователи) предоставили информацию, как нам был нанесен ущерб.

- Ведь вы - ООО, вы руководитель общества с ограниченной ответственностью. Если бы был нанесен ущерб, вы бы сами об этом не узнали? 

- У нас не было никаких предположений о возможном невыгодном сотрудничестве.

С 2008 по 2013 сотрудничество полностью устраивало, они – он повторил это несколько раз за время судебного заседания – МПК устраивало качество услуг «Главного подписного агентства». А потом следователи открыли глаза: «Главподписка», оказывается, не сама выполняет работу, а делает ее через субподрядчика, того же самого, с которым МПК до этого договор расторгло – с «М-Сити». То есть за ту же работу, убедили свидетеля в СК, с него брали больше. Олег Навальный пояснил, что работа была не та же, а бОльшая: речь шла не только о печати извещений, а о сортировке, с которой «М-Сити» до ГПА не справлялась, а вместе с ГПА справилась. Тогда, подумав, согласился свидетель, если конечно суд придет к такому выводу, наверное, надо будет уменьшить сумму претензий.

- Как был установлен размер ущерба?  - интересуется сторона защиты.

- Размер ущерба был установлен исключительно следствием.

- Но ведь следствие не хозяйствующий субъект. У вас есть бухгалтерия. И тут к вам приходит следователь и говорит: «У вас ущерб х рублей»?

- Да, так и было, - с готовностью подтверждает свидетель.  

- Вы перепроверяли информацию?

- СК провел экспертизу и предоставил информацию об ущербе, - сумма оказалась даже больше. 

- И вы согласились и написали заявление?

- Потому что информация предоставленная со стороны следствия не вызывала сомнений. 

- А что это была за экспертиза такая? 

- Я не знаю как она проводилась.

Вопросы о том, на каком основании он счел себя обманутым, если во время сотрудничества его все устраивало, Шустов все повторял, что оснований не доверять следствию нет, что следствие открыло ему глаза на обман. «В чем обман?» - спрашивают подсудимые свидетеля. «В том, что фирма Навальных использовала субподрядчика, причем того же самого, от услуг которого МПК отказались». «У вас в договоре был запрет на субподрядчиков? Нет. У вас в договоре был запрет на сотрудничество конкретно с «М-сити?» Тоже нет». Так в чем же обман?» Одни и те же вопросы и производные от них звучали несколько раз. Ничего нового свидетель не сказал: ущерба сам не считал. С оценкой следствия согласен.

Под конец допроса судья призналась, что «Фемида» - дорогостоящий комплекс предназначенный для аудиозаписи судебных заседаний, которым были недавно оборудованы все московские районные суды, в этот день не работала. Кажется, кто-то задел шнур подключения к розетке. Следующее заседание назначено на 26 сентября.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.