Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

#Суд и тюрьма

«Мы полностью поменяем стратегию обороны»

08.09.2008 | Шеремет Павел | № 36 от 8 сентября 2008 года

Министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили — The New Times

Что происходит с институтами грузинского государства? Действительно ли в стране хаос или, несмотря на проигранную войну, правительство продолжает функционировать? И чего ждать от Грузии в будущем, в том числе ближайшем — об этом в интервью The New Times рассказывает министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили

Вано Мерабишвили — Павлу Шеремету

Полиция Грузии все дни конфликта играла и до сих пор сохранила роль буфера между российскими солдатами и местным населением. Несмотря на военные действия, в Грузии не начались криминальные погромы и не произошло всплеска преступности. Даже сейчас периодически по телевизору демонстрируют сюжеты об аресте полицейских или пограничников, пытавшихся получить взятку. Порядок в стране, который четыре года культивировал и которым так гордится Михаил Саакашвили, пока держится именно на грузинской полиции. И создавал эту систему ближайший соратник президента Грузии Вано Мерабишвили — один из самых влиятельных грузинских чиновников. Он руководит одновременно четырьмя ведомствами: министерствами внутренних дел, госбезопасности, погранвойсками и МЧС. В кабинете Мерабишвили висит огромный, во всю стену, американский флаг — как символ того, кто является главным союзником Грузии. На столе — карты, схемы, фотографии: все о скоротечной российскогрузинской войне. Хозяин кабинета не выглядит подавленным, скорее — злым, он уверен, что проиграл битву, но не проиграл войну.

До войны ваша полиция активно мешала миротворцам жить и преследовала их за малейшие нарушения. Теперь миротворческие посты стоят в большом количестве по всей Грузии…

Давайте не будем называть их миротворцами.

И тем не менее. Как говорят люди в грузинских селах — грузинское государство их бросило…

Вы издеваетесь надо мной? Сейчас российских оккупационных войск находится в Грузии больше, чем солдат в грузинской армии. Россия открыто оккупировала Грузию. Мы подписали договор о неприменении оружия. Мы выполняем этот договор и не вмешиваемся, стараемся помогать, чтобы не было конфликтов между российскими военными и местными жителями.

Насколько сильно война подорвала тот порядок, который вы создавали последние четыре года?

Сейчас обстановка нами полностью контролируется. Общее количество преступлений по отдельным видам возросло ровно настолько, насколько обычно растет летом. Например, квартирных краж летом бывает больше, чем зимой. Серьезных преступлений больше не стало. К моему удивлению, не было и масштабной паники. Никто не начал закупать в Тбилиси продовольствие, бензин. Если бы это случилось, то сейчас у нас был бы дефицит продуктов, тем более что 10 дней мы были отрезаны от черноморских портов. Но посмотрите на Тбилиси: в магазинах много продуктов, рестораны и кафе работают, есть газ, электроэнергия.

Почему полиция бежала из Гори?

Полицейские патрули ездили по городу, только без включенных маячков, чтобы не навлечь атаку с воздуха. Наши полицейские организованно отступали вместе с армией и создавали рубежи обороны возле Тбилиси. Полицейские сопровождали российские военные колонны, чтобы люди видели, что полиция рядом, и не паниковали. Закрывали дороги, чтобы не было аварий и так далее. Наши полицейские патрули иногда преграждали дорогу российским колоннам, когда они пытались уйти совсем далеко вглубь Грузии. В одном селе даже БТР российский протаранил несколько полицейских машин, пытаясь расчистить дорогу военной колонне.

Что заставило вас отступить из Южной Осетии без сопротивления?

Мы поняли, что идет, неожиданно для нас, масштабная война против Грузии. Это включало в себя ввод в Грузию большого количества войск с разных сторон, большую концентрацию сил под Цхинвали. Российские войска вошли из Абхазии, готовилось вторжение через перевал в Ларсе — 350 единиц бронетехники и примерно столько же должны были зайти из Дагестана в Кахетию. Со стороны Западной Грузии российские войска дошли почти до Кутаиси. Кроме того, началась ежедневная бомбежка российской авиацией не только районов боевых действий, но и мирных населенных пунктов. Использовались даже стратегические бомбардировщики. Только за одну ночь 16 стратегических бомбардировщиков залетело в Грузию. И потом Россия использовала ракетные комплексы «Искандер» и «Точка-У» против Грузии. Например, в Сенаки погибли 18 человек — мирных жителей, потому что разбомбили обыкновенную железнодорожную станцию, а не военный объект.

А почему ваш знаменитый спецназ не смог оказать никакого сопротивления в Кодорском ущелье?

Российские войска окружили Кодорское ущелье с обеих сторон, пройдя через Западную Грузию. Наши военные не могли получить ни продовольствие, ни помощь, поэтому мы их вывели. Но там мы успели сбить один самолет и один вертолет. Реально шла полная оккупация Грузии, и мы знали, что вошло такое большое количество войск только с одной целью — захватить Тбилиси. Мы увидели, что они движутся на Тбилиси. Мы оставили Гори, потому что стратегически Гори было невыгодно защищать, и построили оборонительные рубежи возле Тбилиси. Должен вам сказать, что российские войска передвигались очень хаотично. Например, они ушли на 150 километров от зоны конфликта в сторону Боржоми, там полицейские патрули перегораживали дорогу. Военные сказали, что они заблудились. Наверное, планы командования часто менялись, и среднее и нижнее звенья не знали об этом. Если бы мы приняли решение о начале партизанской войны, то российские военные понесли бы большие потери, потому что колонны растягивались на десятки километров. Они днями стояли по два, три, четыре БТРа совершенно в непонятных местах. Часто у них не было продуктов. В Сенаки рядом с военной базой мы поставили ларек, завезли туда дешевой фруктовой водки и выменивали водку на имущество этой военной базы. Мы потом подсчитали, что водка нам обошлась в $600, а имущества мы смогли таким образом выменять на $100 000. Например, там были гранатометы, которые стоят $2000, российские солдаты продавали их нам за $40.

ФСБ России объявила, что арестовала 10 грузинских шпионов и потом еще офицера, который шпионил в пользу Грузии. Вы, как министр госбезопасности, можете это прокомментировать?

Я не представляю, кого они там арестовали, даже не знаю фамилий этих людей. Нам не представили никаких улик или доказательств. Я думаю, что это несчастные люди, которых скоро отпустят.

Есть ли среди полицейских те, кто пропал без вести или находится в плену в Южной Осетии?

У нас есть списки всех, кто погиб. Два наших раненых сотрудника были расстреляны в Цхинвали. К сожалению, так случилось, что осетин перед расстрелом позвонил родителям одного из полицейских и дал им услышать, как расстреляли их сына. У нас нет пропавших без вести. 14 полицейских погибли, раненых сейчас в больнице — 8 человек. Материальные потери существенные. Например, здание спецназа около Гори полностью уничтожено. Пострадали здания полиции в Гори и Зугдиди. Их просто разворовали. Очень смешные были случаи, например: внутри здания забирали детали кондиционеров, а снаружи главную часть кондиционера не трогали. Или — забирали мониторы компьютеров, но сами процессоры оставили. Кстати, абхазы не входили в Грузию, в отличие от осетин.

Через три месяца МВД полностью оправится от войны, не считая оккупированных территорий. Что касается обороны, то пока трудно сказать, потому что мы полностью поменяем стратегию обороны. Теперь у нас все будет направлено на защиту от агрессии со стороны России. Раньше мы так свои вооруженные силы не строили.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.