Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Только на сайте

#Культура

Танцующий Орфей

30.09.2011 | Гордеева Анна | № 31 (216) от 26 сентября 2011 года

Фестиваль современного танца открывают французы
56K_490_02.jpg
Поговорить о любви. Международный фестиваль современного танца DanceInversion в Москве этой осенью и зимой будет проходить в мерцающем режиме — по две-три гастрольные труппы в месяц. В октябре нас ждут «Короли танца. Опус 3» — концертная программа, собирающая танцовщиков России и США, в ноябре — итальянский «Атербалетто», в декабре — Польский театр танца и гаагский NDTII — театр Иржи Килиана. Первый же гастролер сезона — французская труппа «Монтальво-Эрвье»: с 29 сентября они показывают своего «Орфея»

56K_240.jpg
На экране лев возлежит рядом с кроликом, на сцене хип-хоп спокойно соседствует с сольными выходами танцовщицы на пуантах. Реальные актеры общаются со своими двойниками, музыка Клаудио Монтеверди (фрагменты из его «Орфея», написанного в 1607 году) и Кристофа Глюка (кусочки «Орфея и Эвридики», 1774) перемежается Филипом Глассом (фортепианная сюита, 1993). Все смешано со всем — Жозе Монтальво и Доминик Эрвье, худруки парижского театра Шайо, выстраивают в своем спектакле мир утопический и блаженный. Не то чтобы в нем не случалось несчастий (древний миф про Орфея пересказан пунктирно, но ни змея, укусившая его возлюбленную Эвридику, ни смерть героя от рук вакханок не исчезли), но вот общее ощущение теплоты мира пульсирует во всем спектакле. Смерть отменить нельзя, но жить можно, любя друг друга — пожалуй, это послание спектакля, в котором на все печальные события отводится лишь двадцать минут, а на жизнерадостные тусовки персонажей — втрое больше. Монтальво и Эрвье решили поставить такого «Орфея», после того как в Лионской опере сделали «Порги и Бесс»: по их словам, после зарисовок бытового расизма в Америке начала ХХ века им захотелось поговорить о любви.

Разные Орфеи

Буквально каждый из танцовщиков в спектакле — Орфей. И парень на пневматических ходулях — он на них подпрыгивает и делает сальто — (это певец, существующий между небом и землей), и одноногий (на самом деле) молодой артист, выделывающий шикарные трюки с костылями (это Орфей, сражающийся с собой и с обстоятельствами). И занятый в спектакле замечательный контратенор Теофиль Александр: да, Глюк и Монтеверди звучат вживую, это голос Орфея, как известно, способный умиротворить зверей и птиц. (В начале спектакля на экране открывает зев царь зверей и что-то старательно клюют птицы — на сцене же артисты показывают звериную и птичью пластику; слегка напоминает рекламу Фонда дикой природы.) Каждый из Орфеев уникален и каждый (контратенор тоже) с удовольствием встраивается в общий танец — этакое братание народов, техник, стилей движения. Нет, понятно, что оперный певец не сможет так вертеться на голове, как черный парень, призванный, по замыслу постановщиков, олицетворять орфические мистерии, — ну так никто от него этого и не требует.
56K_490.jpg
Все смешано со всем — художественный принцип контемпорари: движение, вокал, видео, цирк, балет

Диалог с экраном

Монтальво — 56 лет, Эрвье — на десяток меньше, но и тот и другая, несомненно, принадлежат ко второму поколению французского контемпорари — искусства современного танца. Сегодняшняя молодежь ставит спектакли более жесткие и ориентируется в рисунке скорее на условную компьютерную графику, чем на работу с видеозаписью. А вот для Монтальво и Эрвье естествен живой человек на видеоэкране. Другое дело, что они с удовольствием играют с этой картинкой. И на заднике, где в проекции плещется вода и лежат булыжники мостовой, двойники артистов вырастают до гигантских размеров, а звери могут и увеличиться, и уменьшиться: один из самых славных моментов — когда по заднику меланхолично бредет взрослый слон, размерами не очень-то больше человека. Эта яркая и слегка безумная реальность (конечно же, все вспоминают Алису в Зазеркалье) удивительным образом успокаивает нервы: Монтальво и Эрвье не просто призывают людей любить друг друга, но сами работают для того, чтобы усталое человечество поменьше дергалось и ненавидело ближних. Фраза «хорошо отдохнули» в устах зрителей, уходящих со спектакля, сейчас чаще всего воспринимается как знак нетребовательного качества, элементарной развлекаловки. Но вот этот «Орфей» — вовсе не простой по композиции, со сложной и прекрасной музыкой — он именно что дает отдохнуть. Вздохнуть. Выдохнуть. И приготовиться к новому дню, к ежедневной реальности, где запросто могут встретиться змеи и даже вакханки, а вот видеть смирного льва рядом с кроликом как-то не доводилось.





×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.