Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Ex Libris

Ex libris Захара Прилепина

31.05.2012 | № 18 (246) от 28 мая 2012 года


«Я поверил, что «Тихий Дон» написал Шолохов». Писатель Захар Прилепин с пристрастием и удивлением читает книги своих современников

59-2.jpg

В русской литературе произошла парадоксальная вещь: в 90-е далеко не все писатели могли заработать себе на хлеб литературным трудом, и часть ушла в смежные профессии, в том числе в сферу политического пиара и вообще в политику. Теперь они возвращаются в литературу с этим опытом.

59-1.jpg1. Александр Терехов, насколько я понимаю, имел отношение к одной из префектур города Москвы. И вот он написал роман «Немцы», где все происходит на фоне событий, связанных со снятием Лужкова и вообще с внутренней жизнью московской мэрии. Меня этот рассказ совершенно зачаровал. Во-первых, там восхитительная фактура, ни одно журналистское разоблачение не дает ощущения того тягостного морока, бреда, который царит у нас в политической сфере. Во-вторых, роман гениально написан. Я, безусловно, мысленно ставлю Терехова в ряд волшебников русского языка и безупречных стилистов, в ряду Набокова, Газданова он занимает достойное место.

2. Юрий Козлов, который несколько лет работал в пресс-службе Совета Федерации, автор «Почтовой рыбы», написал еще роман «Всегда», пока не изданный, я его читаю в рукописи. Там описывается, как меняется человеческое сознание. Молодые люди, с восторгом и удивлением воспринявшие перестройку и либерально-буржуазную революцию в России, в зрелости пришли к парадоксальным выводам о настоящем и будущем России, о либерализме. И если Терехов — стилист, виртуоз русского языка, то Юрий Козлов — это мыслитель, человек, который систематизирует идеологическое пространство, раскладывает все аккуратно по полочкам.

3. В «Информации» Романа Сенчина действие происходит в нулевые годы, герой — молодой человек, который имеет сложносочиненные отношения с женщинами. По идее Роман Сенчин — писатель не совсем моего плана, для меня самое главное в литературе — это язык, а у него главное происходит не в сфере языка. Но только на первый взгляд кажется, что книга написана незамысловато. Сенчину удается достичь удивительного ощущения глубины, погружения в действительность. К тому же, как мы помним еще из Льва Николаевича Толстого, лучше всего описание быта и бытия дается через любовную трагедию. По сути, Сенчин занимается тем же самым — он написал гендерный роман, но там совершенно замечательные современные типажи: мужчины, женщины, молодые люди — со всеми вывихами их хаотизированного сознания.

4. Книга Джонатана Литтела «Благоволительницы» написана американцем французского происхождения с еврейской кровью. Роман от имени эсэсовца, который воюет на территории России. Такой совершенно безумный конгломерат. Авторское постижение той реальности, которая уже стала исторической, необъяснимо даже с точки зрения логики. Я понимаю, что он прочитал две или три тысячи книг на эту тему и тысячи документов, что он владеет русским языком, что он был в Чечне военным корреспондентом и видел, как воюют русские. Но даже все это не дает объяснения, каким образом можно написать такой роман, что появляется твердое ощущение, будто он где-то своровал рукопись настоящего эсэсовца. Я в конце концов получил для себя еще одно подтверждение, что «Тихий Дон» написал все-таки Шолохов, потому что вижу: люди, которые даже не имеют прямого отношения к событиям, могут делать такой четкий слепок с реальности, который порой даже очевидцам не дано воссоздать.

5. Издана избранная лирика Бориса Рыжего «В кварталах дальних и печальных». Рыжий — мой любимый поэт наряду с Есениным, Бродским и Юрием Кузнецовым. Я Рыжего люблю всем своим существом, он физически меня переворачивает, выжимает из меня всю душу. Удивительная музыкальность, замечательная глубина и, что для меня важно, как для человека известных убеждений, Рыжий вырос во время перестройки и, как ни странно, в отличие от большинства литераторов той поры ни в одном стихотворении ни разу не сводит счеты с советской властью, он занимается совершенно другими вещами. Каким-то образом он оказался выше всего, что происходило. Просто весь этот мир, это ощущение богооставленности он подал так точно, как никто. После Рыжего жить страшно, но жить хочется.






×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.