Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

У руля экономики

08.05.2012 | Докучаев Дмитрий | № 15 (243) от 23 апреля 2012 года


Путин-экономист.
Он начинал в 2000-м как президент надежд, от него ждали структурных реформ в экономике. В 2012-й он вступает президентом страны, воспринимаемой сырьевым придатком мира. Как Путин рулил экономикой — оценивают эксперты The New Times

22_01_490.jpg
Нажмите, чтобы увеличить

Михаил Касьянов,
сопредседатель ПАРНАСа,
в 2000–2004 годах — председатель правительства РФ:


Когда в январе 2000 года Владимир Путин сказал мне, что если он победит на выборах, то предложит мою кандидатуру на пост премьер-министра, я озвучил ему перечень тех реформ, которые считал в то время необходимыми для страны. Важнейшая среди них — налоговая, направленная на снижение фискального бремени для бизнеса. И была договоренность, что Путин эти реформы поддержит.

Надо сказать, что на протяжении трех с половиной из четырех лет нашей совместной работы он исполнял эту договоренность. Единственное исключение — реформа газового сектора, которая предполагала выделение из «Газпрома» конкурентных производств.

Я три раза пытался запустить эту реформу, последний раз — в августе 2003 года. Тогда первым вопросом на заседании правительства стояла реформа газового сектора. За пять минут до начала звонит Путин и просит снять этот вопрос с рассмотрения.

Именно тогда я заметил изменение в Путине как в политике. Путин 2000 года — президент надежд. Тогда выбор был бесспорен и многие надежды оправдались. Но 2003-й и последующие годы все перевернули.

Михаил Делягин,
директор Института проблем глобализации,
в 2002–2003 годах советник председателя правительства РФ:


Путин убежден, что государственная машина — это главный инструмент для достижения любых целей, идет ли речь о развитии страны или о личном обогащении. Не случайно в 2007 году он стал активно создавать госкорпорации всюду, где только можно.

В то же время в человеческом плане он ценит верность и доверяет тем, кто эту верность доказал. В экономической области он явно доверял министру финансов Кудрину и министру экономического развития Грефу, что, во-первых, позволяло двигать экономику в либеральном направлении (в силу убеждений обоих), во-вторых, создавало несколько центров влияния в правительстве, потому что некоторые вопросы могли обсуждаться с Кудриным и Грефом через голову премьеров (Касьянова, затем Фрадкова).

Впрочем, насколько я знаю, принимая важные экономические решения, он выслушивал всех: и премьера, и своего экономического советника Андрея Илларионова, и отраслевых экспертов (во всяком случае тех, кого он сам считал таковыми), кроме того, он много сам работал с документами по вопросу. Окончательные решения он принимал интуитивно, выбирая те, которые были ему выгодны — в том смысле, что работали на укрепление его власти.

Сергей Дубинин,
председатель Наблюдательного совета ВТБ, экс-глава Центробанка РФ,
в 2000-е — топ-менеджер «Газпрома» и РАО ЕЭС:


Накануне кризиса (2008–2009) у Путина возникло убеждение, что в экономике достаточно эффективно работает ручное управление: за счет него можно быстро принимать точечные решения. В момент обострения кризиса это ручное управление, возможно, даже сработало на пользу: можно было быстро гасить очаги этого кризиса за счет госвливаний. И несмотря на то что кризис был тяжелый, ситуацию удалось стабилизировать. Однако далее на повестку дня встал вопрос: после выхода из кризиса нужно ли продолжать заниматься ручным управлением экономикой или создать условия для ее рыночного саморазвития. Полагаю, что Путин понимает всю важность создания благоприятного инвестиционного климата в стране, но все же ответ на вышеназванный вопрос будет в первую очередь зависеть от тех политических задач, что ставит перед собой Путин, вступая в новый президентский срок.
22_02_490.jpg
Нажмите, чтобы увеличить

Олег Вьюгин,
председатель совета директоров МДМ-банка,
в 2004–2007 годах — председатель Федеральной службы по финансовым рынкам:


В начале 2000-х президентом Владимиром Путиным были провозглашены и реализованы затем на практике некоторые ключевые тезисы экономической политики, которые во многом предопределили развитие нашей страны в первом десятилетии XXI века. Страна вошла в новый век на траектории роста, причем немалыми темпами — 7% и более годовых в среднем по показателю валового внутреннего продукта. Материальное положение большинства жителей страны улучшилось, инвестиции существенно выросли, в стране сформировался средний класс.

Какие фундаментальные факторы экономической политики обеспечили стране этот успех?

plus_40.jpgРавная удаленность коммерческого бизнеса от власти. Практическим доказательством этого стало удаление из страны некоторых олигархов, пытавшихся приватизировать функции государства.

plus_40.jpgСоздание правового государства, действующего в интересах защиты законных прав граждан. Правда, настораживало то, что раздел экономической программы тех лет, подготовленной группой экспертов под руководством Германа Грефа, как раз посвященный становлению правового государства, был переведен в разряд сугубо конфиденциальных документов заказчиком программы — исполнительной властью.

plus_40.jpgПереход к политике строгой фискальной дисциплины: был провозглашен и реализован принцип бездефицитного бюджета, а нефтяная рента в основном исключена из процесса формирования текущих обязательств государства.

plus_40.jpgНалоговый маневр, который состоял в снижении бремени по ставкам наиболее уязвимых с точки зрения собираемости налогов. Налоги в основном стали платить, а не отдавать с боем.

plus_40.jpgБыли сделаны реальные шаги по выстраиванию конструктивных отношений с развитыми странами с целью получения экономических выгод от глобализации мировой экономики и свободного движения капиталов, в которых Россия нуждалась как никогда.

Однако потом вектор 2000-х стал незаметно меняться. В ряде случаев на противоположный.

minus.jpgВместо равной удаленности бизнеса от власти стал преобладать принцип лояльности. Бизнес, лояльный ко всему, что делает власть, мог расти и обогащаться. А признанному нелояльным такие права не гарантировались.

minus.jpgПравовая экономика осталась на бумаге. Возобладала тенденция подчинения судебной власти исполнительной и ее силовому крылу. Это породило рост коррупции, практику выборочного правоприменения, правовую незащищенность малых и средних компаний от рейдерства и поборов отдельных лиц, уполномоченных государством обеспечивать соблюдение законности.

minus.jpgНадежность бюджетной политики тоже осталась в прошлом. За несколько лет расходы федерального бюджета выросли до уровня, при котором способность государства выполнять финансовые обязательства теперь наполовину зависит от того, какой будет цена на нефть.

minus.jpgВместо сокращения государственного участия в экономике состоялась экспансия государства в конкурентные секторы экономики. Государство использовало сырьевую ренту для создания госкорпораций, увеличения доли в коммерческих компаниях и банках и субсидирования лояльного бизнеса.

minus.jpgВо внешней политике вектор на конструктивный диалог быстро развернулся. Вместо этого диалога произошел возврат мягкой конфронтации с развитым миром.

В итоге за 2008–2011 годы рост отечественной экономики — 0%, возобновился отток инвестиционного и интеллектуального капитала. Вряд ли стоит искать виноватых, но сегодня президент опять стоит перед выбором начала 2000-х.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.