Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Мир

#Только на сайте

Модная страна

27.01.2014 | Евгений Бай | № 2 от 27 января 2014

Почему все полюбили Уругвай

В последние недели у дверей консульств Уругвая в разных уголках земли толпятся очереди: тысячи людей вдруг захотели навеки переселиться в эту латиноамериканскую страну. С чего такой ажиотаж — The New Times разбирался в тонкостях уругвайского Эльдорадо
46_01.jpg
Демонстрация в поддержку легализации марихуаны. Монтевидео, декабрь 2013 г.

Небольшой Уругвай, зажатый между гигантами — Бразилией и Аргентиной, вознесен на Олимп всемирного признания. Произошло это благодаря влиятельному британскому журналу The Economist, объявившему Уругвай «Страной 2013 года». (См. The New Times № 1 за 2014 г.) Редакция журнала, впервые составившая подобный рейтинг, призналась: поиски «Страны года» велись долго и на всех континентах. Но именно в Уругвае были проведены «эпохальные реформы», способные, по мнению The Economist, «оказать благотворное влияние на весь мир, если их повторят другие»: в конце прошлого года уругвайский парламент принял два закона, одним из которых легализовал производство и продажу каннабиса, а другим — одобрил однополые браки. Как утверждает The Economist, «одобрение однополых браков является политикой, которая не знает границ, она повышает глобальное ощущение счастья людьми безо всяких финансовых затрат». Что же до легализации марихуаны, то эта «революционная мера позволит вырвать производство и распространение легкого наркотика из рук мафии, жуликов и воров и даст возможность властям Уругвая сосредоточиться на борьбе против более серьезных преступлений».

*В июне прошлого года Верховный суд США приравнял однополые браки к «традиционным», после чего гомосексуальные пары получили право на различные льготы, полагающиеся обычным семьям. В августе 2013-го финансовое и налоговое ведомства США объявили: все однополые пары, зарегистрировавшие брак, смогут подавать совместные налоговые декларации наравне с разнополыми супругами.
Впрочем, сами по себе эти шаги вряд ли привели бы к получению Уругваем столь редкого и почетного титула. Хотя бы потому, что в области проведенных «эпохальных реформ» эта страна отнюдь не одинока. В 2013 году однополые браки были окончательно одобрены парламентом Франции. В США в конце прошлого года подобные союзы разрешил Сенат Гавайских островов, и число штатов, где такие браки позволены, возросло до 16. Еще до этого в Америке были урегулированы имущественно-финансовые отношения однополых брачных союзов*. Уругвай просто влился в общемировой тренд, не изобретя ничего нового.

Примерно то же — с легкими наркотиками. Выращивать марихуану, например, уже разрешили в двух штатах США: в Колорадо и Вашингтоне, каждый из которых по территории больше, чем Уругвай. Население штата Массачусетс также высказалось за легализацию каннабиса, хотя там этот легкий наркотик еще не появился на прилавках магазинов и аптек. Легализация марихуаны в Уругвае обратила на себя внимание всего мира в первую очередь потому, что впервые в истории такое решение приняли власти целого государства.

Легальное лучше подпольного

Никто в Уругвае не возьмется сейчас предсказать, к каким последствиям приведет легализация каннабиса. Не случайно против этого решения (в отличие от американских штатов) высказался 61% населения. «Скоропалительным» и «непродуманным» назвали его и специализированные агентства ООН. Впрочем, президент Уругвая Хосе Мухика, говоря о законе, счел необходимым пояснить: «Эта мера не означает, что у нас будет открытый рынок наркотиков. Это лишь логический шаг по освобождению потребителей каннабиса из подпольных мафиозных сетей». Уругвайский Конгресс дал 120 дней для доработки принятого закона.

«Монтевидео не станет вторым Амстердамом, — уверяет в разговоре с The New Times уругвайский социолог Хулио Кальсада, отец троих детей — это ему было доверено представить президенту программу по легализации марихуаны в стране. — Каждый потребитель, которого мы введем в орбиту легального потребления наркотиков, перестанет быть клиентом наркомафии. Напрасно некоторые за рубежом думают, что им тут на каждом углу дадут «забить косяк». Это не либерализация рынка, как в Голландии, а его регулирование. Иностранцам продавать дешевый каннабис в местных магазинах запрещено, а попытки вывоза наркотика из страны будут пресекаться и нещадно караться».

Однако многие эксперты выражают сомнения в действенности принятых мер. Иммиграционный бум вокруг Уругвая возник как раз потому, что многих за рубежом, вероятно, привлекает и кажущаяся легкость приобретения наркотика, и его дешевизна. Как сообщает агентство Bloomberg, сегодня унцию каннабиса для личного употребления можно купить в США в среднем за $40, то есть цена одного грамма составит $14. Цена на «травку» в Уругвае пока не определена, но, как утверждает Кальсада, правительство предложит цену $1 за грамм. Однако власти страны вряд ли обрадует, если в Уругвай устремятся десятки тысяч любителей марихуаны из разных, в том числе и из совсем неблагополучных стран.

Самих же уругвайцев, пересекающих границу с другими государствами, уже начали подвергать нещадным обыскам на предмет наличия наркотика — в интернете растет количество жалоб на особую ретивость иммиграционных чиновников Аргентины по отношению к гражданам соседней страны.

Положения нового закона в основном ясны. В аптеках страны будут продаваться в одни руки максимум 40 г марихуаны в месяц, а одной семье разрешается выращивать на своем участке не больше шести кустов, с которых она сможет получать в год не больше 480 г этого легкого наркотика. Однако у властей нет четкой стратегии — кому давать лицензию на производство марихуаны, а кому нет, кто попадает под определение «законопослушные граждане», а кто будет выполнять волю наркомафии. Отдельный вопрос — сколько урожаев каннабиса могут снимать новоявленные фермеры в течение года: четыре, шесть или больше? Не решено также, какие налоги они будут платить.

Уругвайская оппозиция высмеивает и общий расчет территории для выращивания марихуаны — правительственная комиссия, занимающаяся этим вопросом, решила, что для насыщения рынка будет достаточно 20 гектаров.

Словом, «модная страна», как уже успели окрестить Уругвай доброхоты за рубежом, может столкнуться с трудностями, большинство из которых просчитать невозможно.
46_02.jpg
Через несколько минут президент Хосе Мухика, обутый в сандалии, откроет церемонию вступления в должность нового министра финансов. Монтевидео, декабрь 2013 г.

Робин Гуд во власти

Однако в системе уникальных уругвайских ценностей все же есть один фактор, который делает Уругвай абсолютно уникальной страной. Это — неповторимый стиль жизни и правления его президента.

Известный в стране как El Pepe и Comandante Facundo, 78-летний Хосе Мухика в 60-е и 70-е годы прошлого столетия был одним из основателей левого революционного движения Tupamaros. В Уругвае его бойцов называли еще «городскими партизанами», ибо за пределы столицы и некоторых других городов их деятельность не выходила. Tupamaros грабили банки, магазины, машины с продовольствием и раздавали деньги и продукты беднякам. За это симпатизировавшие им люди называли Мухику «Робин Гудом», другие же, приближенные к власти, считали El Pepe обыкновенным бандитом.

В 1970 году Мухику арестовывают и бросают в тюрьму. Он совершает дерзкий побег, который историки сравнивают со всемирно известным побегом из американской тюрьмы Алькатрас, и вновь вливается в ряды городских партизан. В вооруженных стачках с правительственными войсками был неоднократно ранен. В 1972 году Мухика вновь в тюрьме, на этот раз — на долгие 13 лет. Два года (!) его держат в холодном колодце, где, чтобы не сойти с ума, он разговаривает с лягушками и насекомыми.

В 1985 году в Уругвае была восстановлена демократия, и Мухика выходит из тюрьмы по амнистии. В 1994-м его избирают депутатом Национального конгресса от левого «Широкого фронта» и он приезжает к зданию парламента на скутере. Охранник на парковке спрашивает его: «Вы долго будете здесь?» — «Надеюсь, что достаточно долго», — отвечает Мухика.

В 2009 году Хосе Мухику избрали президентом Уругвая. Единственная фраза, которую он произнес в тот день для прессы, была следующая: «Вопреки всей пустой болтовне ничего в этом мире не изменится». Новое руководство страны начинает проводить левоцентристский курс, схожий с политикой бразильского президента Инасиу Лулы да Силва и Мишель Бачелет в Чили, но разительно отличающийся от популизма Уго Чавеса.

«Характер Мухики невозможно понять, если ты не знаешь его биографию, — разъясняет The New Times уругвайский журналист и писатель Вальтер Пернас, автор книги «Команданте Факундо». — Он не пытается поразить кого-то своей эксцентричной скромностью, ему действительно, в отличие от почти что всех правителей мира, не нужны ни слава, ни власть, ни золотые горы. Наверное, поэтому он для уругвайцев — настоящий магнит, и если бы не возраст, они бы переизбирали его снова и снова».

Впрочем, далеко не все социологи с этим согласны. По последним данным, популярность Мухики и его деятельность как президента за пять последних лет скатилась с 56% до 40%. Далеко не всем уругвайцам, например, понравилось, что накануне Нового года президент пришел на заседание правительства в одних сандалиях на босу ногу с подвернутыми штанинами. «Очень жарко было на улице», — сказал тогда журналистам президент.

«Мой стиль жизни – это следствие моих ран. У меня были годы, когда высшим счастьем было иметь простой матрац» 

В мире Мухику называют «самым бедным президентом». 90% своей заработной платы, составляющей в переводе на американскую валюту $12 тыс., он жертвует на благотворительность. С учетом других льгот его прожиточный уровень равен среднему по стране — около $700 в месяц. Президент имеет в своей собственности автомобиль «Фольксваген битл» (да-да, тот самый «жучок») 1987 года выпуска. Местами он здорово поржавел, но Мухика по-прежнему ездит на нем на работу. А живет президент вместе с супругой Люсией Тополански в двухкомнатной по российским стандартам (в США ее бы назвали односпальной) квартире — это небольшой дом на ферме в 10 км от столицы: президентский дворец Мухика предложил Конгрессу переоборудовать в приют для уругвайских бездомных.

В 2010 году общее состояние президента по налоговой декларации, публикация которых обязательна для всех государственных чиновников страны, составляло $1800. В 2013 году он добавил к этому половину стоимости фермы супруги, где они живут, и собственность увеличилась до $215 тыс.

К ферме ведет разбитая проселочная дорога. У дома нет забора, и соседи могут наблюдать, как президент и его жена, депутат парламента, которая раньше исполняла обязанности президента, сажают цветы на участке.

Президентскую чету формально охраняют двое полицейских, но пост находится в полукилометре от дома, на въезде в деревню. Функции главного охранника выполняет собака Мануэла, которая в боевой своей молодости потеряла лапу и с тех пор ковыляет на трех.

Корреспондента ВВС, который посетил уругвайского президента дома, хозяин угостил своим любимым блюдом — жареным мясом с большим количеством лука, которое приготовил сам на глазах у гостя. До этого он на своем «жуке» съездил за мясом в соседний магазин.

Кстати, сам Мухика не согласен с характеристикой «самый бедный президент». «Самым бедным может быть только тот, кому еще долго жить, — говорит он. — Мой стиль жизни — это следствие моих ран. У меня были годы, когда высшим счастьем было иметь простой матрац».

Осенью прошлого года всемирно известный режиссер Эмир Кустурица сообщил, что снимет документальный фильм о Хосе Мухике — произошло это в Бельгии. Выступая там вместе со своей зажигательной балканской группой No smoking Orchestra, Кустурица был в майке сборной Уругвая по футболу. «Президент всех людей» — так будет называться эта лента.

Бедный президент — богатые граждане

Исключительность бывшего городского партизана как самого демократичного президента в мире, вероятно, и стала недостающим элементом, который завершил пазл метавшегося в поисках «лучшей страны мира» журнала The Economist. С таким президентом, резюмирует журнал, Уругвай — «самая скромная, умная, либеральная и любящая радость страна в мире».

По правде говоря, уругвайцы и так считаются в Латинской Америке самым счастливым народом. Их экономика уверенно растет (за последнее десятилетие — на 6% в год), при этом в Уругвае равномернее всех в Латинской Америке распределяются доходы, из-за чего страну называют «латиноамериканской Швейцарией». Похоже, что именно Уругвай открыл миру удивительный феномен: когда президент страны беден, его граждане богаты и счастливы.


Karta.jpg

Уругвай — первая среди латиноамериканских стран по безопасности, финансовой, социальной и политической стабильности: около 94% ее граждан живут выше уровня бедности. ВВП на душу населения — $16 334. Государственный долг — 58,7% ВВП. В столице Монтевидео живет больше трети населения страны — 1,3 млн человек из 3,4 млн. Уругвайцы в шутку называют свою столицу «скучным городом». Здесь туриста не убьют на улице среди бела дня, как в Каракасе, и не ограбят, как в Рио-де-Жанейро. Жители Монтевидео вежливы, неторопливы, любят порядок и чистоту. Этнический состав Уругвая, в отличие от других стран Латинской Америки, исключительно однороден. 98% его жителей — белые, темнокожих около 1% и столько же индейцев. Волны миграции сюда шли в XVIII веке, когда был основан город, в первую очередь из Испании, Италии, за ними — выходцы из Франции и Германии.

Однако, несмотря на свою приверженность демократическим нормам, в 60-е и 70-е годы прошлого столетия Монтевидео пережил период серьезных социальных волнений. Все началось в 1958 году с недовольства студентов попытками властей ограничить университетское самоуправление. Это дало толчок радикализации уругвайской молодежи и последующему появлению под влиянием кубинской революции левоцентристской организации «Тупамарос», которая финансировала свою деятельность прежде всего за счет грабежа банков и получения выкупа от захваченных в заложники правительственных чиновников и бизнесменов. Движение было разгромлено в 1973 году, когда в Уругвае власть захватили военные. Но военная диктатура продержалась сравнительно недолго — в 1985 году страна вернулась к демократии.

Сегодня Монтевидео — одна из самых цивилизованных латиноамериканских столиц. По данным организации Transparency International, Уругвай наряду с Чили является лидером на континенте по экономическому развитию, уровню политических свобод и критическому восприятию коррупции. Центральная часть Монтевидео внешне напоминает Мадрид, здесь множество таких же названий улиц и площадей. Но и такие же сравнительно высокие для Латинской Америки европейские цены на продукты питания, транспорт и гостиничные номера.


фотографии: Matilda Campodonico/AP




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.