Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

Анастасия Рыбаченко: «Я не собираюсь садиться»

24.07.2012 | Крылов Матвей

Анастасия Рыбаченко — Матвею Крылову

01-240.jpg
Фото: Евгений Фельдман/«Новая Газета»
11 июля в квартире родителей активиста движения «Солидарность», 21-летней Анастасии Рыбаченко прошел обыск в рамках уголовного дела о «массовых беспорядков и применения насилия в отношении сотрудников полиции» 6 мая на Болотной площади (о самом уголовном деле The New Times подробно писал в статье «Дело о Болотной» № 21 (249) от 18 июня 2012 года). Сама Настя в это время была уже за границей. Позже она выложила на своей странице в Facebook копии документов, в которых говорится, что она «являлась участницей массовых беспорядков на Болотной площади и совершала противоправные действия в отношении представителей власти», призывала к неповиновению властям, пыталась прорвать войсковую цепочку, с целью выхода за территорию, отведенную для проведения митинга /…/ Кроме того она скрылась после совершения преступления и продолжила заниматься преступной дейятельностью», — говорится в рапорте оперативников. То есть суда еще не было, обвинение еще даже не предъявлено — Рыбаченко проходит пока подозреваемой по делу, а «преступная деятельность» уже зафиксирована. Ознакомившись с документантами, Анастасия решила не торопиться домой. В СМИ появилась информация, что она попросила политического убежища в Германии. Потом — информация ровно обратная: Рыбаченко намерена вернуться в Россию. Что на самом деле — выяснял The New Times

Scan-240.jpg
Нажмите, чтобы увеличить
Настя, почему ты решила вернуться в Россию, ведь ты изначально хотела остаться и попросить политическое убежище?

Есть такая логика всего того, что сейчас в России происходит: если мы наступаем, власть вынуждена защищаться, если мы замираем — у неё есть возможность бить. Замирать нам нельзя и убегать с поля боя тоже. Но и с героическими лицами отправляться всем в тюрьму — тоже малополезно. Поэтому я решила повременить с убежищем, но и в Россию до сентября не возвращаться. Потом приеду. 15 сентября запланирован митинг протеста, то, как он пройдёт, очень важно. Если выйдет действительно много людей, власти будут вынуждены с нами считаться. Мы потребуем отпустить всех политзаключённых, закрыть все уголовные дела. Мы видели уже, что когда в Москве вышли 100 тыс. человек, власти пошли на уступки, если на митинги протеста выйдет ещё больше людей, никому не потребуется убежище, мы будем жить в свободной стране. И я думаю, была польза от того, что в итоге получилось в Германии: да, убежище я не попросила, но из-за огромной поддержки местных правозащитников и активистов, там теперь знают, какая ситуация в России, и что из нашей страны люди бегут из-за репрессий. О ситуации в России в Европе говорят не так много, их больше волнуют Сирия, Иран, но нам нельзя давать эту тему замалчивать.

Но если к осени в стране ничего не изменится, а ты вернешься, то тебя с большой вероятностью ждет арест.

Я не собираюсь садиться, это точно не моя цель. Тем людям, у кого есть обоснованные опасения, что под осень их захотят арестовать, чтобы лишить возможности участвовать в акциях — им бы, конечно, стоило быть аккуратнее, сменить место проживания, соблюдать некоторые правила конспирации и безопасности. Об этом много советов могут дать люди из арт-группы Война, на своём сайте они пишут, как это лучше всё сделать и вообще пособий в интернете хватает. Мы не должны быть лёгкой мишенью для властей.
03-490.jpg
6 мая на Болотной площади во время «Марша Миллионов»

Ты знала, что ты станешь подозреваемой по делу о беспорядках 6 мая?

У меня было 5 суток об этом подумать, и когда я вышла из изолятора после 6 мая, я уже точно знала, что мне придётся временно перейти на своего рода «подпольное» положение. Я предупредила об этом соратников, но те пытались меня убедить, что это необоснованно. Очень непросто было стоять на своём. Я действительно догадывалась, что начнутся аресты, ведь то, что произошло в России 6 мая, я уже видела в Беларуси в декабре 2010-го* * Анстасия Рыбаченко была задержана в Минске 19 декабря 2010 года, когда на улицы города вышли десятки тысяч человек и провела в изоляторе 10 суток — The New Times подробно писал об этих событиях.: власти устроили провокацию, чтобы под этим предлогом потом арестовывать людей. Наша сила в мирном сопротивлении, потому что людей, которые просто выходят на площадь с вполне справедливыми требованиями, бить и тем более сажать их — это дикость. Поэтому власти специально устроили такую ситуацию: в ужасную жару они создали давку на площади, лидеров при этом задержали, в итоге митингом никто не управлял — всё это привело к панике и превратилось в то, что все мы видели. Ясно, что это сделали власти только для того, чтобы получить карт-бланш на аресты.

Чем ты занимаешься помимо оппозиционной деятельности?

Ситуация у меня сложная, потому что много времени у меня уходит на оппозицию, учиться тоже надо успевать, а поскольку я ещё и живу отдельно от родителей, то и работать надо, чтоб снимать квартиру. Учусь я на политолога в Государственном Академическом Университете Гуманитарных Наук при Российской Академии Наук. Закончила 4-й курс, осталось доучиться 1 год. Но боюсь, что нынешняя ситуация может помешать получить диплом. Подрабатываю я вообще с 12 лет, так как всегда хотела независимости. В последние годы я подрабатываю freelance: то раскруткой сайтов, то журналистикой, разные интернет-проекты. Сейчас я не учусь, не работаю, пришлось всё временно бросить. Но меня поддерживают друзья, за что я им очень признательна.
04-490.jpg
Задержание Рыбаченко на Марше миллионов

Как так получилось, что во время обыска ты оказалась за границей?


У меня есть друзья, и что делать, какие акции проводить — мы решаем с ними вместе. У нас есть кошельки у всех на Яндексе, у меня он прямо в профиле Twitter написан, туда жертвуют деньги все, кто хотят помогать. А мы с ребятами вместе решаем потом, что делать. Хотели по регионам поездить, но из-за того, что пребывание в России стало для меня небезопасным, мы решили что-то сделать в Европе. И, собственно, поехали в Страсбург, на саммит ПАСЕ, требовали, чтобы единороссов на такие саммиты вообще не приглашали: что евро-депутатам обсуждать с жуликами и ворами? Нашли ребят, часть из них работают в Европе, часть учатся, часть переехали туда еще с родителями , вот с ними вместе эту акцию организовывали. Все эти люди очень впечатлились стотысячными митингами в России и они тоже с декабря организовывают акции в Европе в знак солидарности с россиянами. Потом я поехала по другим городам Европы, чтобы со всеми познакомиться, а потом был обыск.

Что ты думаешь о том, в чем тебя обвиняют?

Я уже много говорила журналистам о бредовости этих обвинений. У меня есть знакомый в Следственном комитете, он действительно сочувствует оппозиции. Говорит, что на следователей сейчас оказывают давление, хотя даже там большинство людей не поддерживают нынешнюю власть. Очевидно, что дела против арестованных ребят сфабрикованы, в нормальном суде это сразу было бы видно, потому и на суд давят, и доказать свою невиновность практически не возможно. И единственным выходом остаются митинги протеста.
02-490.jpg


Твой адвокат Дагир Хасавов, почему он?

Потому что он вытащил моего друга из тюрьмы в своё время. И, насколько я знаю, делал это абсолютно бескорыстно. Мне он тоже сказал: «О деньгах речь не идёт, потому что мы с вами лично знакомы и потому, что мой сын просил вас защитить». По-моему, этого достаточно, чтобы считать за честь, чтобы этот человек меня защищал.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.