Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

Искусство на завтра

21.06.2012 | Алексей Мокроусов | № 21 (249) от 18 июня 2012 года


52-01.jpg
В выставочном «лесу» можно заблудиться
Попытка номер 13. Сколько современного искусства и в каких формах требуется человеку? «Документа» в немецком Касселе, важнейшее событие мировой арт-жизни, в очередной раз пытается ответить на этот вопрос. Насколько успешно — разбирался The New Times

Сложного вида научные приборы с живыми комментаторами, павильон с заколоченными окнами, куда все-таки можно пройти, заброшенный дом, в котором ныне оборудованы рок-студии и где живут музыканты… На старом вокзале в центре Касселя показывают спектакли и видеоинсталляции, а в банкетном зале отеля вблизи городской ратуши крутят кино — один фильм, но зато сразу на двенадцати стоящих друг к другу под углом экранах.

«Документа» в немецком Касселе — странный жанр, не фестиваль и не биеннале. Она проходит раз в пять лет, хотя впервые ее провели в 1955-м (где-то произошел математический сбой). За эти годы «Документа» превратилась в важнейшее событие мировой арт-жизни, рядом с которым не поставишь даже Венецианскую биеннале. А ведь начиналось все скорее по экономическим, чем по эстетическим причинам.

Спасение искусством

После войны Кассель хирел на глазах. Зажатый в центре Германии, на границе между ФРГ и ГДР, он почти не развивался экономически, поскольку находился в тупиковой в буквальном смысле слова зоне: слишком далеко от центров Запада, слишком близко к Востоку, с которым отношения пока не развивались. Для города, бывшего долгое время столицей курфюршества, с богатейшими музейными коллекциями (здесь едва ли не лучший Рембрандт вне Голландии и России), судьба заброшенного форпоста могла оказаться трагической. Но как угасавшую в начале XX века Венецию спасла придуманная кем-то биеннале современного искусства, привлекшая на острова множество туристов, так и Кассель во многом выжил благодаря прекрасному.

Поначалу не обходилось без скандалов. То уборщица сотрет рисунок на полу — и автор, один из лидеров постмодернизма Йозеф Бойс подаст в суд за уничтожение произведения искусства и выиграет его (уборщицу не уволят). Тот же Бойс на протяжении двух «Документ» высаживал в городе семь тысяч дубов. Девизом акции было: «Городское озеленение вместо городского управления» (по-немецки это игра слов). В итоге проект оказался не только самым экологичным в истории искусства и самым масштабным среди проектов самого Бойса, но и самым дорогим среди акций: он обошелся автору в пересчете на нынешние деньги более чем в €2 млн. Средства зарабатывались самыми разными способами — от участия в рекламе до специальных аукционов, куда свои произведения передавали друзья и коллеги, такие как Энди Уорхол, Яннис Кунеллис и Сандро Киа.
52-02.jpg
Ирония — вечная сила искусства. Инсталляция «Сохранение призраков» венгра Иштвана Чакани

Финансы как аргумент

Сотня художников со всего света, философы и критики, 750 тыс. зрителей — статистические результаты 2007 года должны повториться и на этот раз. Даже если среди работ трудно сразу найти что-то, о чем легко скажешь: очень понравилось, масштабы кассельской «Документы» поражают.

Как и предшествующие «Документы», нынешняя готовилась пять лет. Это огромный срок по музейным меркам, как и огромен бюджет многолетнего проекта — более €24 млн. Впрочем, никакого бюджета все равно никогда не хватает. Так, в прошлый раз китайский художник-диссидент Ай Вэйвэй предложил привезти в Кассель на все время работы «Документы» 1001 китайца. Проект стоил более €3 млн. Организаторы подумали, что это слишком дорого да и опасно: вдруг кто из гостей решит остаться здесь навсегда? Тогда Ай Вэйвэй решил профинансировать идею из собственных средств. Он продал 1001 стул собственного дизайна, нашел спонсоров — и впечатляющий по масштабам проект, актуализировавший европейские страхи перед великим нашествием с Востока, был осуществлен. После его завершения китайцы все до одного вернулись домой.

Страхи оказались напрасны, поскольку бояться следовало не за статистов, а за самого художника: перед нынешней «Документой» Ай Вэйвэй стал у себя на родине невыездным. Это не помешало ему войти в сотню самых влиятельных людей мира по версии журнала Time и стать самым важным персонажем в сфере искусства (опрос журнала ArtReview).
52-03.jpg
Лийн Фулкес и его звуковая машина

Сто дней

На «Документе» может меняться все, кроме одного — ее длительности. Всякий раз она идет сто дней, и билет на все время работы выставки стоит €100, всего лишь впятеро дороже разового посещения.

Тому, кто проведет в Касселе хотя бы неделю, крупно повезет. Каждый день до 16 сентября, даже в самый скучный понедельник, здесь проходит никак не меньше дюжины событий. А порой их намечается до двух десятков: презентации книг, круглые столы, спектакли, дискуссии. Ведь смысл современного искусства — не столько сами произведения и получаемое от них эстетическое наслаждение (оно-то как раз редкость), сколько разговоры о творчестве и мирах, с которыми это творчество связано. Пониманием основных векторов развития искусства и силен Кассель.

Команда под руководством куратора, писательницы и критика Каролин Кристов-Бакарджиевой, американки с болгарскими корнями, постаралась. До последнего в секрете держался даже список участников, не говоря уже о названиях работ (многие из них создавались специально по заказу куратора). «Обнародовано» было лишь бронзовое дерево Джузеппе Пеноне с огромным камнем посреди веток, очевидно, отсылающее к живым деревьям Бойса. Его высадили еще до открытия арт-праздника. Одновременно куратор сажает по всему Касселю яблони — с тем чтобы впоследствии из них производили бы яблочный сок.

Акционизм вновь становится важной характеристикой современного искусства. В Касселе оно выглядит непривычно: видеоработ стало меньше, зато появилось много звукового искусства. Порой все наполнение зала сводится к паре стульев и аудиоколонкам. Звучащие из них голоса или мелодии и оказываются предлагаемым к восприятию произведением.

 

Нынешнее искусство наследует не только всю предшествующую арт-историю, оно помнит историю диктатур ХХ века, что не позволяет всерьез относиться к претензиям на гегемонию даже в мире идей    


 
52-04.jpg
Искусство принадлежит народу, но должно ли оно быть ему легко доступно? В саду Карлсауэ — много произведений искусства. Но в некоторые приходится буквально ломиться сквозь заколоченные окна — как в «Дом моральной выставки» Кьяры Фумаи

Без концепции

Установка на звездный характер события принципиально чужда «Документе». Нынешняя, например, выглядит «самой-самой» по количеству малоизвестных авторов и по числу новых выставочных площадей в городе (среди них и кинотеатры, и музей природоведения, и здание заброшенной клиники). Ее называют и самой феминистской «Документой» за все полвека с лишним. Так что в пику женщинам-режиссерам, возмутившимся маскулинной программой последнего Каннского кинофестиваля, художники-мужчины могут публично попечалиться из-за состава «Документы-2012».

Сложнее отвести обвинения в отсутствии общей концепции. Но Кристов-Бакарджиева заявила о такой своей позиции задолго до открытия. Нынешнее искусство наследует не только всю предшествующую арт-историю, оно помнит и историю диктатур ХХ века, что не позволяет всерьез относиться к претензиям на гегемонию даже в мире идей.

С другой стороны, набор тем, которыми занимается искусство и которыми живет человек, не так уж и велик. Магнетически действующая инсталляция Уильяма Кентриджа (этой зимой его ретроспектива проходила в московском «Гараже») посвящена, например, феномену времени. Об этом же и проект международной группы e-flux, одной из самых известных сегодня в мире. Ее участники (среди них есть и выходец из России) изучают проблему нематериальных отношений в сфере времени, прямого обмена личного времени одного человека на личное время другого. Выставка e-flux проходит сейчас в московской Stella Art Foundation, этот фонд (он отвечает сейчас, кстати, и за русский павильон в Венеции) представляет проекты группы и в Касселе, редкий случай взаимодействия важнейшей арт-институции мира с русскими партнерами.

Что наверняка войдет в историю, так это объемы политического на «Документе-2012». Некоторые произведения искусства напрямую обращаются к политике. Так, хорватская художница Саня Ивекович представила инсталляцию «Революционеры». Она состоит из фотографии с окруженным колючей проволокой ослом на площади, полной людей, и настоящим плюшевым зверинцем, где добродушные ослы разных размеров, мастей и видов олицетворяют погибших героев разного рода освободительных движений и интеллектуальной жизни. Их объединяет одно: они были убиты, как Роза Люксембург, или покончили жизнь самоубийством, как Пауль Целан. Есть здесь и герои подпольных движений, такие как итальянский анархист Джузеппе Пинелли (1928–1969), убитый полицией при аресте. Есть и певцы, как ставший жертвой чилийской хунты Виктор Хара.

Одновременно с Касселем решено провести три мини-«Документы» — в афганских Кабуле и Бамиане, египетских Александрии и Каире, а также в канадском Банфе — центре одноименного национального парка в провинции Альберта. Тем самым куратор лишний раз определяет основные тенденции времени. Экология и политика становятся главными персонажами эпохи.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.