Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Деньги

#Суд и тюрьма

«Не считаю большой бедой, если земля Рублево-Успенского шоссе будет обложена серьезным налогом»

04.02.2008 | Блант Максим | № 05 от 04 февраля 2008 года

Евгений Ясин — The New Times

Российские власти готовят не то чтобы реформу, но существенные изменения в налоговой и пенсионной сферах. С вопросами о том, чего можно ждать от готовящихся нововведений, The New Times обратился к научному руководителю Высшей школы экономики Евгению Ясину

На прошлой неделе состоялась прессконференция заместителя министра финансов Сергея Шаталова, посвященная налоговым инициативам, с которыми Минфин выйдет на заседание правительства 14 февраля. Главный вывод, который можно сделать из выступления Шаталова, — налоговое бремя в обозримом будущем снижаться не будет, что связано с многочисленными социальными обязательствами государства. Кроме того, замминистра затронул и вопросы, непосредственно касающиеся всех — даже людей, далеких от бизнеса. В частности, говоря о пенсионной системе, Шаталов заявил: «Риски пенсионной системы с точки зрения финансовой обеспеченности становятся достаточно высокими, коэффициент замещения заработка падает, и нужно что-то делать». Что делать, должно решить Минздравсоцразвития, которое готовит концепцию реформы систем пенсионного и медицинского страхования. Минфин же, по словам Шаталова, готов к «серьезному реформированию единого социального налога (ЕСН) — вплоть до отказа от него при переходе на страховые принципы».

Не менее важная проблема — подготовка к замене налога на имущество налогом на недвижимость, который будет привязан к рыночной стоимости облагаемых жилья и земель. По словам Шаталова, основная нагрузка при этом ляжет на владельцев элитной недвижимостью, однако нынешние цены делают элитным практически любое жилье. По крайней мере — в столицах.

Как вы относитесь к идее Шаталова, который сказал, что ЕСН может кардинально измениться, вплоть до его отмены и трансформации в страховые отчисления?

В 2001 году, когда вводили ЕСН, допустили ряд ошибок. До этого у нас была система страховых взносов. И никто не мешал ее совершенствовать. Тогда мы нарушили основы страхового принципа. В этом, конечно, ничего страшного не было бы в иных обстоятельствах. Но когда страна привыкла, что все непредвиденные расходы возмещает государство, отказываться от страхового принципа было нельзя. А сейчас все понимают, что налоги оказываются слишком большими, раздаются призывы: «Давайте снизим ЕСН!» И это при том, что налоги следует направлять на неотложные нужды, которые должен финансировать бюджет, а они не финансируются. Я имею в виду бюджетную сферу, где надо повышать заработную плату, я говорю о здравоохранении, образовании и т.д. Конечно, нельзя при нашей экономической и социальной системах дальше сокращать, снижать налоговую нагрузку. В этих условиях мы должны сделать так, чтобы система была более гибкой, чтобы она основывалась по многим направлениям на страховом принципе. Это касается пенсий, медицинского обслуживания, социальных услуг населению. Должен предусматриваться вклад не только со стороны государства, но и со стороны компаний, и со стороны населения — тех, кто пользуется этими благами. Население должно становиться более грамотным, более активным.

У нас сейчас пенсия состоит из трех частей — базовой, страховой и накопительной. Переход на страховой принцип формирования пенсий будет означать отказ от базовой пенсии?

Я считаю, что отказываться не нужно. Нужно понимать, что когда мы говорим о трех частях пенсий, то имеем в виду, что источником всех этих платежей является работодатель, в том числе государство, когда оно нанимает работников. Исключение составляет социальная пенсия, которая является частью базовой, — это та часть, которую российский гражданин получает независимо от того, имеется ли у него трудовой стаж или нет, работал он на работе, где за него платили налог, или не работал. Базовая пенсия — это сейчас в некотором смысле расширение социальной пенсии. Она рассчитана на то, чтобы обеспечить бедных. Но проблема сегодня заключается не в том, чтобы обеспечить бедных, бедные тоже должны немножко о себе заботиться. Нам важны и средние слои населения. По отношению к ним нужна другая политика, она должна быть нацелена на то, чтобы создавать стимул к более активному труду, накоплению. Моя позиция заключается в том, что базовая пенсия, которую мы все время увеличивали, должна перестать увеличиваться. А страховую — ту часть, которая является более подвижной, — надо увеличивать и бросать все увеличения именно туда. Это не значит, что пенсия в целом будет уменьшаться. Сама структура будет другая, будет больше дифференциация между минимальной и максимальной пенсиями.

Что касается накопительной части, то эта проблема связана и с пенсионным обеспечением, и с медицинским страхованием. Мы начинали в 2004 году пенсионную реформу при высоком ЕСН. Мы все распланировали, а потом внезапно налог снизили. И получилось, что увеличивать накопительную часть не с чего. Дело в том, что переход к накопительной системе предполагает, что кто-то должен страдать: или надо отнимать часть пенсий у ныне живущих пенсионеров и перекладывать на счета будущих пенсионеров, или повышать пенсии ныне живущим, лишая будущих пенсионеров накопительной части. Они должны будут довольствоваться распределительным принципом. Эту проблему надо каким-то образом решать. Не так давно Егор Гайдар предложил использовать для перехода к накопительной системе доходы от инвестирования Фонда национального благосостояния, который следует еще пополнить доходами от приватизации государственных пакетов таких корпораций, как «Газпром», «Роснефть», Сбербанк. Если всего этого не делать, придется нелегко. Драматическая ситуация складывается и с обязательным медицинским страхованием, на которое выделяются жалкие крохи, поскольку отчисления из ЕСН — это мизерные суммы для такой страны, как наша.

Реформа налога на недвижимость коснется каждого. Планируется, что с 2011 года он будет взиматься с рыночной стоимости. Насколько это реально?

Это реально. Но придется создать институт оценки. Если речь идет о 2011 годе, то время на подготовку есть. Нынешний налог на имущество — довольно странное изобретение, поскольку приобретаемое оборудование облагается довольно серьезно, что тормозит модернизацию производства. А недвижимость — жилье, земля — облагалась по мизерным ставкам. Я не считаю большой бедой, если все земли вдоль Рублево-Успенского шоссе будут облагаться серьезным налогом.

Но даже на Рублево-Успенском шоссе люди живут разные — там не все нувориши.

Они должны сами как-то решать свои проблемы. Мы можем, конечно, решить, что, скажем, ветераны сцены, которые живут на Николиной Горе, платить не будут. Но зато новые ветераны, если они будут знать размер налога, подумают, строиться им на Николиной Горе или все-таки под Балашихой. У нас сейчас такой переходный период, когда в центре Москвы, в дорогих сталинских домах, живут пенсионеры. Но во всем мире порядок таков, что в более дорогих и удобных районах живут те, у кого выше легальные доходы, и те, кто может больше платить. Те же, кто не может платить, должны подыскивать жилье сообразно доходам. Вы не найдете в престижном районе Лондона бедного одинокого пенсионера, живущего на социальную государственную пенсию.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.