Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Деньги

#Суд и тюрьма

Война не по плану

08.09.2008 | Логинов Дмитрий , Работнова Виктория | № 36 от 8 сентября 2008 года

Кавказский конфликт мешает реализации концепции-2020

Принятие концепции долгосрочного социально-экономического развития страны до 2020 года вновь откладывается на неопределенное время. Заглянуть в светлое завтра мешают экономические проблемы сегодняшнего дня. И главная из них связана с возможными негативными последствиями войны на Кавказе для финансовой системы страны

Концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ до 2020 года» — документ трудной судьбы. Работу над ним начинал еще министр экономического развития Герман Греф при президенте Владимире Путине. Перспективы российской экономики тогда казались абсолютно безоблачными: нефть дорожала, инвестиции в страну текли рекой, ВВП рос ударными темпами... Будущее рисовалось авторам документа исключительно радужным: Россия к 2020 году должна войти в пятерку ведущих экономик мира, догнать по уровню доходов населения передовую Европу, стать международным лидером в ряде наукоемких и высокотехнологичных отраслей. Довести эту оптимистическую картину до стадии законченного и принятого правительством документа, по-видимому, помешали выборы и сопровождавшая их процедура двойной смены правительства. И хотя над концепцией уже не первый месяц трудится команда нынешнего министра экономического развития Эльвиры Набиуллиной, до ее принятия еще далеко.

В конце августа в Ново-Огареве Владимир Путин провел совещание по вопросам долгосрочного развития страны. Убедившись, что среди министров нет единства по основным прогнозным цифрам, премьер дал поручение Министерству экономического развития (МЭР) и Минфину в течение месяца уточнить параметры реформы здравоохранения, модернизации пенсионной и налоговой систем и после этого представить правительству окончательную версию концепции. Впрочем, не очевидно, что к концу сентября правительство уложится: на экономические планы может серьезно повлиять никак в них не предусмотренная недавняя кавказская война и ее последствия, начиная с затрат на восстановление Южной Осетии и заканчивая резким оттоком средств с российского фондового рынка.

Механизмов не хватает

Что же предусматривает концепция Минэкономразвития в ее сегодняшнем виде? Инновационное развитие российской экономики в период 2008–2020 годов, полагают в МЭР, будет проходить в два этапа, различающихся как по условиям, факторам и рискам социально-экономического развития, так и по приоритетам экономической политики государства.

Первый этап (2008–2012 годы), гласит документ, базируется на реализации и расширении тех глобальных конкурентных преимуществ, которыми обладает российская экономика в «традиционных» сферах — энергетике, транспорте, аграрном секторе, переработке природных ресурсов. Второй этап (2013–2020 годы) заявлен как «рывок» в повышении глобальной конкурентоспособности экономики на основе ее перехода на новую технологическую базу (информационные, био- и нанотехнологии), улучшения качества человеческого потенциала и социальной среды, структурной диверсификации экономики.

В итоге к 2020 году, надеются авторы концепции, качество жизни россиян достигнет тех показателей, которые наблюдаются сегодня в развитых странах. Средняя продолжительность жизни возрастет до 72–75 лет, уровень младенческой смертности понизится в 1,3– 1,4 раза. Охват высшим и средним профессиональным образованием населения составит 60–70%, средний уровень обеспеченности жильем достигнет 30 кв. м на человека. Доля населения, проживающего в местах с неблагоприятной экологической обстановкой, снизится с 43% в 2007 году до 14% — в 2020-м. В общем, планы, по обыкновению, масштабны. Неясно, как будет с их выполнением — конкретных механизмов реализации в документе почти не приведено. Например, говоря о решении жилищной проблемы, авторы концепции повторяют давно известные слова о развитии конкуренции между частными коммерческими и некоммерческими застройщиками, о предотвращении монополизации рынков жилищного строительства и стройматериалов антимонопольными мерами, о развитии ипотеки и повышении доступности жилищных кредитов… Но в настоящий момент ипотечные кредиты дорожают, а жилье, вопреки громкому названию национального проекта, становится заоблачно дорогим и все более недоступным. С чего бы вдруг должна измениться ситуация к 2020 году?

«Мало поставить цели на 12 лет вперед, — считает директор Центра макроэкономических исследований «БДО Юникон» Елена Матросова. — Очень важно решить организационные вопросы: какие министерства, ведомства и люди будут строить эффективную систему достижения целей, какими будут индикаторы оценки их деятельности. Нужно знать, за какие ниточки дернуть, чтобы все начало работать. Пока такая система не выстроена».

Суета вокруг налогов

Отдельная и едва ли не самая скандальная тема в концепции — налоговая политика. МЭР настаивает на уменьшении фискальной нагрузки. В первую очередь предлагается снизить НДС до 12% вместо нынешних 18%. Предлагается последовательно сокращать налоговую нагрузку на малообеспеченные слои населения за счет увеличения налоговых вычетов, а также не пересматривать плоскую шкалу подоходного налога и не увеличивать его ставку. При этом, надеются в МЭР, «повышение собираемости налогов и выход бизнеса из тени должны способствовать поддержанию сбалансированности между расходами и доходами бюджетной системы».

Указанные планы резко расходятся с позицией Минфина: по расчетам ведомства Алексея Кудрина, снижение НДС до 12% приведет к выпадению доходов в размере 1,8% ВВП. Компенсировано это может быть за счет собираемости налогов не ранее чем через четыре года, да и тогда объем налоговой базы будет в лучшем случае восстановлен, но не увеличен. «Это около 80 млрд рублей, которые мы просто должны вычеркнуть из бюджета», — говорит Кудрин.

Смогут ли два экономических ведомства, столь далеко разошедшихся в оценках, согласовать позиции — большой вопрос. Внешне все вполне благопристойно: Кудрин называет позицию Минэкономразвития по снижению НДС «спорной», но выражает уверенность, что через месяц ведомства придут к общей точке зрения. А министр экономического развития Набиуллина, в свою очередь, заявляет, что «у нас с Алексеем Леонидовичем нормальный рабочий разговор», и «понятно, что ответственная бюджетная политика должна исходить из понимания того, за счет чего предполагается повышение доходов». Однако «под ковром» кипят страсти. Воспользовавшись разноголосицей в правительстве, с резкой критикой позиции Минфина выступил Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП). Что неудивительно: снижение НДС — давняя идея РСПП, лоббируемая им все последние годы.

А пока министры обсуждают долгосрочные планы, российская экономика демонстрирует не лучшие показатели. Темпы промышленного роста в последние месяцы резко замедлились, остановился рост индекса реальной заработной платы, рассчитанный с учетом инфляции (а в июле реальная зарплата среднего россиянина и вовсе упала на 1,5%), сокращаются иностранные инвестиции, фондовые индексы скатились до рекордно низких показателей.

В этих условиях, считает главный экономист Альфа-Банка Наталия Орлова, долгосрочные прогнозы, и так не слишком надежные, становятся делом и вовсе неблагодарным. Однако это не отменяет необходимости выбора сценария для развития страны. «Иностранные капиталы перестали быть столь же доступными, как ранее, но вопрос о диверсификации нашей экономики остался на повестке дня. То, что сейчас происходит на финансовых рынках, означает, что диверсификация будет происходить более медленными темпами и будет стоить дороже», — утверждает Орлова.

Заметим, кстати, что внутри концепции спрятан крамольный, по нынешним временам, вывод: для решения поставленных макроэкономических задач нужна «эффективно работающая демократическая система». Однако, учитывая нынешние российские политические реалии, понятно, что вряд ли инвестиционная привлекательность страны в ближайшее время возрастет. Отсюда можно сделать вывод: принятие концепции развития до 2020 года либо снова будет отложено до лучших времен, либо документ будет принят быстро, но окажется очередной «филькиной грамотой», не имеющей ничего общего с действительностью.

Как скажется ситуация на Кавказе на перспективах развития российской экономики?

Михаил Касьянов, экспремьер-министр РФ: Сегодня инфляция может дойти до 20%. А для большинства граждан, которые в основном тратят свои доходы на продукты питания, медикаменты, жилищно-коммунальные услуги, транспорт (а это больше половины населения страны), инфляция будет порядка 40–50%.

Это означает, что политика нынешних руководителей впервые за последние 9 лет приведет к ухудшению материального положения большинства граждан. Людям скажут, что в этом виновата не власть, а война, Америка и Запад. Нет, это не так. Причина — исключительно в неверном политическом курсе, проводимом бывшим президентом Путиным, а ныне президентом Медведевым и премьером Путиным.

Оксана Дмитриева, депутат Государственной думы: Сами по себе финансовые затраты на помощь Южной Осетии (сейчас обсуждается программа, по которой будет выделено 25 млрд рублей) на экономическую ситуацию в стране не повлияют. Да, это сумма, сравнимая с финансированием Академии наук. Но 25 млрд — это одна сотая от тех средств, которые отправляются в Стабфонд и никак не используются внутри страны. Конечно, и эти деньги можно было потратить эффективно внутри страны, но у нас столько неразумных трат в масштабах России…

Что касается экономического ущерба от реакции Запада, то надо смотреть, в чем это будет выражаться. Отказ от вступления в ВТО, на мой взгляд, является положительным фактором — я противник этого вступления. Падение курса ценных бумаг? Это влияние на бумажную, а не на реальную экономику, от этого могут потерять какие-то игроки на рынке, но не страна в целом. При этом я считаю, что Запад — наш стратегический партнер, и экономическое взаимодействие с ним необходимо.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.