Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Политика

Кадры из книги

09.06.2008 | Шевелев Игорь | № 23 от 09 июня 2008 года

«Автобиография» Франко Дзеффирелли — то же кино, только на бумаге. Корреспондент The New Times прочитал книгу великого режиссера и взял у него интервью

Игорь Шевелев

Книга Франко Дзеффирелли феерическая, как и ее автор. Свою автобиографию знаменитый режиссер разыгрывает, как драматическое действо. И его жизнь того заслуживает. Муж его 39-летней матери, с которым у нее было трое детей, умирал от туберкулеза. В это время — а это 1923 год — она и родила Франко от любимого мужчины, у которого тоже была своя семья. Можно понять любовь Дзеффирелли к толстовской «Анне Карениной», которую он всегда мечтал поставить, пока не понял, что средствами кино это все не выразить. Мама дала сыну уникальную фамилию, единственную в мире. Она хотела наречь его по зефируветерку из любимой арии в опере Моцарта. Имя переиначил не совсем грамотный регистратор, и возник Дзеффирелли.

О, мама миа!

Мама умерла, когда ребенку было 6 лет, но он всю жизнь ощущал себя под ее защитой. В 14 лет он стоял в парадной форме маленького фашиста рядом со своим «батальоном» и приветствовал Гитлера, который вместе с Муссолини приехал во Флоренцию. В 18 лет вместе с товарищем поехал на велосипеде по югу Италии и чудом не погиб во время бомбардировки Неаполя. С 20 лет он в горах, в рядах партизан. Когда гитлеровцы вошли в Италию, он с товарищами пришел спросить совета у своего профессора. Тот, показав на дальние горы, посоветовал идти в партизаны, предупредив при этом, что между фашистами, нацистами и коммунистами разницы нет. Но если иметь голову на плечах, можно устоять против всех. Франко едва не расстреляли эсэсовцы, спас еще один незаконный сын его отца, но самого спасителя потом расстреляли партизаны.

Мастер, маэстро, классик

Решающей в его жизни стала встреча с Лукино Висконти, который надолго остался учителем и наставником. Дзеффирелли и ныне — в 85 лет — красавец блондин с голубыми глазами. Можно представить, каким он был 60 лет назад, когда его в качестве актера зазывали в Голливуд. Подумав, он отказался, став ассистентом постановок Висконти. Потом вышел на собственную дорогу великих оперных постановок в кино и на сцене. Он был автором культовой постановки «Ромео и Джульетта», ставшей знаковой и для целого советского поколения. В 46 лет, как раз после мирового триумфа этого фильма, он едва не гибнет в автомобильной аварии, когда за рулем на скользкой от дождя дороге была Джина Лоллобриджида. Лучшие хирурги по косточкам тогда собрали его лицо. И потом годы неустанных постановок и мирового успеха перемежались годами кризисов, неудач, которые он преодолевал внутренней работой. Обо всем этом Франко Дзеффирелли пишет с предельной искренностью в автобиографии.

Друг Дали и Леонардо

Перед его встречей с английской королевой отец прислал Дзеффирелли генеалогические разыскания, из которых следовало, что их знатная фамилия состоит в родстве с Леонардо да Винчи. Но режиссер и так числит гениев Возрождения в своих ближайших приятелях и соратниках. Сальвадор Дали, Верди, Шекспир, мать Тереза, св. Франциск, Микеланджело, Теннесси Уильямс — он работал с ними, знал их, учился у них. Его называют ультраправым антикоммунистом, он друг Берлускони, дважды избирался в сенат от Сицилии, получал награду в Кремле из рук Путина, уверен, что Макиавелли, как и он, болеет за «синих», за «Фиорентину». Он знает, что темные массы народа легко одурачить великими идеями, но несколько десятков творцов способны перевернуть жизнь по законам художества и красоты.

Об искренности в литературе

В вашей книге есть много такого, о чем люди умалчивают. Вы не боялись быть неправильно понятым?

Я раскрыл много карт, поскольку считаю, что если уж собрался рассказывать о своей жизни, то не надо ничего стыдиться, иначе не стоило и затевать. Это не значит, что во мне много постыдного. Нет, но я говорю о вещах, которые человек хранит для самого себя и тех немногих, кто разделяет его внутренний мир. Так вот читатель моей книги — именно такой близкий друг, перед которым я исповедуюсь. Так что оценивайте меня не за мои литературные способности, а за искренность.

Маэстро, откуда в вас столько легкости, влюбленности и вдохновения в 85 лет?

Вы знаете, никто мне не верит, когда говорю, что я такой же невинный мальчишка, каким был в детстве. Можете представить мои чувства, когда я смотрю в зеркало: боже, кто это?! Это не тот, кем я себя ощущаю! Сейчас я занят составлением рабочего плана на 2012–2014 годы. Важно смотреть вперед и думать о будущем. О прошлом — только из книжек. Так что через 5–6 лет встретимся, и я расскажу, чего достиг за это время.

Вы ведь в Москве были много раз?

Впервые я приехал сюда с Анной Маньяни в 1966 году с фильмом «Волчица». Потом со своей молодой итальянской труппой, когда показывали «Ромео и Джульетту», получившую потом премию Театра наций в Париже. Ну и так далее. Привозил «Гамлета», очень важную постановку с точки зрения истории декораций. Если начать вспоминать, то я отсюда не вылезаю. Только с театром «Ла Скала» приезжал трижды.

Что в ваших глобальных планах?

Преподавательская работа в создаваемом Центре исследования театрального искусства во Флоренции. Я отдал в этот центр весь свой многолетний архив, связанный с моими постановками в театре и кино. Хочу посвятить эти годы преподаванию молодым студентам. Причем преподавание во Флоренции будет на всех основных языках, включая русский. Так что до встречи.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.