Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

Мишель Уэльбек в Москве "Меня очень волнует тема генетических изменений человечества"

12.11.2007 | Иванова Нина | № 40 от 12 ноября 2007 года

В Москву приехал Мишель Уэльбек, французский писатель номер один, автор бестселлеров «Платформа», «Лансароте», «Элементарные частицы». Его приезд носит деловой характер — вместе с бельгийскими сопродюсерами фильма «Возможность острова» (экранизация последнего романа Уэльбека) он договаривается о российском прокате картины

Мишель Уэльбек — Нине Ивановой

Библиография

Сборники эссе

Г.Ф. Лавкрафт: Против человечества, против прогресса / H.P. Lovecraft: Contre le monde, contre la vie (1991, рус. перевод 2006) Остаться живым / Rester vivant (1991, рус. перевод 2004) Мир как супермаркет / Interventions (1998, рус. перевод 2003)

Романы
Расширение пространства борьбы / Extension du domaine de la lutte (1994, рус. перевод 2003) Элементарные частицы / Les Particules elementaires (1998, рус. перевод 2000) Лансароте / Lanzarote (2000, рус. перевод 2003) Платформа / Plateforme (2001, рус. перевод 2002) Возможность острова / La Possibilite d’une ile (2005, рус. перевод 2006)

Сборники стихов
Погоня за счастьем / La Poursuite du bonheur (1992, рус. перевод 2005) Смысл борьбы / Le sens du combat (1996, рус. перевод 2005) Возрождение / Renaissance (1999, рус. перевод 2005) 

При экранизации романа всегда приходится литературное произведение переводить на другой язык — кинематографический. Что вам пришлось изменить?
Только не просите меня делать краткий пересказ, я для этого не приспособлен. И писать аннотации на обложки я тоже не умею… Мне хотелось сохранить противостояние персонажа из настоящего и персонажей из будущего, клонов. Если говорить о фразе, которая представила бы этот роман, то я бы взял следующую: «Кто из нас заслуживает вечной жизни?» Мне пришлось сократить часть, касающуюся настоящего. Она стала чем-то вроде вступления, захода на тему. Также мне пришлось упростить многие вещи. Часть, касающаяся генетической трансформации человечества, приобретает в фильме дополнительный вес. Я сократил то, что касается отношений мужчины и женщины, и дал большее развитие персонажу по имени Мари 23, которая в книге появляется только эпизодически. Я очень дорожу этим персонажем, и мне кажется, что даже в книге мне следовало бы уделить ему больше внимания. Есть такая проблема, когда герой появляется вдруг в последний момент, а книгу продолжать уже невозможно, и тогда не успеваешь дать этому персонажу достаточно места. Мне показалось, что для фильма важно противостояние человека и неочеловека, двух, на первый взгляд, одинаковых личностей, которые на самом деле абсолютно разные. Мне не хотелось делать из фильма любовную историю. Мне нравятся обе мои героини в романе, но я не был уверен, что это будет хорошо для картины. Мне не нравятся любовные истории в кино.

Почему? Это же излюбленный голливудский прием…
Да. Но мне он не нравится. Мне кажется, что литература в этом смысле сильнее. Например, если вы описываете в книге пейзаж, то это всегда будет менее выразительно, чем на экране. В этом случае я предпочитаю изображение.

А как насчет итальянского кино?Скажем, четыре новеллы о любви из «За облаками» Антониони…
Мне кажется, я в смысле чувств близок Антониони — его одиночеству… Но в этой ситуации все же было бы странно говорить о влиянии, потому что я смотрел Антониони много лет назад. Скорее это происходит неосознанно, и я его, перед тем как приступить к своей картине, не пересматривал.

Когда вы работали над книгой, вы уже держали в голове экранизацию?
Я хорошо знаю места, где происходила съемка. Для меня вообще очень важно, где происходит действие в книге. Я должен знать это место. Чтобы начать книгу, мне важнее знать, где будет развиваться действие, чем какие будут в ней персонажи. Например, чтобы начать книгу, мне необходимо иметь фотографии этих мест. Я фотографирую пейзажи. Это такая иррациональная вера в то, что место влияет и определяет ход развития событий. Конечно, в одном и том же месте могут происходить совершенно разные события, но это если только рассуждать рационально. В моем же воображении место и события взаимосвязаны. Те режиссеры, которых я люблю, к сожалению, не увлечены идеей генетической трансформации, и мне пришлось делать фильм самому. Кроме того, когда я писал книгу, то уже тогда представлял себе, каким мог бы быть фильм по ней. Меня очень волнует тема генетических изменений человечества. Многие в этом ничего не понимают, и поэтому им это скучно, а мне это важно.

Получается, что изображение для вас важнее, чем слово?
Не обязательно. Дело еще в том, что я могу писать только сидя у компьютера, поэтому мне сложно писать во время путешествия. Мне бы понадобился большой принтер, потому что я не люблю вычитывать и редактировать тексты с экрана, я их обязательно распечатываю на бумаге. Поэтому, когда я путешествую, я почти не пишу, зато много фотографирую. И это не заметки, так — какие-то фразочки, предложения.

Откуда вы так хорошо осведомлены о клонировании?
Я просто в подростковом возрасте читал много фантастики. Когда мне было 15 —20 лет, я знал все про научную фантастику.

В отличие от предыдущих книг, в «Возможности острова» вы не оставляете своим героям возможности для счастья. Почему?
У меня странные воспоминания о финале «Элементарных частиц». Там есть десять страниц, где я отпускаю свое воображение, мечтаю, но это не отражает того, что написано в книге. Мне кажется, что тогда я просто находился в оптимистическом состоянии духа, немного ненормальном. Финал «Элементарных частиц» неубедителен. Это оптимистический бред, на который меня вдруг понесло. Мне кажется, что в «Возможности острова» настроение более убедительное. Я понял, что мир в душе еще не означает счастья. В это время я более серьезно стал относиться к буддизму.

Как вы относитесь к вашим предшественникам, например Камю? Он на вас повлиял?
Отсылки к Камю были в моих книгах раньше, до «Возможности острова». У меня двойственное отношение к Камю: он пишет очень хорошо, но с философской точки зрения мне кажется, что это просто идиотизм. Я не понимаю, почему он занимался философией вместо того, чтобы писать прекрасные романы. У меня нет четких представлений о том, кто и что на меня повлияло. Такое аналитическое размышление никогда не вмешивается в мою работу. Все интуитивно, и поэтому мне сложно говорить о влияниях. Когда я посмотрел отснятый материал «Возможности острова», мне вдруг показалось, что это напоминает Жюля Верна. Наверное, можно сказать, что он тоже на меня повлиял, потому что я читал его книги взахлеб в 10 —12 лет, но я не думал о нем, когда работал над своим фильмом. В фильме еще есть момент, который напоминает мне американский сериал «Моя любимая колдунья». Когда она двигала кончиком носа, начинали происходить всякие чудеса. И когда я пересматриваю то, что мы сняли, мне иногда приходит в голову, что вот это место мне напоминает то-то, а это то-то. Но я могу поклясться, что до того, как мы приступили к съемкам, я об этом не думал.

Почему вы приехали искать финансовой поддержки в Россию?
Это была не моя идея. (Смеется.) Но я был очень рад снова оказаться в России и тут же согласился на поездку.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.