Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Родное

Башкирские несистемщики

31.01.2012 | Гальперин Иосиф | № 03 (231) от 30 января 2012 года

28_490_01.jpg
Лозунги уфимских митингов мало чем отличались от московских

Башкирская стройка. В Уфе стремительно строят гражданское общество. Местные организации «Единой России» и оппозиции активизировались после декабрьских событий, когда в обычно лояльной властям республике на демонстрации стала сотнями выходить молодежь. Как несистемная оппозиция меняет все общество — наблюдал The New Times

Уфимские уличные протесты в декабре организовала группа «Не верим!», образовавшаяся в социальной сети «ВКонтакте». Напрочь несистемная компания — ни «яблочники», ни левые, ни правые. Поэтому с членами группы, выступившей против фальсификации выборов, поспешили встретиться и президент Башкирии Рустэм Хамитов, и руководство местных организаций единороссов и коммунистов. Сейчас в «Не верим!» числится около 6 тыс. человек, пятеро из них хотят попробовать стать депутатами муниципальных образований.

Лед тронулся

Дмитрий Мозжухин и четверо его соратников по движению «Не верим!» всерьез решили избираться этой весной в уфимский горсовет. Почему нет? Ведь свой электорат, и немаленький, у них уже точно есть. Люди просыпаются от спячки. Как заметил в частном разговоре бывший уфимец, приехавший в столицу Башкирии после трехлетнего отсутствия, настроения обычных людей заметно изменились: «Раньше все говорили о недостатках, но заканчивали дежурной фразой: «Вот Вован приедет и разберется». В этот раз никто не жалуется, а сразу начинают поливать нехорошими словами «этих медвепутов».

Когда ребята еще только обсуждали в Сети декабрьский митинг, их было человек 15. На площадь вышло почти 80 человек. Омоновцев, впрочем, было все равно больше. «Нас не разгоняли, хотя акцию мы не согласовывали», — рассказывает первый координатор группы «Не верим!» студент-юрист Артур Акайкин. О фальсификациях в «Не верим!» начали подозревать потому, что из опрошенных ими 400 человек только 20 сказали, что голосовали за ЕР. Но потом у группы появились и доказательства: им приносили протоколы, видео от наблюдателей. Активистов стали вызывать на беседы работники центра «Э»: куда, мол, вы лезете. «Но после 24 декабря отвязались: мы тогда устроили шествие на пару километров, человек 400, а на площади перед драмтеатром нас еще столько же ожидало. И был митинг, который устроили вместе с левыми и «зелеными», — вспоминает Акайкин. Именно после этого гражданскую оппозицию начали воспринимать всерьез.
 

Даже политтехнологи, работавшие на единороссов, в частных беседах допускают, что в пользу их партии было вброшено около 10% бюллетеней    


 

28_490_02.jpg
«Уралсиб» навис над городом, как напоминание об империи Урала Рахимова, сына бывшего президента

Цифры и аргументы

«Единая Россия» в республике получила более 70% голосов на думских выборах — один из наивысших показателей в стране. Секретарь рескома КПРФ Мадриль Гафуров говорит, что это неудивительно — дескать, только у его партии при подсчетах украли около 30%. Нынешний руководитель башкирского избирательного штаба Путина Альберт Мифтахов, напротив, утверждает, что итоговые цифры совпали с предсказаниями социологов, и объясняет высокий процент мобильной кампанией Рустэма Хамитова, побывавшего во всех уголках республики и лично встретившегося со всеми руководителями сельских муниципальных образований. Хамитов, заменивший полтора года назад на посту республиканского президента Муртазу Рахимова, поставил на карту личную репутацию и старался доказать, что даже без жесткого административного давления можно добиваться результата.

Но в чистоту работы избирательных комиссий, освобожденных, казалось бы, от гнета прямого руководства, поверили немногие. Даже политтехнологи, работавшие на единороссов, в частных беседах допускают, что в пользу их партии было вброшено около 10% бюллетеней. Есть еще один очень простой аргумент: по данным ЦИК, жителей в республике около 4,1 млн человек, а избирателей — почти 3,2 млн. Это довольно верные цифры, они взяты из переписи-2010, но там они описывают соотношение между всем населением и нетрудоспособной его частью, от младенцев до 16-летних. Значит, приписали к электорату тех, кому от 16 до 18? Сколько же сотен тысяч мертвых душ в бюллетенях? «Ну что ты, не больше полумиллиона!» — успокаивает собеседник.
28_490_03.jpg
В Башкортостане неукоснительно соблюдается закон о двух языках

«Политтаджики»

Башкирия отличается от остальных регионов: там новое время началось не декабрьскими митингами, а назначением на высший пост Рустэма Хамитова, которого здесь помнят как одного из лидеров республиканских экологических протестов перестроечных времен. У него в политической команде сейчас бывшие оппозиционеры, многие из тех, кто годами мыкался без твердой зарплаты и подвергался нешуточным репрессиям. Они пошли за Хамитовым, потому что он первым делом заговорил о построении гражданского общества. Только разные активисты по-разному это понимают.

«Ребята при Рахимове уезжали в Москву, и я тоже, — рассказывает Шамиль Валеев, бывший опальный политолог, а ныне главный редактор «Башинформа», государственного агентства. — Теперь захотели вернуться на белом коне, такой комплекс «политтаджиков»: мы вас обслужим по полной программе! А быстро ничего не делается. Сними административный контроль — главы райадминистраций сразу распилят недопиленное, на улицах начнется вакханалия, устроенная городскими сумасшедшими и рабами, уставшими от 20-летнего ига Рахимова. Поэтому, думаю, Хамитов после прихода поменял не больше половины начальников».

Шамиль, бывший политолог, ставший пропагандистом, наверняка понимает, что его энергичный шеф оказался заложником путинской системы назначения региональных начальников. Теперь он обязан показывать выборные результаты не хуже, чем были при Рахимове, а рахимовские методы применять не хочется. Тут еще из Москвы дают понять, что за снижение показателей можно и пострадать. А Хамитов заявляет, что с готовностью принимает выборность регионального начальства. Но кто ж его до выборов допустит, если он снизит плановые показатели? И кто наполнит его избирательный фонд, если он будет прижимать местных коррупционеров, готовых на выборах вернуть прежнюю уютную им команду? То есть, с одной стороны, он должен воевать с прежней системой ради завоевания доверия у будущих избирателей, а с другой — не слишком дистанцироваться от партии «жуликов и воров».

Коммунистам гораздо проще, чем Хамитову, — у них позиция однозначная, недаром за них готова голосовать даже молодежь, пусть и не разделяющая коммунистическую идеологию. Как уверяет Мадриль Гафуров, приезд Зюганова в Уфу и его многочасовое общение с битком набитым залом привели к тому, что в реальности на думских выборах КПРФ в Башкирии получила почти 50% голосов. Функционеры «Единой России» эту цифру категорически не признают, но утверждают, что в пользу коммунистов на некоторых участках даже были вбросы — так подействовала активность Александра Ющенко, бывшего многолетнего пресс-секретаря Зюганова, получившего в итоге от избирателей Башкирии думский мандат. В некотором роде — тоже свидетельство успеха.

И Валеев, и бывший почти 20 лет оппозиционером Альберт Мифтахов, который теперь возглавляет в республике предвыборный штаб Путина, и бизнесмен Арсен Нуриджанов, раньше руководивший отделением «Союза правых сил», а теперь под крылом «Единой России» собравший Ассоциацию домовых комитетов, в которой 10 тыс. членов, уверены, что системные, «государственные» люди должны участвовать во власти, если имеют такую возможность. А с кризисом доверия к власти они намерены бороться простыми делами: строительством детсадов, контролем над ЖКХ и т.д.
 

Хамитов оказался заложником путинской системы назначения региональных начальников. Теперь он обязан показывать выборные результаты не хуже, чем были при Рахимове, а рахимовские методы применять не хочется    


 

«Вова, ты уволен!»

Координатором движения «Не верим!» недавно стал Дмитрий Мозжухин. У молодого менеджера по продажам компании нефтесервиса новая «Октавия», беременная жена и серьезные намерения стать депутатом горсовета. «Я понял, что хочу быть счастливым, а это возможно, только если совесть чиста, — говорит он. — Моя совесть требует активности, гражданского просвещения. Сейчас у студентов сессия, активность снизилась, 250–300 просмотров в день на нашей страничке, не знаю даже, поднимем ли мы народ на ближайший митинг. Зато уверен в тех 150 наблюдателях, которых мы готовим по программе «фильтр».

Сотрудничать Мозжухин готов со всеми разумными силами, даже с КПРФ, потому что Зюганов обещал в случае избрания назначить новые выборы. И с активными ребятами из «Левого фронта», которых местные власти, как и московские, побаиваются — несколько дней назад двоих активистов задержали с листовками, призывающими выйти на демонстрацию 4 февраля (санкционированную, кстати сказать), но отпустили, изъяв листовки для «проверки на экстремизм».

«Наша задача — консолидация всех тех, кто против «вертикали власти», которую построил Путин, — говорит Дмитрий. — А то на местах, в каждом районе или городе свой «царек». Хамитов пытается добиться от них инициативы, но не дождется. А я хочу продвигать инициативы снизу, составить по ним программы и отвечать по каждому пункту перед своими избирателями. Правда, не уверен, что попаду в окончательный выборный список — найдут к чему придраться».

Вот такие ребята: симбиоз из хиппи и яппи на новом этапе. Миролюбивые, но упрямые. Они не верят, что с коррупцией можно бороться пересадкой чиновников. Убеждены, что свободы много не бывает, и собираются ее уравновесить ответственностью. Своей собственной. Поэтому распространили в YouTube ролик «Вова, ты уволен!» с призывом пройти 4 февраля шествием по Уфе от Дворца молодежи до горсовета. Что тоже символично.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.