Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Story

#Суд и тюрьма

Меню антисоветчика

17.07.2009 | Ярмаркович Михаил | №27 от 13.07.09

Возрожденная "Антисоветская" шашлычная: те же блюда, те же лица

Свято место. Советская кухня вошла в историю как особый подвид гражданской активности. Здесь, за закрытой дверью печатался диссидентский самиздат. И здесь же, за рюмкой водки, шли интеллигентские борения с Софьей Власьевной, как именовали советскую власть. Кухонный пафос под селедочку наружу почти не выплескивался — это было чревато. Но было место, где демонстративно собиралась интеллигентская фронда. Теперь оно возродилось


Легендарная шашлычная на Ленинградском проспекте раньше имела неофициальное название «Антисоветская» — и не только за свое местоположение (она находилась аккурат напротив гостиницы «Советская»), но и за славу заведения, которое любила посещать интеллигенция. Она была тем самым местом, где собирался творческий люд, рвущийся из социалистической узды. Были здесь и люди с уязвленной душой и обидой «за державу». Кухни было мало для боязливого самовыражения. И тогда — «Мужики, пошли в «Антисоветскую…»

Дежавю

Москвичи знают, что ресторан «Грин» на Ленинградке — та самая бывшая шашлычная. Владелице этого заведения — молодой, ультрасовременной Елене Токмачевой — и пришла красивая мысль возродить «Антисоветскую».
На открытии — сплошное дежавю: и интерь­ер, и закуски, и блюда. И — лица… Такого количества лиц в одно время и в одном месте представить себе по нынешним временам просто невозможно. Каждый из них ухитрялся в своей жизни и творчестве что-то делать не по-советски. В стране не было секса, но Светлана Светличная в «Бриллиантовой руке» сбрасывала лифчик. Леонид Володарский с прищепкой на носу своим закадровым голосом подпольно нес в массы западную кинокультуру. Аркадий Арканов в своих рассказах тонко и иронично уничтожал «совок». Сергей и Татьяна Никитины так и не смогли выродить что-нибудь «патриотичное» в духе того времени. Эдвард Радзинский уже тогда писал иную историю. Валерий Плотников и Юрий Рост упрямо снимали жизнь «как она есть», без всякой идеологии. Владимир Молчанов ломал форматы советского телевидения и к тому же — крамола! — был женат на Консуэло Сегура. Александр Адабашьян, Сергей Соловьев и Алла Сурикова вообще выплыли не пойми как, ухитрившись не снимать ура-патриотизм…
Весьма симптоматично это дежавю. Над сытой и благополучной страной не стал бы витать дух скрытого протеста, рождающий таких людей. А лопались бы мы от довольства сегодня — эти люди остались бы знаком вчерашнего, а не сегодняшнего времени. И было бы все по-другому, и процветал бы по-прежнему на этом месте дорогущий «Грин». А теперь все как прежде: есть кухни, есть лица, есть место... И — опять обидно за державу.

Галича давай!

Что замечательно — не звучало на открытии слащавых и торжественных слов. Радзинский вспоминал, как привел сюда француза, а тот потом две недели из зубов выковыривал непривычно жесткое мясо. Тех, кто слушал Радзинского, прямо трясло от возмущения: зажрался француз! Это в «Антисоветской»-то жесткое! Да, здесь было то редкое место, куда в середине семидесятых завозили свежатину. Его бы в семидесятые в привокзальный буфет — вот там бы он зубы пообломал.
Сергей Соловьев начал о том, что было мало мест, где человек чувствовал себя свободным, — его перебили. Володарский и Рост: «Только без пафоса. Какое диссидентство! Просто был реальный кабак с приличной по тем временам жратвой, который мы избрали своим местом». Сергей Никитин говорил много о кухне старой «Антисоветской», вспоминая в нюансах знаменитую корейку и прочие дефицитные продукты. Потом, кажется, хотел спеть. Организаторы метнулись за гитарой, но в зале не оказалось семиструнки. Была бы семиструнка, точно спел бы, потому что в конце вечера подошел к хозяйке ресторана и сказал: «Убери эту дискотеку восьмидесятых. Галича давай!» «Давай!» — где его взять-то?..
Игорь Бриль с сыновьями, Арканов, «Ромэн» выходили из гостящей толпы, как-то очень импровизационно, органично начинали играть, читать, петь, размышлять, уходили в зал, снова вырывали друг у друга микрофон…
На заднике сцены — вращающиеся бобины старой «Кометы». На афишных тумбах анонсы Высоцкого, Окуджавы, Ростроповича… Фотографии Бродского, Галича искусно подсвечены, как дорогие экспонаты лучшего музея. В фотографиях без сомнения узнается рука Валерия Плотникова. Один из хитов — советские газеты с кричащими заголовками, которыми оформлен бар. Даже в туалетах порезвились: рядом с мягчайшей двойной туалетной бумагой — нарезанная современная газетка. Это все изыски художника Игоря Макарова.
Все здесь симптоматично. Не «дизайнер» делал оформление, а художник. Играют не «лабухи», а музыканты. Встречают не «хостес», а актеры. На плазмах не компьютерный новодел, а хроника. На стенах не тематические инсталляции, а оригиналы мастера. И каждый автор зорко бдит за своим произведением. Даже повар, вышедший в зал с праздничным тортом, так и застыл с ножом около своего кулинарного совершенства. Сердится, что торт уходит лениво: интеллигенция тоже уже объелась.

Зацепило

Говорят, здесь будут проходить дискотеки для учеников Строгановки. Раньше строгановцы ходили сюда много и смачно. Известна байка, что они забегали в «Антисоветскую» по ходу движения демонстрации, сваливали транспаранты в угол, быстренько запихивали в рот шашлык, запивали белым «Цинандали» (тогда не думали, что к мясу, что к рыбе) — и сытые и почти счастливые топали с транспарантами к Тверской. Великолепный скульптор Алик Цигаль, который сегодня больше известен как папа модного модельера Маши Цигаль, подтвердил: так и было.
Говорят, тут будут читать, то есть намечаются литературные вечера. Говорят… Да много чего говорят об «Антисоветской» — потому что зацепило…



ФОТО ИТАР-ТАСС/ВАЛЕРИЙ ШАРИФУЛИН

Каждый гость мог оставить здесь свой автограф


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.