Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Медиа

Возвращение

25.12.2012 | Альбац Евгения | № 43-44(269) от 24 декабря

История Натальи Морарь - журналистки, которую российская власть 4 года не впускала в страну

«Вы раньше когда-нибудь въезжали через аэропорт Домодедово?» — спросила ее дама-пограничник 26 марта 2012 года. «Да, случалось», — ответила специальный корреспондент The New Times Наталья Морарь, которую 4 года, 3 месяца и 10 дней российская власть не впускала в страну

44-01.jpg

История эта, как описано уже в тысячах публикаций на всех как минимум европейских языках мира, началась 16 декабря 2007 года: Наталью Морарь, автора знаменитого расследования «Черная касса Кремля», опубликованного неделей раньше в The New Times, не впустили в РФ, когда она возвращалась домой из-за границы — шлагбаум опустили в аэропорту Домодедово. Причина по сию пору неизвестна: The New Times прошел через все возможные суды, включая Конституционный, но ФСБ РФ все материалы засекретила. Единственный ответ — ссылка на статью закона о гражданстве, которая классифицировала Морарь как лицо, «представляющее угрозу обороноспособности и национальной безопасности РФ».

21 января 2012 года в Сочи, на горнолыжном курорте «Красная Поляна» главные редакторы российских СМИ встречались с тогда еще президентом Дмитрием Медведевым. После двухчасового разговора у каждого главного была возможность коротко, тет-а-тет, поговорить с президентом. «Дмитрий Анатольевич, у меня к вам единственная просьба: впустите Наташу Морарь», — сказала я. Объяснять, кто такая Морарь и почему ее «закрыли», не пришлось: президент был в курсе, сказал, что конечно же не думает, что Морарь представляет какую-либо угрозу безопасности страны. Поговорили и о том, кто мог дать указание не впускать Наташу в страну, какие расследования она делала, работая в журнале, кто были фигурантами — разговор был off  the record, поэтому подробности опущу. Могу сказать лишь одно: Медведев был вполне доброжелателен и пообещал помочь. В начале февраля мы послали обстоятельное письмо в администрацию президента и копию Наталье Тимаковой, пресс-секретарю Медведева. Заказали билет на 26 марта. За несколько дней до часа икс я вновь созвонилась с Натальей Тимаковой, она прислала сообщение: проблем быть не должно, Наташа может прилетать. Но все равно было стремно: буквально за несколько месяцев до того наш источник сообщил, что напротив фамилии Морарь в компьютерах пограничной службы по-прежнему стоит «красный флажок» — не впускать. Именно поэтому всю историю мы держали в секрете — в том числе и от коллег. 24 марта Илья Барабанов улетел в Кишинев: Наташа страшно волновалась — очень не хотелось вновь упереться в ту же стенку, а потому металась: может, не стоит рисковать? Но все обошлось: проход через границу все в том же аэропорту Домодедово, где дважды перед ее носом закрывали шлагбаум, занял пару минут. Но эти минуты всем нам троим стоили седых волос. Когда раздвижные двери терминала открылись, я увидела плачущую Наташу и смеющегося Барабанова: никогда, ни до ни после, я его таким счастливым не видела. А дальше был праздник.

Сегодня Морарь — самый известный журналист Молдавии, она ведет популярное политическое ток-шоу на кабельном канале Publika TV. Россия для нее осталась местом, где живут ее друзья, Молдавия — дом. Иногда я по ней остро скучаю: в исследовательской журналистике в России ей в 2007-м, да и потом не было равных.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.