Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Война

Моя война

16.05.2014 | Мария Эйсмонт

16 мая выступая на брифинге в Киеве, помощник генерального секретаря ООН по правам человека Иван Шимонович заявил, что по данным миссии ООН за последние полгода на Украине погибло более 250 человек

9 мая, в день празднования годовщины победы в Великой Отечественной войне, когда по улицам Москвы к месту проведения военного парада шли танки и везли ракеты, в украинском Мариуполе погиб Олег Эйсмонт – полный тезка моего отца и моего маленького сына. Обладатели редких фамилий поймут: каждый раз ты невольно думаешь, что речь идет о тебе или ком-то из близких родственников. Конечно, я с самого начала знала, что погибший – не член нашей семьи. Но поразило другое: в то время как мы ищем на сайте «подвиг народа» знакомые фамилии в списках воевавших 70 лет назад, они всплывают в сводке потерь другой, сегодняшней войны. И конечно, если на войне гибнет человек, которого зовут так же, как твоего сына, эта война по определению не может быть чужой.

Угроза прямого вторжения российских войск на территорию Украины, кажется отступает. Однако вздыхая с облегчением, не следует забывать, с какой легкостью большое число россиян - далеко не только политиков - отнеслись к возможности участия России в войне с Украиной, а некоторые горячие головы в соцсетях после трагических событий в Одессе даже призывали к военному вмешательству.

Дело не только в том, что российские пропагандисты демонизировали одну из сторон, а еще точнее одну из сил в украинском конфликте (далеко не самую влиятельную и еще недавно мало кому известную), и российские обыватели воспылали к ней ненавистью. Дело в том, что сама идея войны сегодня в России, кажется, перестала ужасать.

Со второй чеченской прошло больше десяти лет, и о ней давно уже не говорят. Крымская операция – это совсем нестрашная и совершенно бескровная война. Ее ведут «зеленые человечки» и «вежливые люди» и они всегда побеждают. Военных действий фактически не было, а военная победа налицо – «Крым наш». И вот уже которую неделю под героическую музыку на федеральном телеканале перед выпуском новостей показывают улыбающихся людей с российскими триколорами на фоне салюта в Симферополе, и доброжелательных мужчин с оружием в камуфляже, один из которых бережно передает мальчику котика. Война? Идиллия!

Протестовать против войны становится непатриотично. Организованный оппозицией в марте «Марш мира» в подконтрольных властям СМИ называли не иначе как «Маршем противников присоединения Крыма к России», заменяя антивоенную тему темой предательства «пятой колонной» государственных интересов.

Есть еще самая главная война в сознании россиян – священная война 1941-1945. (речь идет именно об Отечественной, а не о Второй мировой войне). Но 9 мая в куда большей степени праздник Победы, а не день памяти и скорби по миллионам погибших. Тут ключевой глагол - «гордиться» а не «помянуть», и принято больше говорить о «подвиге народа», чем о «трагедии народа».

О жертвах вообще лучше упоминать с осторожностью, ведь все помнят, что стало с телеканалом «Дождь», посмевшим предположить, что сдача Ленинграда немцам могла сохранить больше жизней мирных жителей. Да, конечно, опрос был некорректно сформулированным, но ведь он был очень правильным по духу: речь шла о ценности человеческой жизни даже во время боевых действий.

А пока рефлексия на тему второй мировой войны фактически приравнивается к оспариванию ее победоносных итогов, о вооруженных «вежливых людях», действующих на территории соседнего государства поет хор Александрова, а вице-премьер просится в окопы под Славянском и шутит про полеты на стратегическом бомбардировщике - угроза войны будет оставаться реальной.



×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.