Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

Сказки Гаука

06.07.2009 | Гаук Павел | №26 от 06.07.09

Почему воспоминания о знаменитом дирижере будут неинтересны сегодняшним студентам консерватории
Москва—Вена—Москва, или Хроника маменькиного сынка. Так называется автобиографический роман Павла Гаука, сына выдающегося российского дирижера Александра Гаука, руководившего в 30–50-е годы прошлого века ведущими отечественными оркестрами и воспитавшего таких исключительных музыкантов, как Мравинский, Светланов, Мелик-Пашаев... О том, почему эту хронику жизни советской артистической элиты не поймут нынешние студенты консерватории и как боролись в СССР с культом личности Александра Гаука, — автор книги рассказал The New Times

Людмила и Александр Гаук с сыном Павлом. На праздновании юбилея Александра Гаука. 1953 г. Фото из архива П. Гаука

Конечно, в этой книге нет правды. Как нет правды в восприятии цвета или музыки — это слишком субъективно. Но намеренно искажать факты, как это делалось в советских мемуарах, я не собирался.

Мечта вылезти из ямы
Думаю, книга будет неинтересна нынешним студентам консерватории. Общаясь со знакомыми консерваторскими профессорами, узнал, что современные студенты — за редким исключением — таких имен, как Рихтер или Гилельс, уже не помнят... Вообще такое ощущение, что вокруг очень много троечников и халтурщиков.

Вот в Большом театре ставят сейчас балеты начала прошлого века — и выбирают, на мой взгляд, не самые сильные: «Болт», «Светлый ручей»... А почему не ставят «Весну священную» Стравинского, «Шута» Прокофьева? Да потому что «Весну...» сложно поставить и сыграть! А оркестранты в любом театре не любят работать — они ленивы, потому что сидят в своей яме и мечтают о том, чтобы поскорее оттуда вылезти. Ведь в России принято считать, что в оркестре играют только неудачники...

Шанс от советской власти
Никогда я не называл себя диссидентом, но всегда не любил советскую власть. Это отношение поначалу складывалось из мелочей: на даче видел, как жили в деревне колхозники, друзья нашей семьи бросали «неосторожные» реплики...

Говорить о том, что, уехав в конце 70-х годов из СССР, я пошел против убеждений отца, которого в 1918 году пригласили работать дирижером в бывший Мариинский театр, было бы очень странно. Гаук тогда не уехал потому, что он, только-только окончив консерваторию, получил прекрасный шанс. Уезжали из страны те, кто уже сделал себе имя. Рахманинов, Бунин...

Ну и так сложилось, что после Первой мировой Россия начала дружить с Германией: немцев здесь любили и уважали, вот как сейчас. И приглашали из Германии очень много специалистов... Да о чем разговор! Геринг здесь учился летать!

Вон из радиоэфира
В 1941 году, поскольку в графе «национальность» у Гаука стояло «немец», его немедленно отстранили от руководства госоркестром. Слава богу, не успели посадить — помогли друзья (каким образом, не знаю). А после войны его много крутили по радио. И слушатели даже писали жалобы — дескать, в эфире Гаука слишком много. А как иначе, если в то время он руководил оркестром радио?

Из книги — о «культе Гаука»: «В середине пятидесятых годов вышла брошюрка, написанная известным московским музыковедом Шнеерсоном, о Большом симфоническом оркестре Всесоюзного радио. Тираж — небольшой. Формат — карманный. (...) В ней много места уделялось описанию положительной роли руководителя и главного дирижера — Александра Васильевича Гаука. (...) Отцу предложили выкупить тираж и уничтожить его, во избежание разговоров о том, что на радио раздувается культ личности Гаука. Рекомендация была приведена в исполнение».

К сожалению, на три четверти репертуар оркестра состоял из произведений советских композиторов, совершенно заслуженно сегодня забытых... А свои произведения Гаук не исполнял никогда — понимал, что он не гениально одаренный композитор. Сейчас, кстати, петербургский дирижер Александр Титов взял ноты симфонии Гаука и хочет ее сыграть.

Справа налево: Павел Гаук, его мать Людмила Гаук, композитор Александр Черепнин с женой. 1967 г. Из архива П. Гаука

«Оставьте мужа в покое!»
Гаук исполнял много музыки советских композиторов — симфонические произведения Шостаковича, Прокофьева, Мясковского... К нему приходили и с посредственными опусами, но, как человек воспитанный и деликатный, Гаук не мог сказать в лицо композитору: «Ты принес бездарную дрянь!» Он всегда мог что-то посоветовать, помочь...

Из книги — о репетиции симфонии Хачатуряна: «Во время репетиции Арам Ильич раз за разом выражал неудовольствие игрой оркестра, прося отца повторять еще и еще. Мама присутствовала на репетиции; она наконец не выдержала и, дождавшись перерыва, набросилась на автора, схватила за воротник пиджака и, тряся его, прошипела: «Оставьте наконец моего мужа в покое, черт вас возьми!», после чего они стали друзьями, а Арам Ильич часто вспоминал об этом случае, добавляя назидательным тоном: «Вот как настоящие жены должны относиться к своим мужьям!»

С оркестрантами Гаук был строг — не любил заводить дружбу. Одно исключение — его старый приятель, игравший в оркестре. Но и его отец все-таки «попросил» уйти на пенсию, поскольку тот уже не мог играть как прежде. Помню, тогда была большая ссора...

Выступая популяризатором советской музыки, Гаук никогда ничего не делал для собственной популяризации. Но период его записей пришелся на времена, когда качество звукозаписывающей аппаратуры оставляло желать лучшего. С 60-х годов пластинки не переиздавались, и как-то все стали забывать о дирижере Гауке. Но сейчас, слава богу, возрождаются его записи — их реставрируют и издают на CD.
 

×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.