Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

«Надо бы организовать партию, которая бы защищала чувства неверующих»

20.09.2012 | Галицкая Ольга | № 29 (256) от 17 сентября 2012 года

Кинорежиссер Борис Хлебников — The New Times

44-01.jpg«Надо бы организовать партию, которая бы защищала чувства неверующих». Борис Хлебников поначалу учился на биолога, затем поступил на киноведческий факультет ВГИКа, а в итоге стал известным режиссером. В его планах трэш-опера для кино, сериал о выдающемся ученом и священнике Войно-Ясенецком. Пока же он заканчивает работу над новой картиной «Долгая счастливая жизнь». В коротком промежутке между монтажом и озвучанием режиссер успел поработать в жюри Забайкальского международного кинофестиваля в Чите

Чем вас привлекла поездка в такую даль?

Самой возможностью увидеть Читу, за Байкал ведь когда еще попадешь, а тут фестиваль пригласил. Жюри собралось замечательное. Два режиссера, фильмы которых я люблю, — Кшиштоф Занусси и Лоне Шерфиг. Программа качественная. И потом, честно говоря, я полтора года снимал кино и ничего вообще не видел. Очень полезно посмотреть много хорошего европейского кино.

Место действия ваших фильмов — так называемые депрессивные российские города, где жизнь вязкая, провинциальная, бедная, где почти ничего не происходит. Чита из этого ряда?

Не думаю, что кто-то может понять город, пробыв в нем всего несколько дней. Умиления перед провинцией я не разделяю и страха перед ней тоже не испытываю. Это все крайние и вредные чувства по отношению к провинциальным городам. Там на самом деле многое происходит и очень по-разному. Мне в Чите было интересно.

Гражданская оборона

В вашем новом фильме, который поначалу назывался «Конецдворье», а теперь «Долгая счастливая жизнь», герой поселился на заброшенных землях, которые пытается возродить. Почему название перекликается с фильмом Геннадия Шпаликова?

Я совсем не думал про Шпаликова, когда возникло это название. Оно родилось из альбома группы «Гражданская оборона», песней Егора Летова будет заканчиваться наш фильм.

Как получилось, что вы стали снимать фильм о фермерах?

Все задумывалось как чистый вестерн, отталкивался я от американского фильма 50-х годов «Ровно в полдень» и как-то случайно погрузился в тему глубоко. На протяжении двух лет ездил по разным фермерским хозяйствам с Сашей Родионовым — мы вместе пишем сценарии. Оказалось, что это одна из фундаментальных проблем, которые существуют в нашей провинции. У нас вообще нет сельского хозяйства, оно сознательно загублено. Гигантские налоги, препоны во всем, отсутствие рынка сбыта. То, что мы встречали в своих поездках, — это либо череда трагедий, либо истории чудаков, странных людей, которые пытаются заниматься фермерством. Мы не говорим о Черноземье. Но и там, в сущности, то же самое происходит, только по-другому. Никак поделить землю не могут, дикая, страшная вражда. В любой стране мира сельскому хозяйству предоставляется огромная помощь — субсидии, защита от больших корпораций, чтобы поддержать людей, дать им возможность работать. У нас же громадное количество народу уже разучилось работать, деревни вымирают, что с этим сейчас делать — никто не знает. Ни у кого нет никакой программы, только четкое понимание, что за всем этим — смерть огромных регионов. Новгородская область вся уже мертвая, Ленинградская, да и другие тоже.

Фильм о безысходности сельской жизни?

Нет, не об этом. Я рассказываю о людях. Нашего героя бизнесмена Сашу играет Александр Яценко, для него это необычная роль, он тут уже не пацан неопределившийся, которых он много переиграл, а взрослый, сложившийся человек. Еще появятся новые молодые актеры и мои постоянные артисты из Кемерова — Евгений Сытый и Сергей Наседкин. Фильм уже почти готов, покажем его сначала на фестивалях, без них у картины про фермера шансов пробиться к зрителям не так уж много.
 

«Евгений Онегин» — это же чернуха по отношению к эталонному портрету своего современника. Перечитайте Чехова, Толстого, Лескова, ничего утешительного не найдете. Никакого позитива, к которому так любят сегодня призывать    


 

Истории и бюджеты

Ваш друг и коллега Алексей Попогребский, с которым вы начинали с общего фильма «Коктебель», замахнулся теперь на дорогое кино, кажется, €7,5 млн у него бюджет. Вы бы хотели сделать такую же масштабную постановку?

Бюджет, я думаю, должен всегда быть соразмерен замыслу. И Лешу не бюджет волновал, там довольно-таки камерная психологическая история, но она требует больших денег, чтобы фильм вышел качественным. У меня другие истории, только и всего.

Пойти на митинг

Правда, что «Пока ночь не разлучит», где герои встречаются в дорогом ресторане и разговаривают о политике, вы делали чуть ли не вовсе без бюджета?

Он был крайне мал, и актеры согласились получить свой заработок, когда картина окупится и что-то сверх того заработает. Посмотрим, вдруг все получится. Мы фильм делали быстро, сняли его за десять дней, но потом я его долго монтировал: он весь из маленьких новелл, его непросто было сложить.

Вам не жаль, что вы закончили эту картину до того, как многие обеспеченные люди вышли на митинги? Вы могли бы их показать и с другой стороны.

Очень жалею, что так произошло, это был бы еще один повод для цепочки забавных эпизодов. В Москве вообще ужасно смешно все это происходило.

Таково ваше отношение к тем, кто вышел на улицы?

Ни в коем случае, я там увидел огромное количество замечательных горожан, была радость, что хороших людей так много. Я говорю о богатых тетеньках и дяденьках, для которых это был просто новый модный тренд. Как они черешневый лес сажают, так и пошли на Болотную площадь. Просто новый вид развлечений, одного порядка. А то, что огромное количество народу вышло одновременно на митинги, — это страшно важно, ходить нужно, потому что тогда количество перерастает в качество. Тогда возможны перемены. Никого государство так не боится, как этого огромного количества протестующих людей.

Одно время вы были во главе альтернативного Союза кинематографистов, потом руководителем был выбран Андрей Прошкин. Вы сегодня в курсе дел Киносоюза?

На собрания хожу редко, много работы, но знаю все, что там происходит. Делаются важные, хорошие вещи, по сути дела это профсоюз, он решает рабочие задачи.

Алексей Герман-младший выступил против Киносоюза, считает его конъюнктурным, чересчур лояльным к властям.

Это мнение я совершенно не разделяю, но он имеет на него право. Просто любая активная деятельность провоцирует упреки, вполне обычное дело. В любом случае надо разговаривать, а не враждовать.

Ретрограды

Киносоюз выступил с открытым письмом против запрета на прокат фильма Майи Милош «Клип», ответа не последовало. Сейчас режиссер приглашена в жюри фестиваля «Послание к человеку», но уверенности, что ее картина будет показана в Санкт-Петербурге, пока нет, Министерство культуры возражает. Как вы относитесь к этим новым коллизиям?

История с «Клипом» лишь мелкая частичка общего маразма, в котором мы живем, очевидное движение в ретроградную сторону. Первый признак упадка, когда Церковь начинает лезть в дела государства, а государство этому потакает. Недавно привозил в Новосибирск премьеру «Пока ночь не разлучит», мне там рассказали, как РПЦ выгнала из выставочного зала большую выставку графики Пикассо — с формулировкой, что туда могут прийти дети, а там изображены голые женщины. И Церковь-то винить особо нельзя, она всегда была консервативна, но если ей все позволено, значит, такова политика государства. В нашем законодательстве ясно сказано, что у нас нет цензуры на фильмы, есть возрастной ценз. Поставьте 18+ и пускай крутится любой фильм.

Дело Pussy Riot раскололо интеллигенцию на два лагеря. Как вы думаете, почему?

Я в принципе не понимаю, что такое в светском государстве «оскорбление чувств верующих». Почему верующие выделены в особую касту? Мы с Мариной Разбежкиной придумали, что надо бы организовать партию, которая бы защищала чувства неверующих. Сказал, что Дарвин плохой — садись в тюрьму, сказал, что Бог есть — под суд. Это ведь тоже логично. Возрастающая религиозность государства — признак упадка экономики и общего интеллекта нации.
44-02.jpg
Кадр из фильма «Долгая счастливая жизнь»

Фонд кино

Что происходит с нашим кинематографом? Все хорошо или плохо?

По-разному. Что касается проката, то я вижу, как все очень сильно начинает зависеть от людей. В том же самом Новосибирске в шестизальном кинотеатре «Победа» на малюсеньком фестивале полные залы на документальных фильмах. Василий Сигарев с фильмом «Жить» собрал зрителей за два дня намного больше, чем в Москве. Наш замечательный прокатчик Максим Кузьмин, который выпускает «Пока ночь не разлучит», очень личностно ко всему относится, и потому у него с показами практически все получается. И не могу слова плохого сказать, например, про Фонд кино, который начинает правильно и довольно толково поддерживать фильмы в прокате.

А как быть с тем, что Фонд кино полностью оплатил громадный по нашим меркам бюджет заказного фильма «Август восьмого», перекрыв тем самым дорогу к финансированию сразу нескольких проектов?

Но Фонд кино и создан был затем, чтобы финансировать такого рода проекты. Давайте честно говорить про эти вещи, там сидят не искусствоведы, а бизнесмены, которые плотно связаны с государством. Поэтому я ничего необычного в их решениях не вижу. Но то, что они предлагают помощь в прокате тому же Сигареву и многим другим — это существенно и очень хорошо.

Судьба человека

Что вам интересно в сегодняшнем мировом кинематографе? Ларса фон Триера, как я слышала, вы почему-то не любите.

Слушайте, он самый талантливый режиссер в мире, первооткрыватель много чего, я всегда смотрю его фильмы, но эстетически он мне противен. Как говорит Александр Миндадзе, «ручонки видны», не очень честные ручонки, они давят зрителю на все его болевые точки. Это система фильма «Белый Бим Черное ухо», когда берется инструментарий, который будет бить зрителя точно по башке и выжимать эмоции. Мне не нравятся манипуляторы.

А кто нравится?

Бакур Бакурадзе. Самое серьезное, что я видел за последние годы, это его «Охотник», очень сильное впечатление, я его забыть не могу.

В наше запутанное время, когда много людей несчастливых и неустроенных, что должно делать кино — утешать и развлекать или ставить перед зрителями серьезные философские вопросы?

Думаю, что кино никому ничего не должно. Тут нет правил. Я очень уважаю и люблю, условно говоря, «великих утешителей» — Фрэнка Капру, Эрнста Любича, но одновременно с ними был и Джон Форд, который всегда говорил правду, и он тоже был нужен зрителям. Возьмите русскую литературу. «Евгений Онегин» — это же чернуха по отношению к эталонному портрету своего современника. Перечитайте Чехова, Толстого, Лескова, ничего утешительного не найдете. Никакого позитива, к которому так любят сегодня призывать.

Что вы ждете от зрителей «Долгой счастливой жизни»?

Я рассказываю о судьбе очень интересного мне человека, для меня этого достаточно. Надеюсь, зрителям тоже.


Фильмы Бориса Хлебникова

  • «Коктебель», 2003
  • «Свободное плавание», 2006
  • «Сумасшедшая помощь», 2009
  • «Пока ночь не разлучит», 2012
  • «Долгая счастливая жизнь», 2012






×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.