Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Точка зрения

Урок осетинского

21.02.2012 | Гальперин Иосиф | № 06 (234) от 20 февраля 2012 года

Урок осетинского. В декабре 2011-го, когда не известная за пределами Цхинвала Алла Джиоева, победив во втором туре президентских выборов в Южной Осетии, стала добиваться признания своей победы, Москва могла еще кое-как попенять югоосетинскому обществу на «незрелость». Теперь, после того как Джиоеву избили, сваливать вину не на кого: кремлевский след в последних событиях в Цхинвале виден вполне отчетливо

Декабрь 2011-го устроил всех: противоборствующие стороны — представителей Эдуарда Кокойты и Аллы Джиоевой — наконец-то удалось посадить за стол переговоров**The New Times № 41 от 5 декабря 2011 г. и № 43 от 19 декабря 2011 г.. 10 декабря достигнут компромисс: Кокойты ушел в отставку, Джиоева отказалась от намеченной на декабрь инаугурации, согласившись пойти на новые выборы, назначенные на 25 марта. Но не прошло и двух недель, как она озвучила намерение отказаться от договоренностей — из-за несогласия с многочисленными назначениями, которые провел перед отставкой Кокойты, фактически сохранив свои позиции во власти. А в самом конце января 2012-го Джиоева объявила новую дату своей инаугурации — 10 февраля. Правда, соратники в этом ее не поддержали, посчитав, что она только спровоцирует кровопролитие…

Но Алла Джиоева уже устала ждать и верить. Неделями раньше съездила в Москву, клялась в верности Путину, пыталась пробиться к Медведеву, ее разводили политтехнологи из некоего фонда «Развитие», в свое время основанного бывшими российскими вице-премьерами Сосковцом и Скоковым. В ответ, за два дня до намеченной инаугурации, парламент Южной Осетии, контролируемый Кокойты, принял закон, по которому в новых выборах не могут участвовать кандидаты с непогашенной судимостью. Фактически то был «точечный» антиджиоевский закон — из всех претендентов только она имела раньше дело с кокойтовской Фемидой: в 2010-м была осуждена на два года и два месяца условно за мошенничество и злоупотребления должностными полномочиями. Джиоева тогда была министром образования, ей инкриминировали покупку в Пятигорске учебников со скидкой 5% и реализацию их в Южной Осетии без скидки. Сама экс-министр, разумеется, настаивала, что ее дело политическое — месть за критику президента.

9 февраля штаб Джиоевой окружили 200 бойцов (для справки: примерно на 25 тыс. нынешнего постоянного населения республики приходится 300 бойцов «госохраны»), затем сломали двери и ворвались в помещение. Джиоева в их крепких руках потеряла сознание, помнит только, что ее тащили волоком и, как мешок картошки, бросили в машину и отвезли в республиканскую больницу (главврач Маирбек Кокоев — брат кокойтовского прокурора, отставки которого требовала оппозиция). Сначала там говорили об инсульте, потом — о гипертоническом кризе, но всякий раз подчеркивали, что больная насилию не подвергалась, пока наконец не признали: да, на теле есть ссадины и кровоподтеки. Сейчас Аллу Алексеевну перевели из реанимации в обычную палату, об инаугурации она уже не говорит, собирается просить убежища за границей. Но не в России, чьей гражданкой является и в чьих властях разочаровалась.

Невольная борьба

Алла Джиоева стала лидером оппозиции и народным вождем случайно. В сентябре прошлого года была доверенным лицом кандидата в президенты Дзамболата Тедеева. Его до выборов не допустили. Когда-то Кокойты, учитель физкультуры, начинал карьеру бизнесмена и рэкетира в команде Тедеева, прославленного борца, главного тренера сборной России по вольной борьбе. Потом они рассорились, и уже во время правления Кокойты погиб брат Тедеева. Так что у бывшего президента были основания опасаться прихода ему на смену по-настоящему сильной руки. В итоге Джиоева подала заявку и была зарегистрирована в качестве кандидата. Для победы над ставленником Кокойты Анатолием Бибиловым ей хватило поддержки Тедеева и авторитета заслуженной учительницы. Она, политически абсолютно наивная, сумела стать лицом той части общества, что требовала правды, справедливости и перемен. Выборы же в Южной Осетии, как ни странно, оказались настоящими. Наверное, потому что на каждом выдаваемом бюллетене расписывались представители всех кандидатов, да еще и в паспорте отметку ставили.

46-1.jpg

Но Тедеева все-таки «достали». В пятницу, 10 февраля, главный тренер российских борцов, готовящихся к лондонской Олимпиаде, дал интервью, в котором выразил недовольство тем, что женщине в Южной Осетии могут и ребра поломать. Через несколько часов, уже ночью, агентства распространили сообщение президента Федерации спортивной борьбы Михаила Мамиашвили об отставке Дзамболата Тедеева. Потом последовало весьма путаное разъяснение: ушел в отпуск по состоянию здоровья, чувствует себя связанным с родиной, где сейчас происходят важные события…

И тут же российские следователи предъявили ему прослушки прошлогодних разговоров с Цхинвалом, где он советует врываться в правительственные кабинеты. Теперь Тедееву грозит обвинение в попытке насильственного захвата власти. Допросы идут в Москве, так что от событий в Цхинвале Кремль никак не открестится.

Кремлевские фобии

Как будут развиваться события? Скорее всего, на предстоящих в конце марта выборах в отсутствие хотя бы мало-мальски популярной кандидатуры победителя не будет. Большинство избирателей, голосовавших за Джиоеву и стоявших за нее на площади, просто не придут. Тогда, по Конституции, следующие выборы будут назначены не раньше чем через два года. И все это время республикой будет руководить и.о. президента Вадим Бровцев, премьер с сомнительным прошлым, присланный из России.

Возможно, председатель югоосетинского парламента Зураб Кокоев сейчас не зря сидит в Москве. Скорее всего, как считают представители оппозиции, прорабатывается идея перехода к парламентской республике, ведь недаром Эдуард Кокойты сместил нынешнего спикера парламента с поста руководителя правящей партии, тем самым обеспечил себе контроль над парламентом, в том числе на будущее — уход на покой после всех его репрессий для него опасен. 

Можно предположить, что Кремль вообще-то не заинтересован в сохранении Кокойты: это, мол, бывшие и нынешние работники администрации президента РФ — Модест Колеров и Владислав Гасумянов стараются прикрыть последствия своего ручного управления «независимой» республикой. В результате которого, к примеру, из 41 млрд рублей, отпущенных Россией после 08.08.08, следов 26 млрд Счетная палата РФ найти не смогла.

Но размах и бесцеремонность творимого указывают на самый верх. Очевидно, Кокойты представляет опасность для Кремля: случись что, он вполне может поведать миру, как готовились две войны (2004 и 2008 годов), рассказать, что главная цель была — не допустить вхождения Грузии в НАТО. И поэтому Москва идет на его условия.

Впрочем, раз Кокойты опасен для Кремля, значит, и Кремль опасен для Кокойты. Недаром он не согласился переехать в Россию. Ведь именно здесь живет его главный враг — Дзамболат Тедеев, который заблаговременно отделен от российского истеблишмента и у которого теперь развязаны руки.

Такая версия не только имеет право на существование, но и может оказаться самой правдоподобной. В конце концов, российская власть, вмешавшись в события в Южной Осетии, показала, что она плюет на саму идею государства, легитимность отношений в нем и готова разрушить любой государственный механизм, если того требуют ее интересы и бессмысленные фобии. И в этом — главный урок событий в Цхинвале для российских граждан, живущих по любую сторону Кавказского хребта.






×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.