Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

#Только на сайте

Урок неудавшейся империи

24.03.2014 | Сергей Хазов-Кассиа | № 9 от 24 марта 2014

Говорят, Крымской войны 1853 года не было бы, не столкнись лбами два гордеца: Николай I и Наполеон III

napoleon3.jpg
Луи Наполеон Бонапарт

«Дорогой друг»

Русский император не хотел признавать во французском равного монарха и потому в письмах к нему обращался исключительно «Дорогой друг», вместо принятого между царствующими домами «Дорогой брат». Наполеон такого оскорбления вынести не смог и потому встал на защиту Османской империи.

Наполеон III вообще был обижен на Европу, и неспроста. Европейские правители называли его за глаза не иначе, как Наполеоном Маленьким и бездарностью, а внутренние противники — кретином и цезарьком. Вряд ли, впрочем, Наполеон был таким уж кретином.

В 1848 году Луи Наполеон Бонапарт был избран первым французским президентом на фоне долговременного экономического кризиса, переросшего в революцию: народ хотел стабильности, а сыпавший левацкими популистскими идеями Наполеон обещал не только экономический рост, но и заботу о рабочем классе. Впрочем, быстро стало понятно: с демократией правителю не по пути, так что пришлось ограничить свободу прессы и изменить избирательное законодательство (для получения права голосовать теперь стало необходимо прожить три года на одном месте, что отсекло 30% электората, в основном сезонных рабочих).

После вооруженного переворота 1851 года по инициативе Луи Наполеона состоялось два плебисцита: один изменил конституцию, позволив президенту баллотироваться на второй срок («за» проголосовали 92% избирателей, впрочем, тогда были свои технологии фальсификаций: на бóльшую часть участков доставили лишь бюллетени «за», а бюллетени «против» требовалось писать от руки и отдавать главе участка, который лично опускал их в урну); другой, в 1852 году, сделал из президента императора («за» высказались 97% избирателей).

Новая элита

За отсутствием поддержки со стороны старой аристократии Луи Бонапарту пришлось создавать новую элиту, важное место в которой заняли промышленники — благо на время его правления пришелся небывалый экономический взлет во всей Европе. Под руководством префекта департамента Сена барона Османа преобразился Париж, страну окутала быстро разросшаяся сеть железных дорог. Занятый императором и его семьей дворец Тюильри стал образчиком роскоши Второй империи: бронза, золото, вычурная мебель, картины в помпезных рамах, на которых царствующая чета была изображена в виде римских божеств — ну прямо Межигорье или «Бочаров ручей». Заботился император и о расширении владений: в 1860 году к Франции присоединены Савойское герцогство и графство Ницца. Получены они были от Сардинского королевства в обмен на помощь в войне против Австрии. Правда, эту войну Наполеон до конца не довел, а вот плату забрал. В 1860-м, кстати, тоже были проведены референдумы: в Ницце за присоединение к Франции высказалось 86% населения, в Савойе — 99,8%. Впрочем, многие итальянцы до сих пор считают: результаты тех референдумов сфабрикованы, а Ницца — итальянский город.

«Всефранцузская стройка» при Луи Бонапарте и затраты на армию привели к масштабной коррупции, а рост крупного бизнеса оставил без доходов мелких предпринимателей. Франция погрязла в кумовстве и бюрократии, социальное недовольство росло, левые идеи играли все большую роль среди рабочих, но правительство уделяло им не слишком много внимания. Ничего не напоминает?

Рост банковского сектора и кредитования привел к огромной долговой нагрузке на страну и предприятия, цены на недвижимость росли как мыльный пузырь, и уже в 1870 году французы почувствовали приближение Долгой депрессии 1873–1896 годов. Но вместо того чтобы озаботиться внутренними проблемами, Наполеон III решил прибегнуть к старому способу «поднятия рейтинга»: объявил войну могущественной Пруссии.

Пруссия неожиданно для всех победила, взяв в плен самого Наполеона, которому потом было разрешено эмигрировать в Англию. А Париж погрузился в кавардак Коммуны — очередной кровавой революции: по разным оценкам, во время штурма Парижа погибли от 17 тыс. до 35 тыс. человек, многие из которых стали жертвами многочисленных пожаров. Сгорел, кстати, и Тюильри, руины которого потом целых 12 лет оставались памятником неудавшейся империи. Жаль, что их снесли, — кое-кому у нас было бы полезно съездить на экскурсию. 


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.