Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Суд

Перевод с постсоветского

06.11.2011

Abra_490.jpg
Перевод с постсоветского. В 1990-х Роман Абрамович был «дойной коровой» для Бориса Березовского. Говоря языком современной рекламы, когда тому нужны были деньги, он просто звонил и брал их — по $50-80 млн в год. Такие цифры Абрамович привел в Высоком суде Лондона, где он дает показания в рамках процесса по иску Бориса Березовского. Беглый олигарх обвиняет бывшего соратника в том, что тот методом угроз «заставил» его продать свою часть в компаниях «Сибнефть» и «Русал» по заниженной цене. Понесенный ущерб Березовский оценивает в $5,5 млрд

Абрамович строит свои показания на том, что Березовскому никогда не принадлежали акции «Сибнефти», а платил он ему за политическую «крышу», которая понадобилась после приобретения компании в 1995 году. Процитируем Абрамовича: «К Березовскому я обратился за политической «крышей», но и от физической не отказался бы». За покровительство Абрамович заплатил Березовскому $80 млн в 1996-м, по $50 млн в 1997-1998-м годах и еще $80 млн в 1998-1999-м. Как это происходило? «Обычно Бадри (партнер Березовского Бадри Патаркацишвили. — The New Times) или Борис звонили мне, если им нужны деньги», — сказал Абрамович. Иногда он лично доставлял суммы в $5 млн наличными в штаб-квартиру «ЛогоВАЗа», которым управлял Березовский. Правда, Роман Аркадьевич не смог предъявить документального подтверждения практически ни по одному платежу. «В то время в этом не было надобности», — объяснил он. Когда же суд поинтересовался наличием выписок из банков, Абрамович предложил судьям самим же туда и обратиться: «Я сомневаюсь, что они хранят отчеты 15-летней давности, но, возможно, вы сможете что-нибудь найти в архивах».

Защита от гангстеров

На момент знакомства с Березовским 1995 году, последний, уточнил Абрамович, уже был «крупной политической фигурой», тогда как он сам в тот момент «создавал мало шума вокруг себя». После выборов 1996 года Березовский превратился из «крупной фигуры» в «значительную». «Он фактически стал политической корпорацией, на которую мы все работали», — сказал Абрамович.

Имели место и более конкретные поводы быть благодарным Борису Абрамовичу. Именно Березовский провернул через фиктивный аукцион покупку «Сибнефти» — Абрамович—Березовский—Патаркацишвили заполучили компанию за $100 млн при стартовой цене в $100,3 млн. Но и это еще не все. У своего опекуна Абрамович получил еще и «дополнительную защиту от чеченских гангстеров, с которыми у Березовского были тесные связи, это было всем известно», — заявил Роман Аркадьевич.

Адвокат Березовского Лоуренс Рабиновиц в ответ привел список из 5 людей чеченской национальности, с которыми на тот момент был знаком Березовский, а затем попросил Абрамовича прокомментировать каждую фамилию: считает ли он их «гангстерами». Среди названных были бывший председатель совета директоров «АвтоВАЗа» Магомет Исмаилов, а так же нынешний заместитель руководителя администрации президента Владислав Сурков. Кульминационным — настолько все в суде были сосредоточенны и внимательны в тот момент — был эпизод, когда Рабиновиц задал Абрамовичу прямой вопрос: «Вы считаете Суркова гангстером?» «Нет», — ответил Абрамович и, весь красный от напряжения, ушел на перерыв.

Трудности перевода

В первый день показаний Абрамовича наблюдался гораздо больший ажиотаж, чем во время дебюта в суде Березовского. Причина очевидна: Абрамовича в Великобритании знают гораздо больше, и в основном как владельца клуба «Челси». Впрочем, зал и комнаты для прессы были забиты в течение всей недели. Абрамович не знает английского языка, дает показания на русском, а для тех в зале, кто русского не знает (включая судью Глостер, которая слушает это дело), предоставлен синхронный перевод. Выражение лица Абрамовича мало менялось — то откровенно скучающее и усталое, то слегка раздраженное. И только в четверг, 3 ноября, Роман Аркадьевич был замечен в невероятно приподнятом расположении духа — чуть не приплясывал. Говорят, сменить настроение ему посоветовал адвокат Джонатан Семпшн.

В первые дни Абрамович не отличался красноречием. Например, первые 11 его ответов в суде — простые и односложные «да». Адвокату Рабиновицу долго не удавалось ничего «вытащить» из Абрамовича помимо «да», «нет», «не знаю» и «не уверен». Но через несколько дней Абрамович-молчун уже был способен выдать «тираду» из нескольких предложений. При этом он часто сетует на проблемы перевода. Олигарх часто просит адвоката Рабиновица упростить вопросы или откровенно заявляет, что «не понимает смысла». В кулуарах суда на сей счет мнения разделились: одни говорят о том, что это обычная ситуация, связанная с мелкими неточностями перевода, другие же утверждают, что Абрамович «не понимает» только неудобные вопросы.

Грехи

У Березовского, выпалил в какой-то момент Абрамович, всегда была «тяга к шикарному образу жизни», на что адвокат Рабиновиц зачитал «только небольшой» перечень имущества отчетчика: замок во Франции, когда-то принадлежавший герцогу и герцогине Виндзорским, поместье в западном Сассексе в Англии, площадью в 420 акров, а также несколько квартир в одном здании в районе Найтсбридж в центральном Лондоне, которые Абрамович обьединил в одну просторную квартиру. Тут уж Роману Аркадьевичу ничего не оставалось, как признать: да, он тоже ведет «экстравагантный образ жизни».

Но это оказалось не единственным грехом. Сторона обвинения припомнила Абрамовичу старые «грехи», как, например, дело компании «Авэкс-Коми». Оно датируется 1992 годом и содержит обвинения в подделке документов и хищении 55 вагонов с дизельным топливом на сумму почти 4 млн рублей (теми деньгами). Была зачитана и записка бывшего управляющего директора «Менатепа» Стивена Кертиса с переговоров с Абрамовичем, в которой упоминаются такие слова: «хотят купить танки за 4 млн», «бразильцы», «Ангола», «шейх». Выслушав все это, Абрамович заявил, что «никогда не занимался продажей танков», но добавил: «Есть танковая часть, которая находится рядом с нашим заводом в Омске, и, возможно, мы обсуждали продажу моторов от них». При этом Абрамович подтвердил, что подписывал документы «задним числом»: «Такая практика была весьма распространенной в России в то время». Признался он и в том, что вовсю использовал схемы по оптимизации налогов «Сибнефти», весьма похожие на те, за которые был впоследствии осужден Михаил Ходорковский: промежуточные компании покупали нефть у «Сибнефти», а потом продавали ей же по цене в 2-3 раза превышающей изначальную. Работали у Абрамовича в таких фирмах инвалиды — это тоже позволяло сэкономить на налогах. Олиграх настаивает на том, что «давал работу настоящим людям и не видит в этом ничего плохого». Но он уже «не помнит, почему мы сделали это именно так».

Друзья

Владелец «Челси» настаивает на том, что Березовский никогда не был его близким другом: «Он был просто другом». Их отношения больше походили на отношения «защитника» и «защищаемого». А вот как «близкого друга» Абрамович упомянул экс-главу президентской администрации Александра Волошина. Очертил он и круг своих ближайших соратников: Евгений Швидлер (экс-президент «Сибнефти»), Ирина Панченко (доверенное лицо Абрамовича, экс-член совета директоров «Сибнефти»), Андрей Городилов (бывший первый вице-губернатор Чукотки в бытность Абрамовича губернатором) и Евгений Таненбаум (финансист с канадским гражданством, член совета директоров клуба «Челси»).

Адвокат Рабиновитц удивился такому «недружественному» поведению ответчика по отношению к истцу, приведя тот факт, что в период с 1995 по 1998 семьи Абрамовича и Березовского отдыхали вместе как минимум 8 раз. Места их отдыха включали в себя Сардинию, Корсику, а также Карибские острова.

Эпоха

Рабиновитц долго пытался заставить Абрамовича признать, что бизнесмены в середине 90-х испытывали прессинг со стороны государства, которое могло необоснованно лишить лицензии, провести полицейский рейд (хорошо известные в России маски-шоу) или сфабриковать уголовное дело. Абрамович отвечал уклончиво: «Теоретически такая возможность была, но не думаю, что это применялось на практике». Хотя для «политически оппозиционных бизнесменов риски всегда больше», признал он.

Тогда ему зачитали отрывок из книги Бориса Ельцина «Президенский марафон», в которой описывается предвыборная гонка 1996 года с участием Геннадия Зюганова как главного соперника Ельцина. Там говорилось, что политическая и деловая ситуация в стране в «лихие 90-е» была крайне нестабильна. «Я не думаю, что эту книгу написал Ельцин», — парировал Абрамович. Но заметил: «Прихода коммунистов к власти никак нельзя было допустить. Они ясно давали понять, что провели бы ренационализацию по всей стране — в этом было наше главное опасение».

Этот момент в показаниях Абрамовича следует считать одним из немногих, когда у слушавшего его Березовского было сосредоточенно-серьезное выражение лица. Большинство других ответов бывшего «просто друга», который продолжит говорить как минимум до 11 ноября, вызывает у Березовского либо легкую улыбку, либо нервный смех.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.