Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Родное

#Суд и тюрьма

Количество сторонников продления пребывания Путина у власти увеличилось.

12.02.2007 | № 01 от 12 февраля 2007 года

как за счет затруднявшихся ответить, так и за счет тех, кто еще недавно с разной степенью решительности противился этому сценарию.

заместитель генерального директора Центра политических технологий

Незадолго до своей кончины Юрий Александрович Левада сказал о выборах 2008 года, что «в конечном итоге россияне будут хотеть того, кого им предложат». Это наблюдение является наиболее емким ответом на вопрос о том, кто же, с точки зрения граждан России, должен быть преемником Владимира Путина.

Действительно, результаты опросов «ЛевадаЦентра» свидетельствуют о том, что главным кандидатом в президенты для населения попрежнему остается Владимир Путин. Если в сентябре 2005 года целиком положительно и скорее положительно к внесению изменений в Конституцию, предусматривающих возможность третьего срока, относились лишь 44%, то в мае 2006 года — уже 59%. При этом количество сторонников продления пребывания Путина у власти увеличилось как за счет затруднявшихся ответить (их число сократилось с 19 до 12%), так и не в меньшей степени за счет тех, кто еще недавно с разной степенью решительности противился этому сценарию (осенью 2005 года таковых было 37%, весной следующего года — только 29%).

С чем связана такая эволюция предпочтений россиян? Видимо, с двумя основными факторами. Во-первых, с самим фактом приближения выборов: люди начали задумываться о том, что казавшаяся крайне отдаленной перспектива ухода Владимира Путина с президентского поста становится вполне реальной. Соответственно, растет желание сохранить статус-кво, основанный на неформальном договоре между государством и обществом. Этот договор заключается в том, что власть обеспечивает населению стабильность и минимальные блага (в первую очередь своевременную выплату пенсий и зарплат бюджетникам), а общество, в свою очередь, перекладывает на власть ответственность за политические процессы. Потребителями стабильности являются и высокооплачиваемые наемные работники, которые набрали кредитов, «втянулись» в ипотечные схемы и не желают не только великих, но даже малых потрясений. В стабильности заинтересован и бизнес, который хотя и стонет по поводу коррупции со стороны силовых и гражданских чиновников, но одновременно умеет минимизировать риски, устанавливая нужные связи (кои не хочет — слишком дорого — менять) и адаптируясь к неблагоприятным обстоятельствам.

За время действия этого договора (с начала путинского президентства) общество отвыкло от того, чтобы делать осознанный выбор в политической сфере и принимать на себя ответственность за его последствия. Так было и в 70-е годы — и только падение нефтяных цен (и последовавшая за этим неспособность тогдашней власти платить за лояльность) заставило людей делать реальный выбор.

Вторая причина стремления сохранить статус-кво — надежда на то, что и дальше будет реализовываться (с теми или иными поправками) существующий политико-экономический курс. Прежде всего речь идет о социальной политике, в которой власть уже в 2005 году начала учитывать постепенный рост общественных ожиданий. Отсюда и национальные проекты, и особенно демографическая инициатива: многие семьи всерьез надеются на получение 250 тыс. рублей — для Москвы суммы весьма небольшой, но для провинции очень привлекательной.

Что будет, если Путин все-таки не пойдет на изменение Конституции и третий срок? Общество готово переложить на него ответственность за выбор кандидатуры преемника: более трети избирателей изначально согласны поддержать любого преемника, которого выберет Путин. Не менее важно, что принципиально за другого кандидата готовы проголосовать лишь 14–16% — это последовательные сторонники двух субкультур, игравших ключевые роли в электоральной картине России 90х годов, – коммунистической и демократической. Теперь большинство из них оказались в лагере Путина, а «ядерных» электоратов коммунистов и демократов не хватает для того, чтобы создать внятную альтернативу путинскому режиму.

Что же касается остальных избирателей, то 35% в сентябре прошлого года полагали, что их выбор «зависит от обстоятельств», не исключая, следовательно, возможности проголосовать за преемника, и 12% затруднились ответить. Есть все основания считать, что большинство из них проголосуют за преемника под влиянием активной телевизионной агитации и вполне понятного «конформистского» желания оказаться с большинством.

Впрочем, у различных избирателей сейчас есть своя точка зрения на то, кто из возможных преемников является более предпочтительным. В январе 2007 года были опубликованы данные «Левада-Центра», согласно которым «модернизаторские» группы населения в большей степени склоняются к поддержке Дмитрия Медведева, а «традиционалистам» импонирует Сергей Иванов. Скорее всего, дело здесь не столько в осознанном выборе, сколько в телевизионном факторе: рейтинг Медведева в основном связан с его масштабным присутствием на телеэкранах в прошлом году, причем информационные поводы, которые он создает, носят преимущественно социальный характер, что импонирует наименее защищенным слоям населения.

Впрочем, президентские рейтинги и Медведева, и Иванова (пока первый, по данным «Левада-Центра», обходит второго) носят сейчас весьма условный характер: большинство сторонников каждого из них без особых проблем перейдут на сторону «условного противника», если именно его Владимир Путин выберет своим преемником. Равно как не имеют большого электорального значения и те качества, которые респонденты считают необходимыми для кандидата в преемники. Их суммировал генеральный директор ВЦИОМ Валерий Федоров, основываясь на исследованиях своего центра: «Это должен быть профессиональный политик, имеющий опыт работы на ключевых постах в федеральных структурах, достаточно молодой и энергичный, разбирающийся в экономике». Нетрудно заметить, что это, по сути дела, портрет Владимира Путина. Таким образом, избиратели уверены, что Путин, уходя с президентского поста, оставит на хозяйстве своего alter ego.

За Медведева высказывается 30% молодых избирателей (за Иванова — 24), 34% респондентов с высшим образованием (за Иванова — 19), 31% с высоким доходом (за Иванова — 21%), 23% предпринимателей (за Иванова — 18). В то же время Иванова поддерживают 34% пенсионеров (Медведева — 27). Однако и здесь не все просто. Так, Медведев является безусловным фаворитом для домохозяек (31% против 11% за Иванова), его также поддерживает большее число рабочих — 30% (Иванова — 22%) и традиционно консервативных сельских жителей — 34% (Иванова — 27%).

Еще прошлой весной 51% респондентов «Левада-Центра» полагали, что на выборах «будет создаваться видимость борьбы, а президентом все равно признают того, на кого укажет Путин». Лишь 33% признавали возможность реальной электоральной конкуренции. А раз так, то есть серьезные основания полагать, что результат президентских выборов будет зависеть от выбора единственного избирателя.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.