Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Без политики

#Суд и тюрьма

Забористая страна

15.09.2008 | Османова Фаина | № 37 от 15 сентября 2008 года

Забор во всех его разновидностях определил наше мировосприятие. мировосприятие. И — миропотребление. В высоком смысле отечественного заборостроения разбирался The New Times

Бетон, камень, кирпич, дерево, лоза, металл, пластик, сеткарабица, чугунное литье, дерево, кустарники или так называемые шпалеры, зеленые стены из стриженых деревьев. Как вы думаете, для чего все это? Да очень просто: это все — материал для возведения заборов. На заборы, между прочим, работает целая индустрия. Старая шутка про «заборостроительный» техникум, где будто бы учатся одни долдоны, давно потеряла актуальность. Некоторые нынешние специалисты по заборам обладают знаниями и навыками не только в области строительства, сопротивления материалов, но и в электронике, акустике и многих других областях. Возвести забор — не поле перейти. Особенно если за забором будет проживать человек важный, состоятельный. Особенно если дом у него будет не щитовой халабудкой, а особняком с мраморным портиком, гаражом под ауди и проч. Такому человеку и забор нужен важный. По цене пять тысяч евро за десять метров. Высотой — четыре. В переломных местах — камеры наблюдения с системой ночного видения. По верху забора — умные сенсоры, способные распознать нарушителя по весу, скорости движения, температуре тела. Чтобы все работало, чтобы из-за какой-то белки не поднялась тревога, надо заканчивать не заборостроительный техникум. Тут подавай университет. Академию заборной службы. С дипломами международного образца…

Дело Тома Сойера

Пожалуй, самый знаменитый «литературный» забор, который приходит на ум, это забор, который красил Том Сойер. Между прочим, немалой высоты был заборчик. Такой не стыдно было поставить вокруг какой-нибудь номенклатурной дачки. Почти три метра высотой! Вот только номенклатурные заборы, за которыми сидели вожди, красили темнозеленой, так называемой заборной краской, ныне ставшей почти дефицитом. Хитрюга же Том Сойер забор покрывал известкой, то есть белил. Да к тому же делал вид, что покраска забора ему доставляет большое удовольствие, и, сказав приятелям, что «только хорошим мальчикам разрешают красить заборы», в результате наблюдал, как забор красят другие, еще и платившие всякими безделушками за право повозюкать кистью. Не зря, наверное, позже появился такой бизнестермин «дело Тома Сойера». Так называют прием, когда привлеченные работники сами же и платят за выполняемую ими работу.

Историю человечества, задолго до появления пресловутых номенклатурных заборов или забора тети Полли, вполне можно рассмотреть как историю этого предмета. Заборов знаменитых, изгородей малоизвестных, оград местного значения. Конечно, среди них есть такие, которые носят гордое наименование «стена», но от перемены имени суть, предназначение «заборовидного» сооружения не меняется. Сооружение, ограждавшее виноградник, к которому прижалась увидевшая ангела с горящим мечом Валаамова ослица и не выдержавшие акустического воздействия стены Иерихона; Великая Китайская стена, построенная для защиты целой страны; стена Берлинская, появившаяся и исчезнувшая исключительно по политическим мотивам, железобетонная трагедия целого народа; строящаяся с использованием новейших «заборных» технологий стена между Израилем и Палестинской автономией — все это не более чем заборы, чье главное предназначение — разделять и не пускать, скрывать и защищать. Ну и само собой разумеется — стена Кремлевская, символ российскосоветско-российской государственности.

Случай Ринго Старра

Видимо, поэтому, несмотря на то что и в других странах достигли больших успехов в заборостроении, именно в России заборы приобрели такое первостепенное значение. Забор — наше все. Забор во всех его разновидностях определил наше мировосприятие и миропотребление. Отгородиться, чтобы чувствовать себя в безопасности. Чтобы тебя не видели другие. Чтобы никто не разевал рот на твой шашлык. Что по-человечески, быть может, и понятно. Вот когда сосед по даче построил высокий и непроницаемый забор, он объяснял свои действия тем, что дом-то стоит у всех на виду, а он любит утром выйти на крыльцо в чем мать родила. Хотя другой сосед выходит и так, обладая низеньким и редким заборчиком. Просто два разных психологических типа!

Даже переселяясь туда, где оградам не отводится такой важной роли, наши сограждане в первую очередь начинают их строить. Известен случай, когда лет десять тому назад один российский бизнесмен купил в Лондоне дом, в котором когда-то некоторое время жил Ринго Старр, и тут же начал надстраивать прежний, британский невысокий забор, явно собираясь привести его к родным нормативам. Соседи пришли в ужас. Новый забор должен был в корне изменить облик тихого, традиционного района. Выбрали делегатов, и те попытались уговорить бизнесмена свернуть строительство. Делегатам в довольно резкой форме было указано на дверь. Но оказалось, что мистер Старр продолжает оставаться членом муниципального совета того района, в котором он когда-то жил. Позвонили мистеру Старру. Далее все лучше узнать со слов любящего изгороди бизнесмена: «Сижу дома. Один. После тяжелого дня. Слышу — звонок. Иду, открываю. Стоит какой-то небритый кекс, в круглых темных очках. Говорит, что, мол, у него ко мне просьба. Я бы его послал, но мне он когото так сильно напомнил, что приглашаю войти. Он входит, оглядывается. Говорит, что благодарен мне за то, что я не стал ничего в доме перестраивать и менять. Я хмыкаю и говорю, что жена как раз заканчивает — она у меня дизайнер, правда, по букетам — проект полной перестройки. Кекс начинает несколько нервничать и снимает очки. И тут я его узнаю! Мама дорогая! Пот даже прошибает. А он говорит, что пришел он по поводу забора, что, если я его надстрою, от этого его любимый квартал станет совсем другим. А ему облик квартала очень дорог. Ну что, что я мог ему сказать? Да, конечно, я тут же пообещал все работы свернуть, восстановить прежний заборчик. Ринго так любезно улыбается и меня — меня! — благодарит. Мы пожимаем друг другу руки. Я предлагаю по чуть-чуть. Он, оказывается, в завязке. Я предлагаю чай. Кофе. Сок. Отказывается, говорит — дела, но еще раз благодарит. И уходит! А я хотел с ним спеть Octopus garden на два голоса! Я в школьном ансамбле ее пел…» Бизнесмен сдержал слово. Более того, он отказался перестраивать дом по проекту своей жены, что вызвало полный и окончательный разрыв, развод, раздел имущества. Живет, к слову, сейчас на Рублево-Успенском и там уж оттянулся по полной: его забор считается самым высоким, самым дорогим и т.д. и т.п. Компенсация. А быть может, уже не верит, что к нему когда-нибудь вновь по старой памяти заглянет Ринго Старр. И — страдает…

Забор как символ

Впрочем, функциональностью суть оград не исчерпывается. Да, заборы можно квалифицировать как загон для домашнего скота, для защиты культурных посевов, для изоляции нарушителей закона, для защиты промышленных и научных секретов от врагов и шпионов... Список можно продолжать и продолжать, но у нас скорее всего получится «китайская квалификация», то есть такая, в которой, по Борхесу, нет единого основания. Ведь заборы давно уже не выполняют своей функции защиты от неких посягательств. Любая изгородь преодолима. И посему заборы стали определять собой некий символ благополучия и свободы. Статус. Благосостояние. И — притязания. Иными словами, смыслы, стоящие — прошу прощения! — за забором, каким-то особенным образом действительно включаются в то, что принято нынче называть менталитетом. Видимо, это наша, российская особенность: отгораживаться, выстраивать по отношению к агрессивному внешнему миру еще более агрессивную защиту. Но это вовсе не тот случай, когда минус на минус дает плюс.

Мы поехали за город,

А за городом дожди,

А за городом заборы,

За заборами — вожди.

Там трава несмятая,

Дышится легко,

Там конфеты мятные

«Птичье молоко».

За семью заборами,

За семью запорами,

Там конфеты мятные

«Птичье молоко»!

Там и фауна, и флора,

Там и галки, и грачи,

Там глядят из-за забора

На прохожих стукачи.

Ходят вдоль да около,

Кверху воротник...

А сталинские соколы

Кушают шашлык!

За семью заборами,

За семью запорами

Сталинские соколы

Кушают шашлык!

А ночами, а ночами

Для ответственных людей,

Для высокого начальства

Крутят фильмы про блядей!

И, сопя, уставится

На экран мурло:

Очень ему нравится

Мэрилин Монро!

За семью заборами,

За семью запорами

Очень ему нравится

Мэрилин Монро!

Мы устали с непривычки,

Мы сказали: Боже мой!

Добрели до электрички

И поехали домой.

А в пути по радио

Целый час подряд

Нам про демократию

Делали доклад.

А за семью заборами,

За семью запорами,

Там доклад не слушают —

Там шашлык едят!

«За семью заборами» Александр Галич, Геннадий Шпаликов, 1961 год


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.