Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

Бут: прощай, оружие!

08.11.2011 | Козловский Владимир, Нью-Йорк | № 37 (222) от 07 ноября 2011 года

32_240.jpg
Виктор Бут
44-летнего россиянина США считают
крупнейшим нелегальным торговцем оружия
в мире. Его арестовали в Бангкоке 6 марта
2008 г. В апреле того же года прокуратура
Таиланда отказалась возбуждать против него
уголовное дело из-за отсутствия состава
преступления. 11 августа 2009-го тайский суд
объявил о решении отказать США в экстрадиции
россиянина. Однако 20 августа 2010 г.
Апелляционный суд Таиланда постановил
экстрадировать Бута в США. За два часа до
этого решения американская сторона подала
в Уголовный суд Таиланда второй запрос
на экстрадицию Бута в качестве страховки
на случай решения суда в пользу россиянина.
16 ноября 2010 г. Бут был экстрадирован
в США, где он до этого никогда не бывал.
Конец операции Relentless. Участь россиянина Виктора Бута по прозвищу «торговец смертью» предрешена: 2 ноября двенадцать нью-йоркских присяжных единогласно признали его виновным по всем четырем пунктам обвинительного заключения. Буту грозит минимум 25 лет тюрьмы. Его жена Алла Бут уверена: единственный шанс избежать этого — вмешательство России «на уровне правительства». МИД РФ уже заявил о намерении добиваться возвращения «несправедливо осужденного». Но как именно — на Смоленской площади не пояснили

В первых двух пунктах Виктор Бут обвинялся в преступном сговоре с целью убийства граждан США и американских госслужащих, в третьем — в сговоре с целью продажи переносных ракет «земля — воздух», а в четвертом — в сговоре с целью оказания помощи террористической организации, под которой имелась в виду колумбийская леворадикальная группировка «Революционные вооруженные силы Колумбии» (РВСК — FARC). 25 лет Буту светит по одному только пункту — о зенитных ракетах, а в общей сложности его дело тянет и на пожизненный срок. Правда, такой вариант крайне маловероятен: в США прецедентное право, и судьи обязаны приговаривать осужденных за аналогичные преступления к аналогичным срокам. В случае Бута ближайшим аналогом является крупный торговец оружием Монзер аль-Кассар, экстрадированный в США из Испании и приговоренный три года назад к 30 годам тюрьмы.

Убийственные доводы

Аль-Кассару были предъявлены практически те же обвинения, что и Буту. Кроме того, обоих разрабатывал один и тот же тайный агент американцев Карлос Сагастуме, получивший в прошлом году за операцию против аль-Кассара премию Госдепартамента в сумме $7 млн. Свежеиспеченный миллионер Карлос был основным свидетелем на процессе Бута и комментировал главный вещдок — двухчасовую аудиозапись переговоров, которые вел россиянин 6 марта 2008 года в бангкокском отеле «Софитель» с мнимыми представителями FARC. Такие звукозаписи убийственны для обвиняемых, недаром без них не обходится в США большинство федеральных процессов. Адвокат россиянина Альберт Даян мог сколько угодно дезавуировать Карлоса на перекрестном допросе, но в ушах у присяжных стоял голос Бута, который со знанием дела обсуждал новые модели переносного зенитно-ракетного комплекса (ПЗРК) «Игла» и подряжался продать партизанам сотни таких ракет. Прокурор Анджан Сахни тут же показывал на большом экране записи, которые делал себе Бут: в начале его списка красовались цифры 700–800. Или, например, крутил то место записи, где Бут предлагает партизанам 5 тонн пластита, иллюстрируя его на экране русским словом «ПЛАСТИК» и цифрой 5 из записей россиянина.

Карлос, служивший в прошлом в гватемальской военной разведке и попутно помогавший контрабандистам кокаина, поведал присяжным, что является агентом-многостаночником: он участвовал примерно в 150 американских подставных операциях и получил за них сотни тысяч долларов еще до того, как аль-Кассар сделал его миллионером.

Напарником Карлоса был Рикардо Хардинеро, который прежде служил писарем в колумбийском военном суде и боролся с незаконными вооруженными формированиями, а заодно участвовал в наркоторговле. В Бангкоке Рикардо представился Буту партизанским командиром и назвался Эль Команданте. Именно он громче всех распинался на переговорах в ненависти к гринго (так в Латинской Америке называют янки. — The New Times) и просил продать партизанам ПЗРК и 7,62-мм снайперские винтовки Драгунова для борьбы с американскими военными вертолетами «Чинук» и «Апач», находящимися на вооружении колумбийской армии.

«Мы хотим сбивать этих сукиных сынов америкосов! — кричал 52-летний Рикардо в конференц-зале бангкокского «Софителя» и лупил по столу кулаками. — Потому что нам обрыдло! Убить их и вышвырнуть из моей страны… Они то тут, то там, они лезут куда им заблагорассудится! С какой стати?!»

«Si, si, si, — поддержал его Бут, тоже говоривший в этот момент по-испански. — Они ведут себя как дома».

«Мы больше не хотим видеть гринго на нашей родине! — бушевал Эль Команданте. — Сейчас мы идем врукопашную! Мы выкинем их из нашей страны! Мы это сделаем!»

«Мы это сделаем!» — с воодушевлением повторил за ним россиянин и предложил продать своим собеседникам спаренные зенитные установки ЗУ-23 — «для «апачей».

32_GR_01.jpg
«Мы заодно»

Сперва Эль Команданте решил, что установки слишком тяжелые, но потом загорелся и попросил прислать «не очень много, несколько штук»: «Меня больше всего интересует то, что можно носить на себе». Бут согласился помочь. «Мы заодно, — сказал он. — И у нас один враг».

«Вы видите только, как садятся вертолеты и из них высаживаются колумбийские солдаты, — сказал Рикардо, имея в виду, очевидно, распространенную телевизионную картинку про борьбу с наркомафией. — Но вот пилоты в этих вертолетах…» «Американцы!» — вставил Бут. «Американцы, — подтвердил Рикардо. — И мы хотим начать убивать американских пилотов! Для этого и нужны зенитные средства и «драгуновы». «Да, да! — поддержал Бут. — Мы все подготовим».

Прокурор на суде спросил Карлоса, как он понял это обещание. Тот сказал, что речь шла о поставках оружия.

«Слушайте, — сказал Бут в другом месте пленки. — У нас такая позиция, что гринго — враги». «Это нас объединяет», — заметил Рикардо. «Объединяет», — подтвердил Бут. «Теперь мы оба хотим их убивать», — заключил Рикардо. «Это не бизнес, — продолжал Бут. — Это моя борьба. Послушайте, я воюю против США… лет десять-пятнадцать…» «Ну, вы больше не одиноки, — сказал Карлос. — Вы не одиноки, потому что у вас есть полная поддержка FARC».

На протяжении трех недель процесса* * Суд начался 11 октября, первую неделю заняли досудебные слушания. адвокат Альберт Даян упорно проталкивал версию защиты, согласно которой Бут давно сказал «прощай» оружию и лукаво поддерживал беседу в «Софителе» лишь из стремления всучить под этим соусом эмиссарам FARC два старых самолета, оставшихся у него от лучших времен и собиравших пыль в Конго. Но успеха Даян так и не добился. Прокуроры парировали, что в мире найдется много других людей, которым можно было продать самолеты по телефону или электронной почте, без того чтобы, идя на большой риск, лететь к черту на рога из Москвы в Таиланд* * В 2004 г. ООН по настоянию США ввела санкции, предписавшие членам организации отказывать Буту во въезде и транзите. . Кроме того, обвинение предъявило присяжным накладные, из которых явствовало, что Бут благополучно продал недавно Ан и Ил-76 за $2,5 млн.

Тайская ловушка

Неоценимую услугу обвинению оказал давний сотрудник Бута гражданин Великобритании и Южной Африки 70-летний Эндрю Смулян. Именно через него американцы подобрались к Буту. Для этого к Смуляну подослали в конце 2007 года другого тайного агента, самолетного брокера Майкла Сноу, который не смог выступить сейчас на процессе, поскольку умирает от рака. Сноу предложил Смуляну выгодную сделку с FARC, и тот сперва встретился на карибском острове Кюрасао с Карлосом, а потом отправился к Буту в Москву. По словам Смуляна, Бут, которого «заговорщики» зашифровывали в переписке как Бориса, согласился на сделку с партизанами. Прокуроры неоднократно подчеркивали, что переписка Бута со Смуляном содержала иносказания; например, вместо «оружие» Смулян писал «сельхозтехника».

Когда на встрече в Бангкоке зашел разговор о шифрокодах, напомнил прокурор, Эль Команданте предложил в будущем именовать Никарагуа (ее предполагалось сделать одним из перевалочных пунктов для воздушных поставок оружия в Колумбию) Молдовой. «Нет, нет, нет!» — возразил Бут. В конце концов сговорились на том, что Никарагуа будет обозначаться цифрой 1, а Панама, другой перевалочный пункт, — цифрой 2.

Молдова, кстати, встречается в материалах дела неоднократно, прежде всего в связи с тем, что вышеупомянутый тайный агент Сноу был посредником в сделке, в ходе которой стоявший там Ан-12 был продан другим американским тайным агентам, тоже выдававшим себя за эмиссаров FARC, и потом использован в одной подставной операции.

Вначале американцы попытались заманить Бута в Румынию. Но он соблазнился на Таиланд. Прокуроры предъявили присяжным анализ данных в памяти ноутбука, изъятого при обыске в гостиничном номере россиянина. Удалось установить, что с 19 января по 4 марта 2008 года, то есть в период предварительного обсуждения сделки с мнимыми партизанами, Бут регулярно искал в интернете информацию о FARC, Колумбии и ее вооруженных силах. Адвокат Даян парировал, что эксперты прокуратуры не в состоянии установить, сколько времени провел Бут на соответствующих сайтах. Прокуроры в ответ заметили, что Бут отправлял их в закладки.

Сразу после того как Бута и его собеседников арестовали в «Софителе», старик Смулян, иногда подписывавшийся как Бабу («дедушка» на языке суахили), согласился лететь с американскими оперативниками в США, признался в преступном сговоре и подписал соглашение о сотрудничестве со следствием. Бут от сотрудничества со следствием сразу отказался, настаивая на своей невиновности. Кто-то говорит — из-за нежелания выдавать высоких покровителей в Москве. Но пока это не более чем домыслы.

Вместе с Бутом и Смуляном в «Софителе» был задержан и москвич Михаил Белозерский, возглавляющий в России малоизвестную «некоммерческую организацию» Национальный фонд правоохранительных органов и вооруженных сил* * Согласно выписке налоговой инспекции № 39 по г. Москве, данный фонд занимается 29 видами деятельности во многих потенциально прибыльных областях, никак, однако, не связанных с торговлей оружием. . Белозерский практически не говорил ни на английском, ни на испанском и в переговорах не участвовал. Но высокие договаривающиеся стороны, называвшие его не иначе как Мишей, условились, что он тут же поедет в Испанию и заберет там $5 млн, которые «посланцы FARC» обещали Буту в виде залога. Ордера на арест Белозерского у группы захвата DEA* * Наркополиция США, с 2001 г. занимающаяся также борьбой с терроризмом. , ворвавшейся в конференц-зал в «Софителе», не оказалось, и его быстро отпустили. На суде присяжным показали лишь большую фотографию бритоголового «Миши», похожего на злодея из фильмов о Джеймсе Бонде.

Газет не читал

К концу второй недели освещавшие процесс журналисты пришли к консенсусу: дела у Бута плохи. Разногласия касались лишь того, признают его виновным по всем пунктам или лишь по половине. Тем не менее вердикта ждали нервно и напряженно, и, когда секретарша суда сообщила в 13.30 2 ноября, что присяжные готовы его огласить, в просторный зал, где командовала федеральный судья Шира Шейндлин, ринулась толпа репортеров, судейских и коротко остриженных руководителей следственной бригады, разрабатывавшей Бута. Никакой роли на процессе они не играли и прибыли на него в самом конце, только чтобы присутствовать при кульминации тайной операции Relentless, которую они затеяли против Бута еще в октябре 2007 года. За несколько месяцев до этого в Нью-Йорк привезли из Испании в наручниках аль-Кассара, которого «развели» абсолютно по той же модели.

«Виктор что, газет не читал?» — спросил корреспондент The New Times у супруги Бута Аллы. «Не читал», — сказала она.

Адвокат Даян пришел на оглаше-ние вердикта белый от волнения. Сильно бледен был и Бут. Он выслушал вердикт безмолвно, со сжа-
тыми белыми кулаками. Его тут же увели обратно в тюрьму, где с него надолго снимут темный костюм марки Calvin Klein, купленный ему специально для процесса судебным переводчиком Андреем Гаркушей.

Вынесение приговора назначено на 8 февраля, но судья предупредила, что это ориентировочная дата. Даян сказал, что подаст апелляцию. Но она подается лишь после приговора и в подавляющем большинстве случаев не приносит успеха.

В подготовке материала принимали участие Оксана Кличникова и Борис Юнанов





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.