Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

Явление неприсоединения

04.09.2012 | Пархам Рамин, иранский историк и диссидент | № 27 (254) от 03 сентября 2012 года


В Тегеране прошел саммит Движения неприсоединения. Большинство глав стран-членов организации приглашение хозяев проигнорировали. Не приехал даже Исмаил Ханийе, глава правительства палестинского движения «Хамас», спонсируемого Ираном. Иные приглашенные лидеры делегировали на саммит министров иностранных дел, а то и вовсе сотрудников дипмиссий. А приехавшие-таки в столицу Ирана президент Египта Мохаммед Мурси и генсек ООН Пан Ги Мун хозяев форума глубоко разочаровали.

Между тем иранское руководство возлагало на саммит огромные надежды. На его организацию и прием дорогих гостей было потрачено около $1 млрд! Поскольку Иран страдает из-за международных санкций и денег в казне нет, власти опустошили бюджет Тегерана, а также двух городов-спутников — Караджа и Альборза. Страна, где то и дело вспыхивают голодные бунты, закупила 200 бронированных «мерседесов», которые так и остались невостребованными.

Все эти затраты, финансовые и политические, должны были не только создать видимость международной поддержки иранской ядерной программы — цели были гораздо более амбициозными. На открытии саммита иранский верховный лидер аятолла Али Хаменеи представил собственное видение нового миропорядка, в котором парадом должен командовать исламский мир во главе с Ираном, а вовсе не христиано-иудейские страны, ведомые Америкой. Делая заявку на мировую гегемонию, Али Хаменеи ожидал поддержки от Мохаммеда Мурси и, как минимум, нейтральной реакции от Пан Ги Муна, тем более что оба политика подверглись резкой критике Запада за участие в саммите. Но все произошло по иному сценарию.
 

В Тегеране президент Египта заявил о необходимости скорейшей отставки Башара Асада и демонтажа сирийского режима — демарш, ставший неожиданностью даже для Запада, не говоря уже об ошарашенных иранских аятоллах    


 
Автор этих строк перелопатил гору литературы, чтобы найти прецеденты тому, что произошло на тегеранском саммите. Могу с уверенностью сказать: ни разу за 33 года существования исламской республики высшее руководство страны не получало таких звонких пощечин в своей же собственной столице.

Во-первых, Пан Ги Мун, вместо того чтобы помалкивать или в крайнем случае «высказывать озабоченность», выступил с резкой критикой речи Али Хаменеи. Он прямым текстом заявил, что сомнения Ирана в праве Израиля на существование неприемлемы; а во время встречи с руководством Ирана не только призвал отпустить всех политзаключенных, но и выразил надежду, что президентские выборы, которые состоятся в стране через год, позволят, наконец, иранцам выразить свою волю.

Ну а во-вторых, не оправдал возложенных на него надежд и Мохаммед Мурси, выходец из «Братьев-мусульман», которых Тегеран спонсировал в течение долгих лет правления Хосни Мубарака. В Тегеране Мурси заявил о необходимости скорейшей отставки Башара Асада и демонтажа сирийского режима — демарш, ставший неожиданностью даже для Запада, не говоря уже об ошарашенных иранских аятоллах.

Все это говорит не только о впустую потраченном миллиарде. И не только о том, что автократии разного толка — от Белоруссии до Ирана и Китая — настойчиво пытаются приспособить Движение неприсоединения к собственным политическим нуждам, не считаясь с реалиями.

Становится очевидным, что даже мусульманский мир и бывшие партнеры Тегерана испытывают все меньше сомнений относительно того, что день, когда иранский шиитский клир, управляющий страной, последует вслед за Бен Али, Мубараком, Каддафи и (будем надеяться) Асадом, — этот день совсем уже недалек.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.