Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Суд

Прокуратура не убедила своего свидетеля

09.09.2014 | Мария Эйсмонт


На суде по делу «Ив Роше» и братьев Навальных выступил свидетель обвинения, который ничем не помог прокуратуре.


Единственного свидетеля обвинения, явившегося на заседание суда по делу против братьев Навальных во вторник, допрашивали немногим меньше трех часов. За это время сотрудник «Почты России» Владимир Сапронов успел во всех подробностях описать схему сортировки, от регистрации до отправки, разъяснить, чем отличается груз от посылки, прослушать оглашение прокурорами собственных показаний, данных на предварительном следствии, и не найти там заявленных стороной обвинения противоречий.


С Алексеем Навальным свидетель не знаком, его брата Олега знает хорошо и считает их отношения дружескими. Все началось с того, что в свободное от основной работы на «Почте России» время Сапронов по просьбе Олега Навального брал коробки на складе, грузил в свою машину ВАЗ-2104 и вез в грузовой терминал во Внуково. За что Олег Навальный давал ему «то 800 рублей, то 1500 — на бензин».


В 2012 году, незадолго до начала следствия по делу, Сапронов заключил трудовой договор на оказание транспортных услуг с ООО «Главное подписное агентство»  - фирмой братьев Навальных, которую сторона обвинения называет «лжепредприятием без цели осуществления им реальной предпринимательской деятельности». Через нее, как считает следствие, братья совершили хищении более 26,7 млн руб. у компании «Ив Роше Восток» (российский филиал Yves Rosher) и более 4,4 млн руб. у «Многопрофильной процессинговой компании» (подробно The New Times писал об этом  – «Косметика ценою в 10 лет» и «ОПГ Навальный»).


Алексей Навальный обещает, что про почту спрашивать не будет,  «только про вас, про меня, про нас с вами».


- Помедленнее, иначе ничего не запишется, - перебивает судья. 


Дело в том, что со вторника по настоятельной просьбе стороны защиты судья постановила вести официальную аудиозапись процесса, которая потом будет приобщена к материалам дела. Запись будет производиться с помощью системы «Femida», которая, как выяснили недавно «Ведомости»,  установлена во всех судах Москвы, но об этом мало кто знает, и судьям выгодно, чтобы подсудимые и дальше пребывали в неведении. Только после того как Навальный в своем блоге сослался на статью «Ведомостей», судья Коробченко согласилась ее использовать на рассмотрении дела «Ив Роше».


«Только все вопросы я прошу задавать непосредственно в микрофоны, говорить медленно, внятно, а то если все одновременно будут разговаривать, ничего не получится записать»,  - строго предупредила она.


«Если вы говорите, что система плохо работает,  - парирует Навальный,  - ФБК проведет расследование, почему департамент судебных закупок купил такую некачественную систему так дорого».


Сотрудник ФГУП «Почта России» Сапронов не является госслужащим, а потому ему не запрещено «зарабатывать денежные средства всеми легальными, не запрещенными законом способами».


- То есть вы имели полное право откликнуться на предложение какого-то человека: давайте подработаем, заработаем? – спрашивает Навальный-старший.


- Если не противоречит законодательству и мои моральным принципам, то да.


- Та деятельность, которую вы делали, она противоречила вашим моральным принципам?


-  Нет.


- Законодательству?


- Нет.


- У вас было ощущение что «Главное подписное агентство» – это несуществующее предприятие, лжепредприятие, фальшивое предприятие?


- Алексей Анатольевич,  - с некоторой досадой в голосе говорит свидетель,  - мне 43 года и я как-то разбираюсь, что легально, что нелегально.


- Мне 38 лет я тоже в этом разбираюсь, и тем не менее я здесь,  - отвечает Навальный.


За все время сотрудничества с ООО «Главное подписное агентство» Сапронов заработал, по его словам, 45 тыс. руб., которые ему были переведены на банковскую карточку. Эту карточку - на ней, как помнит свидетель, тогда оставалось примерно 540 рублей,  - у него изъяли следователи при обыске. А также жесткий диск компьютера, выносной диск и личный мобильный телефон. На допросе в Следственном комитете Сапронов был 4 раза.


- А вас это вообще не удивило? – спрашивает Навальный.


- Немного некорректный вопрос,  - отвечает свидетель.


- Если судья не снимает…


Судья не снимает и после паузы свидетель отвечает:


- Конечно, удивило. Но я считаю, что если государственные  органы заинтересовались моей скромной персоной, значит у них были на это основания, какие именно, я не знаю.


- У вас нет личного мнения, какие именно? – допытывается Навальный.


- Это еще более провокационный вопрос


- Здесь все свои,  - улыбается Навальный.


Судья не выдерживает и провокационный вопрос все же снимает.


Сапронов – десятый свидетель обвинения, выступивший в процессе. Ни один из десяти человек пока не сказал ничего, что могло бы быть интерпретировано как свидетельство против братьев Навальных. Все десять свидетелей описывают их отношения с фирмой братьев Навальных как стандартную предпринимательскую деятельность, все коммерческие операции были законными, прозрачными и совершенно рутинными.


Когда кажется, что все вопросы исчерпаны и свидетеля вот-вот отпустят, – он ведь стоит перед судьей уже два с лишним часа, – прокуроры объявляют о желании зачитать его показания, данные на предварительном следствии «в связи с существенными противоречиями». Сторона защиты традиционно возражает: противоречий они не усматривают, зачем зачитывать материалы допросов, когда свидетель только что сам всем всё рассказывал? Но судья удовлетворяет просьбу обвинителей, и присутствующие в зале выслушивают всю историю заново. «Я сказал то же самое, что было в моих показаниях,  - объявил свидетель по окончании чтения. - Вопрос задайте, в чем противоречие. Я его не вижу».


Прокурор поясняет: речь идет о вот этих 1000-1500 рублей, которые он получал за то, что отвозил коробки во Внуково. В показаниях следователю прозвучала фраза «поскольку мне нужен был дополнительный заработок», а суду теперь свидетель говорит, что это были деньги на бензин. «Так деньги на бензин или дополнительный заработок?»


«Я не знаю,  - в отчаянии говорит свидетель.  - Я знаю, что машина потребляет бензин. Если я что-то перевожу, то я трачу бензин. Это не заработок. Просто Олег Анатольевич сказал: «Отвезешь?» Я рассматриваю эти деньги как компенсацию на бензин и….  амортизацию».


Может быть «дополнительный заработок» - это трудовой договор с ООО «Главное подписное агентство»?  - предполагает судья. Свидетель ей очень признателен: конечно, ну наконец-то его правильно поняли.


Двое других свидетелей во вторник не явились. Следующее заседание состоится в пятницу, в два часа дня. «В пятницу никто точно не придет»,  -  говорит женщина на задней скамейке. «Как же, я приду»,  - возражает ей мужчина справа со значком «Свободу узникам 6 мая». «Вы, может, и придете, а вот свидетели...»



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.