Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Реплики

Годовщина наводнения в Крымске: спасибо, что живы

30.06.2013 | Николай Левшиц, волонтер | № 23 (291) от 1 июля 2013 года


6 июля исполняется годовщина страшного наводнения, разрушившего Крымск, город в Краснодарском крае, и унесшего 153 человеческие жизни
02_01.jpg
Через два дня после наводнения. Крымск, 8 июля 2012 г.

По дороге в Крымск я посчитал, что приезжаю сюда уже в четвертый раз за прошедший год. Первый — сразу после наводнения, на своем автомобиле, в полной внутренней уверенности, что как волонтер буду востребован. Второй — в августе, потому что в Москве не отпускало ощущение, что не все сделано и не всем помогли. Потом в сентябре, чтобы посмотреть готовность школ к учебному году и раздать подаренную жертвователями канцелярские принадлежности к школе. Нынешний приезд — четвертый.

Довольно быстро стало понятно, что за прошедший после наводнения год проблемы в городе не исчезли. Уже по дороге из Краснодара знакомые рассказали, что, имея решение суда о выплате компенсации за капитальный ремонт (выделялось по 5 тыс. рублей за 1 кв.м), не могут получить деньги. Чиновники ссылаются на неизвестное постановление, в котором сказано, что они должны отправлять в Минфин данные списками, а не на каждого отдельно. Люди подолгу ждут денег на ремонт, берут кредиты, вынуждены залезать в долги. Кто-то ремонтируется за свой счет в надежде потом получить компенсацию.

Есть проблема с бытовой техникой, которую обещали правительство и Российский Красный Крест: она или до сих пор еще не поставлена в Крымск, или, как жалуются многие, часто ломается и выходит из строя. Местные жители даже писали заявления, что вдоль дорог возникали стихийные рынки, но из прокуратуры пришел официальный ответ, что «на день проверки несанкционированной торговли зарегистрировано не было».
  

Мне рассказали, что год назад сотрудники МЧС боялись спустить резиновые лодки на воду, где плавало много мусора  

 
Красный Крест жители Крымска в беседах упоминают постоянно. Эта организация собрала на свои счета более 900 млн рублей пожертвований от физических и юридических лиц. Отчет о тратах опубликован лишь на 385 млн, но и он у многих вызывает вопросы. К примеру, почему Красный Крест отказывается встречаться с общественностью и журналистами и давать комментарии? Почему не может назвать адреса и даты, где и кем распределялась гуманитарная помощь? Почему взялись выплачивать компенсации за утрату автомобилей, но вместо 5200 поданных заявок удовлетворили лишь 2500 и каков был механизм отсева? Красный Крест отмалчивается.

Грустно сознавать, что сегодня за права 40 тыс. пострадавших борется группа всего из 5–10 человек. Они посылают письма Путину и в прокуратуру, а оппозицией искренне считают лидера КПРФ Зюганова. Винить их за это нельзя, они так привыкли. Они смотрят вверх и ждут, что им помогут из Москвы или из администрации Краснодарского края. В ответ — лишь тишина и иногда небольшая помощь, которая помогает до Олимпиады в Сочи сдерживать возмущение жителей. Вечер у семьи, ставшей волонтерам друзьями. Мы собрались в доме, где год назад вода подошла к потолку первого этажа. И до сегодняшнего дня люди из-за грибка и плесени не могут покрасить стены или наклеить обои. Фоном нашей беседы шла программа «Новости», где президент Путин что-то вещал про молодых офицеров. А мне в это время рассказывали, как год назад сотрудники МЧС боялись спустить резиновые лодки на воду, где плавало много мусора: мол, «вдруг лопнет, а вы знаете, сколько денег лодка стоит, а нам потом отчитываться».

Мы общались с родителями, а дети играли в другой комнате. «Главное, что мы живы», — говорили взрослые. И я мысленно соглашался. Трещины в стенах через год после наводнения, денег не дождешься, откаты — нашим людям не привыкать. Главное ведь — живы…


фотография: Reuters




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.