Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Суд/Тюрьма

#Суд

#Навальный

«Клянусь детьми, у нас в суде невозможно давление на судей со стороны вышестоящего руководства»

16.04.2013 | Светова Зоя

Интервью председателя суда, где идет процесс над Навальным
Накануне начала судебного процесса по делу Алексея Навального председатель Ленинского районного суда города Кирова Константин Зайцев дал интервью The New Times

1BRO_1455.jpg

Завтра начинается процесс над Алексеем Навальным. Как будет проводиться доступ зрителей в зал суда?

В зале суда, где будет рассматриваться дело Навального, поместится ровно 60 человек. Кто это будет — представители СМИ, гражданские активисты или просто зеваки, которые захотят поглазеть на этот процесс — мы не знаем. Никого из вас мы не будем по каким-то принципам структурировать за пределами суда. Кто первый входит сюда в 8 часов — регистрируется у судебных приставов на этот процесс, потому что регистрации будет две: у нас будут проходить и другие процессы. 60 человек отсчитали — они сюда зашли. И все, больше люди, которые хотели бы поприсутствовать на процессе, в суд допускаться не будут. Почему именно так? Нужно было, конечно, сделать еще больше мест, но поймите правильно: желающих здесь столько, что мы в первую очередь должны подумать о том, что мы будем делать, если что-то случится и нам придется эвакуировать людей. Нам нужны эвакуационные выходы, нам нужны проходы. Мы не дадим загораживать проход к выходу из зала. Мы постараемся не открывать окна, чтобы не слышать с улицы шум, потому что на улице он, скорее всего, будет и возможны какие-то провокационные вещи, мы их не исключаем. Как вы видите, у нас нет территории суда, которая отгораживала бы нас от обычной проезжей части и пешеходов, и соответственно, там будут работать сотрудники полиции. Они будут обеспечивать безопасность граждан снаружи, а судебные приставы будут обеспечивать безопасность внутри здания суда.

Каких чрезвычайных ситуаций вы опасаетесь?

Мы можем судить о ситуациях, которые были в других регионах: посетители могут не подчиняться председательствующему судье, например.

Сколько приставов будет присутствовать в зале?

Больше чем обычно. Сколько точно, я не могу вам сказать — это информация для служебного пользования.

Процесс начнется завтра. А потом в слушаниях будет объявлен перерыв?

Это пока прогноз: со сторонами согласовано, что мы этот день работаем — он является организационным. Соответственно, мы завтра работаем, а потом определяем, на какой день будем объявлять перерыв в процессе.

У меня нет обратного билета. На какой день его взять?

Я думаю, что, скорее всего, больше чем один день никто работать не будет. Это вероятнее всего. Поймите меня правильно, мы говорим о прогнозе.

Свидетелей на завтра вы не вызвали?

Нет.

Сколько времени, по вашему мнению, будет идти этот процесс?

Я надеюсь, что мы его не превратим в вялотекущую шизофрению.

А указание у вас есть от областного суда: как быстро провести этот процесс и какой приговор вынести?

Нет.

А у вас совещание было с председателем областного суда по поводу этого процесса?

Нет. А смысл какой? Единственный вопрос, который я поставил перед своим руководителем: а можно ли использовать площадку областного суда для этого процесса? Мне сказали: «Нет, это ваш крест».

Судья Сергей Блинов, который будет судить Навального, за свою карьеру вынес 130 обвинительных приговоров и ни одного оправдательного. А Вы?

И я за свои 14 лет, что я работаю в суде, вынес только один оправдательный приговор. А я в год рассматриваю порядка ста дел.

Вы удивительно открыты для прессы. Председатели районных судов Москвы никогда не дают интервью журналистам. Почему Вы себя так ведете?

Вы знаете — эта открытость до тех пор, пока я улыбаюсь вам своими зубами.

То есть?

А какая гарантия того, что на эту открытость не отреагируют представители судейского сообщества и не скажут, что я поступаю непрофессионально? У меня же нет профессиональной подготовки. И я не пресс-секретарь. Я это делаю, как мне подсказывает сердце.

Вы спрашивали у председателя областного суда, можете ли Вы давать интервью?

В принципе, есть какие-то вопросы, когда я не могу самостоятельно принять решение, то есть например, что-то организовать. И тогда мне интересно мнение председателя областного суда, как старшего и более опытного товарища, я могу его спросить: а как вы считаете, вот такое вот решение — может, оно с какими-то рисками связано? И его мнение я приму к сведению. Но спрашивать разрешение на то, чтобы пообщаться с вами – нет.

Может ли вообще председатель областного суда оказывать на вас и на судей вашего суда какое-то давление?

Даже если мы гипотетически представим такую ситуацию, что меня пригласили и сказали: «Ты вынесешь вот такое-то решение по такому-то делу иначе…» Я могу Вам поклясться здоровьем своих детей, что такого быть не может. Я никогда о таких вещах — о давлении на суд — здесь не слышал. Где-то в другом месте — ничего не скажу. Но я лично не сталкивался.

То есть судье Блинову никто не может сказать, какой приговор по делу Навального вынести?

Я ему точно не скажу. У нас так не принято делать. Я надеюсь и верю, что этого не произойдет и со стороны вышестоящего руководства. Они не будут этого делать.

А если будут?

Если будут доказательства этого давления, то мы тогда с вами сможем это обсудить. Без доказательств обсуждать нечего.


фотография: Сергей Бровко




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.