Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

#Суд и тюрьма

Постбушевский синдром

11.02.2008 | Лукьянов Федор, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике" | № 06 от 11 февраля 2008 года

Кошмар российских политиков начинает обретать явственные очертания. По итогам «супервторника» сенатор Джон Маккейн, по сути, гарантировал себе республиканскую президентскую номинацию. При этом в финальных парах с Клинтоном или Обамой несгибаемый ветеран имеет неплохие шансы. Уж слишком много раздражающих черт у обоих демократических претендентов, а сенатор от Аризоны способен выступить своего рода объединителем.

Пора готовиться к новой холодной войне?

Маккейну, конечно, не откажешь в принципиальности — Россию он критикует давно, жестко и последовательно. Другие кандидаты нашу родину, впрочем, тоже не особо жаловали. Если и проявляли к ней интерес (весьма малый), то негативный.

Но страхи едва ли оправданы.

Американская внешняя политика исторически определялась чередованием двух подходов: интервенционизма, то есть активного вмешательства в мировые дела, и изоляционизма. Всемирное «продвижение демократии» эпохи Буша должно бы смениться более сдержанным курсом. Тем более что по аналогии с поствьетнамским синдромом многие предрекают стране постиракский.

Однако, судя по нынешней кампании, США отнюдь не планируют умерять внешнеполитические амбиции. Выборы-2008 вообще необычны: в центре внимания — международные дела. И дело не только в том, что Америка воюет на Ближнем Востоке. Вопрос шире — как обеспечить мировое лидерство Соединенных Штатов, существенно подорванное в последние годы? Ведь в условиях глобальных рынков от способности укрепить лидерство во многом зависит и экономическое преуспеяние граждан. А именно это всегда волнует американского (как и любого другого) избирателя.

Рецепты различны. Но активность во всех уголках мира сама собой разумеется, как и то, что Вашингтон не может позволить себе самоизоляцию. Отчасти такой подход — следствие 11 сентября 2001 года: в тот день американцы усвоили, что опасность может исходить из самых отдаленных уголков планеты. Отчасти же он связан с признанием того, что мир XXI века качественно отличается от прежних столетий глубочайшей взаимозависимостью всех международных субъектов.

Наследие Буша, которое придется преодолевать любому из его преемников, — это не только Ирак и репутация Америки, испорченная даже в глазах ее близких союзников. При всей важности это — частности. Главное, от чего нужно избавляться, — ложная постановка цели.

Международный терроризм, борьба с которым стала содержанием внешней политики США, — не самостоятельный феномен, а следствие комплекса явлений, распутывать которые нужно долго и тщательно. Множество разноплановых процессов разворачиваются одновременно, а их взаимодействие зачастую дает совсем неожиданный результат. Поэтому реалистический подход, основанный на трезвом анализе событий и готовности к переменам, сегодня более эффективен, чем мессианизм и идеологическая зашоренность. Иными словами, то, чем отличалась администрация Джорджа Буша, особенно во время его первого срока.

Ремонт американской внешней политики потребует именно реализма, четкого определения приоритетов, границ возможного и разумного. И это относится к любому кандидату. Скорее всего, невзирая на нынешнюю риторику, следующий президент будет осторожен в своих действиях. И задача, например, разоружения Ирана или поддержания баланса в Азии (в чем Россия может помочь, а может помешать), перевесит желание вернуть Москву на демократический путь развития. Нам же здесь останется рассуждать — хорошо это или плохо.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.