Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

#Суд и тюрьма

Она утонула. И не только она

11.08.2008 | Новодворская Валерия | № 32 от 11 августа 2008 года

Политологи и кремленологи, анализируя 100 дней Д. Медведева, рискуют забыть о другой дате восьмилетней давности, когда впервые под нами проломился лед. И не в Баренцевом море, и не в Северном Ледовитом океане, а под свободой слова, под журналистами НТВ, под нашим маленьким, накопленным за ельцинскую эпоху капиталом демократических гарантий.

Мы-то считали, что этот наш капитал надежно помещен, но корпорация «Россия» с председателем Путиным во главе оказалась пирамидой; предприятие лопнуло, и никто не возместит нам потерь. Это я про «Курск».

Как пел бард Городницкий: «Вечная слава матросам, погибшим на «Курске», вечный позор адмиралам, покинувшим их». Именно тогда личность Верховного главнокомандующего раскрылась, как орхидея-вампир из рассказа Уэллса, во всей своей зловещей угрозе.

22 августа, через 11 дней после гибели «Курска», В. Путин встретился с родственниками погибших. К этому моменту весь мир (включая даже Россию) знал: какова бы ни была причина гибели лодки, ее засекретили, положили на дно; моряков не спасали и не дали спасти англичанам и норвежцам. Они, эти невольники чести и присяги, доверившиеся Молоху флота и государства, еще задыхались, еще надеялись и еще стучали, а президент отдыхал в Сочи, пока скандал не вышел за все пределы дипломатии.

Владимир Путин восстанавливал эпоху молчания, когда даже жаловаться и плакать запрещали, когда жалобщиков ловили в Москве у всех приемных и упрятывали на 45 дней в психушку, а матери и жены молча получали из Афгана свой «груз-200» и не смели потребовать к ответу генералов, КПСС, ЦК — убийц своих сыновей и мужей. Не было сцен на похоронах и комитетов солдатских матерей тоже не было. Были рабыни, которые знали, что их дети и мужья принадлежат государству. Поэтому молчание моря над телами погибших — это было естественно для президента, возвращавшего страну назад. «Наперсника возврата», как назвали его еще не получившие кляп в горло журналисты. Дикая, нестерпимая, неприличная ненависть президента к прессе, и прежде всего к НТВ, вырвалась наружу впервые там, в Видяево. В гибели моряков и во всех бедах страны оказались виноваты журналисты: «Телевидение? Значит, врет. Там есть на телевидении люди, которые сегодня орут больше всех и которые в течение 10 лет разрушали ту самую армию и флот, на которых сегодня гибнут люди. Вот сегодня они в первых рядах защитников этой армии. Тоже с целью дискредитации и окончательного развала армии и флота! За несколько лет они денег наворовали и теперь покупают всех и вся! Законы такие сделали!»

Как это Путин сказал про «Курск» в США? «Она утонула». Увы, не только она. Утонут в волнах нервно-паралитического газа заложники «Норд-Оста», и здесь уже придет конец НТВ, отследившему их смертный путь и равнодушие власти. Сгорят дети в Беслане, а А. Политковскую и А. Бабицкого устранят заранее, чтобы все было шито-крыто.

Душить будут тихо, в мешках. Эпоха безгласности докатится до ПетропавловскаКамчатского, где в сетях запутается военный батискаф «Приз». Его экипаж тоже приговорят, но наученные горьким опытом «Курска» жены, к досаде адмиралов и их начальства, поднимут скандал на весь мир, и англичане успеют спасти их мужей.

Власть хотела бы, чтобы мы тонули с криками «ура!» Жрецы путинского государства требуют жертв для своих алтарей.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.