Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Родное

#Суд и тюрьма

Дело журналиста Натальи Морарь

18.02.2008 | Барабанов Илья , Васюнин Илья | № 07 от 18 февраля 2008 года

The New Times против ФСБ

Адвокат Юрий Костанов, представляющий интересы журнала The New Times и его специального корреспондента Натальи Морарь, подал заявление в Мещанский суд, в котором он требует признать незаконными «действия и решения ФСБ РФ по воспрепятствованию в возвращении в Российскую Федерацию для продолжения трудовой деятельности» журналиста Морарь. Предварительные слушания назначены на 17 марта

Бюрократия в репертуаре

С момента высылки Натальи Морарь прошло два месяца. Все это время редакция вела собственное расследование, кто же все-таки де-факто выдворил из страны журналиста (см. The New Times № 46 за 2007 г., № 1–2 и № 3 за 2008 г.). Выбор невелик: к системе «Граница» (туда вносят лиц, «нежелательных» на территории России) имеют доступ несколько ведомств. Это — ФСБ, МИД и Федеральная миграционная служба.

Оперативный ответ редакция получила от Федеральной миграционной службы (ФМС). Константин Ромодановский заявил: подконтрольное ему ведомство к Морарь претензий не имеет и в «спецоперации» по высылке журналистки участия не принимало.

Министерство иностранных дел отвечать на вопросы о журналисте Морарь отказалось, ссылаясь на закон «О порядке въезда и выезда в РФ». В официальном документе, который вручил нашей коллеге российский консул в Кишиневе, сказано: «В соответствии со сложившейся мировой практикой власти различных стран не комментируют подробно причины, по которым национальные компетентные органы отказывают во въезде иностранному гражданину». (The New Times приводил фотокопию документа в № 3 за 2008 г.) Пресс-служба МИДа прислала ответ на запрос The New Times только в начале февраля: он дословно повторял «консульскую» версию. И тоже сослалась на пункт 1 статьи 27 закона «О порядке въезда и выезда», согласно которому Морарь угрожает обороноспособности и безопасности страны. При этом в устных беседах представители пресс-службы внешнеполитического ведомства от своей причастности к делу Морарь открещиваются.

О причинах «недопущения» Морарь в Россию редакция и адвокат Костанов четырежды, в письменной форме, интересовались и у ФСБ России, поскольку на границе и самой Наталье Морарь, и представителям редакции было заявлено: «Это указание Центрального аппарата ФСБ» и рекомендовано обращаться за справками непосредственно на Лубянку.

Футбол под сенью меча и щита

ФСБ, заметим, заняла позицию, отличающуюся от позиции дипломатов из МИДа. Объясняться здесь тоже отказываются, используя на то формальные поводы. В просторечии — ФСБ решила сыграть в «стеночку».

Итак, на запрос редакции Центр общественных связей ФСБ сообщил, что «в соответствии со ст. 6 от 03.04.1995 № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности Российской Федерации» разъяснения и информацию от органов Федеральной службы безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе получать государственные органы, предприятия, учреждения и организации независимо от форм собственности...» Ну и коли редакция является той самой организацией, официально зарегистрированной на территории РФ, ответ: «В связи с тем, что ограничения на въезд на территорию РФ касались гражданки Морарь Н.Г., разъяснения и информация могут быть даны только непосредственно ей, что и было сделано в пункте пропуска через границу» (см. фотокопию в The New Times № 3 за 2008 г.). Последнее утверждение — ложь, чему были свидетелями пять журналистов и адвокат журнала. Однако, ничуть не стесняясь, практически это же блюстители государственной безопасности ответили и на депутатский запрос депутата Мосгордумы Сергея Митрохина. Мол, мы и хотели бы ответить, но закон не позволяет. Почему не позволяет? Потому что депутат Митрохин «не относится к указанной категории лиц (см. выше — «кто вправе получать информацию»), дать какие-либо разъяснения и представить информацию по поставленному вопросу не представляется возможным». Подпись: руководитель подразделения В. Воронин.

Наконец днями пришел ответ и адвокату Натальи Морарь — Юрию Костанову, который направил адвокатский запрос на имя директора ФСБ Н. Патрушева и который, согласно доверенности, представляет интересы журналиста The New Times. В ФСБ, однако, посчитали, что адвокат не относится к категории лиц, связанных с Морарь. «Из вашего обращения не усматривается, что вы в соответствии со статьей 6 Закона об адвокатской деятельности Российской Федерации наделены соответствующими полномочиями на представление интересов гражданки Морарь Н.Г., чьи права ограничены».

Таким образом: дать разъяснения редакции нельзя, потому что они были даны Морарь «в пункте пропуска на границе». Морарь — нельзя, потому что закон якобы позволяет объяснения не давать. Депутату — нельзя, потому что он и не организация, и не Морарь. Адвокату — нельзя, потому что он, оказывается, связи с Морарь тоже не имеет. Редакции нельзя, потому что...

Еще один запрос в ФСБ подписал и депутат Госдумы, заместитель председателя Комитета по безопасности Геннадий Гудков — с такой просьбой к нему обратился член Общественной палаты Николай Сванидзе. Ответа пока нет.

Путин против ФСБ

Как уже писал The New Times, существует ряд международных соглашений, по которым действия сотрудников ФСБ в отношении журналиста Морарь следует признать незаконными. Например, Заключительный акт Совещания по безопасности в Европе, который был подписан еще руководством СССР и выполнять нормы которого обязалось и правительство России. В разделе «Сотрудничество в гуманитарных и других областях» есть специальный пункт: «Улучшение условий работы журналистов». Государства-участники подтверждают, что «журналисты не могут подвергаться выдворению или иным образом наказываться в результате законного осуществления их профессиональной деятельности». И далее: «В случае выдворения аккредитованного журналиста он будет проинформирован о причинах этого и может обращаться с просьбой о пересмотре его дела».

У кого-то могло закрасться подозрение, что наша страна не выполняет международных обязательств. Однако на пресс-конференции в Кремле не далее как 14 февраля 2008 г. Владимир Путин развеял подобные домыслы: «Те обязательства, которые взяла на себя Россия в рамках европейских структур, в том числе ОБСЕ, мы полностью исполняем, — заявил президент, выступая в Кремле. — И я хочу это подчеркнуть, и хочу, чтобы это знали и представители нашей прессы, и представители европейской прессы». «Россия полностью исполняет все, взятые на себя, обязательства. (...) Это важнейший, основополагающий принцип международного права: сторона исполняет то, что взяла на себя в качестве обязательств, и не обязана исполнять то, что ей пытаются навязать извне».

Надежда на правосудие

Заручившись поддержкой президента, The New Times идет в суд. Судебная защита является неотъемлемым правом граждан, в том числе и иностранных. Никаких обвинений журналистке так и не было предъявлено, а разрешение на временное проживание на территории России и трудовую деятельность, выданное Морарь Федеральной миграционной службой, никто не отменял. Адвокат журналиста Юрий Костанов требует в своем заявлении «признать действия и решения Федеральной службы безопасности... незаконными» и «обязать ФСБ принять необходимые меры для устранения препятствий к ее возвращению к месту постоянной работы в Российской Федерации».

ФСБ отказалась объяснять причины высылки Натальи Морарь не только The New Times, но и депутату Мосгордумы Сергею Митрохину, а затем и адвокату журналиста Юрию Костанову. Не добившись за два месяца никаких объяснений, редакция обратилась в суд
МИД, как и Федеральная миграционная служба, открещивается от своей причастности к инциденту с журналистом Натальей Морарь. Пытаясь выяснить причины случившегося, наш коллега, член Общественной палаты Николай Сванидзе обратился к депутату Госдумы Геннадию Гудкову с просьбой помочь разобраться в сложившейся ситуации

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.