Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Болотное дело

Особый срок

10.11.2012 | Сковорода Егор | № 35-36 (262) от 29 октября 2012 года

490lus.jpg
Фото РИА Новости

Замоскворецкий районный суд Москвы вынес 9 ноября первый приговор по делу о «массовых беспорядках» на Болотной площади 6 мая. Это решение может  стать моделью, на которую будет ориентироваться суд в делах других обвиняемых по «болотному делу». 36-летний бизнесмен Максим Лузянин, который единственный из всех фигурантов дела полностью признал свою вину и согласился на особый порядок рассмотрения дела, приговорен к 4,5 годам заключения в колонии общего режима. Корреспондент The New Times наблюдал, как выносили решение 

Судья Андрей Федин, невысокий мужчина со свистящим голосом, похоже, был простужен. Начав заседание, Федин закашлялся на словах «именем Российской Федерации», не смог остановить кашель и выбежал из зала. Когда вернулся, было слышно, как трудно ему говорить. 

Максим Лузянин, которого по фотографиям все помнят как угрюмого и лысого качка, за месяцы в СИЗО заметно похудел, оброс и выглядел скорее дружелюбным. Но в камеры телеканалов старался не глядеть и отворачивался в сторону родных и друзей — им он улыбался. «Вставать нельзя!» — одернул конвоир Лузянина, когда тот попытался пройти к другому концу клетки, поближе к своему 16-летнему сыну. 

Как утверждает обвинение, во время «Марша миллионов» 6 мая Максим Лузянин совершил преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 212 (участие в массовых беспорядках) и ч. 1 ст. 318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти). 

Пять полицейских 

По версии следствия, узнав из СМИ о «Марше миллионов», Максим Лузянин пришел не демонстрацию 6 мая, где неустановленные лица стали призывать к прорыву оцепления и насилию над сотрудниками полиции. После этого начались стычки полицейских и демонстрантов, и «после 17 часов у Лузянина возник преступный умысел на участие в массовых беспорядках», который он и осуществил. Сначала бизнесмен Лузянин швырнул крупный кусок асфальта в младшего инструктора-снайпера Александра Штапкина и попал полицейскому в шлем. В обвинительном заключении указан даже размер этого камня — 20х30 см. 

Затем Лузянин повалил на землю омоновца Казьмина, которого стали избивать другие участники беспорядков. Утверждается, что Александра Казьмина практически раздели — с него сорвали шлем, бронежилет, защитный щиток и пояс, отобрали противогаз и дубинку. Среди напавших на Казьмина упоминается и другой фигурант «болотного дела» — Михаил Косенко (его должны были судить в соседнем зале одновременно с Лузяниным, но заседание перенесли по ходатайству адвокатов). Боец Казьмин получил сотрясение мозга и три недели провалялся в больнице.

Следующими попали под раздачу два омоновца — сержант Иван Круглов и старший сержант Сергей Марков. Сначала Лузянин сбил с ног Круглова, с которого сорвали шлем и стали бить неустановленный молодой человек  и Андрей Барабанов — еще один обвиняемый по «болотному делу». После этого Лузянин схватил за шлем бойца Маркова, повалил его и ударил ногой, после чего к избиению присоединились другие лица.

Наконец, Максим Лузянин подбежал со спины к рядовому патрульной службы Александру Прохорову, схватил его за шею и «стал душить сгибом руки». Одновременно другие участники беспорядков сорвали с Прохорова шлем, и, когда Лузянин повалил его, стали полицейского бить. Впрочем, в итоге Прохоров отделался ушибами и ссадиной на лбу.

29 миллионов 

Следствие утверждает, что события на Болотной площади 6 мая можно квалифицировать как «массовые беспорядки», поскольку столкновения полиции с демонстрантами сопровождались «насилием, поджогами, повреждением и уничтожением имущества». Пострадавшими от насилия признаны 53 человека — почти все они сотрудники полиции. Поджогом посчитали «коктейль Молотова», брошенный в сторону полицейских — утверждается, что он попал в одного из демонстрантов, который получил несильные ожоги.
 

Общий ущерб, нанесенный во время «массовых беспорядков», приближается к сумме в 29 млн рублей, настаивает обвинение. На Болотной площади полицейские лишились значительного числа бронежилетов, шлемов, радиостанций, дубинок и другой амуниции, которая была отобрана у них демонстрантами. Так, в ГУ МВД России по Москве утверждают, что московские полицейские лишились, в частности, 27 шлемов «Джетта», 14 бронежилетов «Кора-кулон», 29 резиновых дубинок и 8 радиостанций. Нанесенный ущерб там оценили в 371 тыс. рублей. Сотрудники Управления на транспорте МВД России по ЦФО лишились 5 дубинок и 2 радиостанций на сумму в 44 тыс. рублей. Командированные из Челябинской области сотрудники потеряли одну радиостанцию и два шлема — их стоимость оценили в 23 тыс. рублей.
 

Также пострадала компания «Экоуниверсал», устанавливавшая на Болотной площади кабинки биотуалетов — спасаясь от наступающих сил ОМОНа, некоторые демонстранты стали переворачивать эти кабинки, чем, как утверждается, нанесли ущерб в 74 тыс. рублей. Но о самой большой сумме ущерба заявило московское правительство. Дирекция жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства Центрального административного округа Москвы посчитала, что демонстранты, швырявшие куски асфальта в полицейских, якобы так разворотили дорожное полотно, что его ремонт обошелся в 28 млн 228 тыс. рублей.
 

Это, впрочем, ущерб, который якобы нанесли все участники «массовых беспорядков» 6 мая. Лично Лузянину ГУВД Москвы предъявило гражданский иск на сумму в 25 314 рублей.
 

Особый порядок
 

Максим Лузянин полностью признал свою вину, согласившись со всеми утверждениями обвинительного заключения. «Я искренне сожалею о содеянном. Все это было сделано под влиянием эмоций», — признался Лузянин суду. «На очных ставках у меня была возможность пообщаться с потерпевшими и лично попросить у них прощения. На прощание мы пожали друг другу руки», — добавил Лузянин.
 

Он и его адвокат Сергей Шушпанов согласились с тем, чтобы дело рассматривалось в особом порядке. Это значит, что суд считает вину подсудимого полностью доказанной, не исследует собранные следствием доказательства и не допрашивает свидетелей по делу. При этом суд не может вынести подсудимому наказание, превышающее 2/3 от максимального срока. Поэтому 9 ноября Замоскворецкий суд изучал только личностные характеристики Максима Лузянина.
 

Выяснилось, что в 1999 году бизнесмен Лузянин был осужден на четыре года условно по ст. 163 УК РФ (вымогательство). До своего ареста по «болотному делу» он занимался бизнесом в Подмосковье, руководил ООО «Гармония» и был совладельцем нескольких фирм, в том числе ООО «Мыльная пена», которое занимается торговлей чистящими средствами. По словам Лузянина, у него на иждивении находится мать-пенсионерка, жена и несовершеннолетний сын. Единственным свидетелем, выступавшим в суде, стала мать Максима Анна Лузянина, чуть полноватая женщина с короткой стрижкой, которая рассказала, что Максим «добрый, хороший человек», у которого «нормальная крепкая семья», он много работал и постоянно занимался спортом.
 

За помощь в развитии спортивных секций в Подмосковье Лузянин получил несколько грамот — в том числе благодарность от Московской епархии РПЦ. Защитник Шушпанов просил суд учесть, что по просьбе Лузянина его жена Наталья оплатила стоматолога полицейскому Прохорову, которому ее супруг повредил зубную эмаль. И Лузянин, и Шушпанов попросили суд об условном сроке наказания. Прокурор же заявил о том, что в случае Максима Лузянина «исправление невозможно без ограничения свободы» и попросил назначить ему 6,5 лет колонии — максимальный срок, возможный при особом порядке.
 

Судья Андрей Федин, который на протяжении всего заседания клевал носом и погружался в дрему, принимал решение около трех часов. За это время он успел пообедать (стопку пластиковых контейнеров с едой принесла ему помощница) и прийти к выводу о том, что Максим Лузянин должен понести реальное наказание и отправиться в колонию общего режима на 4 года и 6 месяцев.
 




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.