Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Картина мира

#ФСБ

Железный занавес для корреспондента The Guardian

14.02.2011 | Юнанов Борис , Барбан Ефим | № 05 (190) от 14 февраля 2011 года

На этой неделе дипломатический скандал разрешился. Журналист The Guardian прибыл в Москву

36_490.jpg

Пограничное состояние.
14 февраля глава МИД России Сергей Лавров прибывает в Лондон — готовить намеченный на этот год визит британского премьера Дэвида Кэмерона в Россию. Фон у этой командировки, мягко говоря, не лучший. Только что мир с любопытством и недоумением наблюдал, как прямо из аэропорта Домодедово был депортирован собственный корреспондент британской газеты The Guardian Люк Хардинг. Причем ни МИД, ни даже Кремль о попадании Хардинга в черный список ФСБ ничего не знали — во всяком случае так они говорят. И самое невероятное: Москва пошла на попятную, пообещав репортеру новую визу взамен аннулированной на границе. The New Times попытался найти внятное объяснение происшедшему 

Люк Хардинг — первый со времен холодной войны британский журналист, высланный из России. В 1989 году КГБ отправил домой корреспондента The Sunday Times Ангуса Роксборо — в ответ на высылку правительством Тэтчер одиннадцати советских дипломатов из Британии по обвинению в шпионаже**В 2008-м ФСБ не впустила в страну Саймона Пирани, но тот не был официально аккредитованным журналистом.. Перед отъездом Роксборо звонил своим советским друзьям и просил их поверить, что он не шпион. Друзья верили. Роксборо вернулся в Россию в 1990-х — после смены политического строя. Вернется ли Хардинг?

За что пострадал?

Версий гуляет много. Наказан за то, что написал книгу о Wikileaks и подробно рассказывал о тех характеристиках — «мафиозное государство», — которые давали в своих шифротелеграммах российской власти и ее первым лицам американские дипломаты. За то, что много писал о ситуации на Северном Кавказе — в Ингушетии и Чечне: ведь в  2006 году во въездной визе было отказано британскому журналисту Томасу де Ваалю, который написал острокритическую книгу о войне в Чечне. Еще — ездил к Ходорковскому в Читу и готовил публикацию статьи знаменитого зэка в The Guardian. Еще — тесно общался с российской оппозицией, помогал Борису Немцову и Владимиру Милову готовить доклад «Путин. 10 лет. Итоги». Хардингу могли отомстить и за мытарства российской гражданки Екатерины Затуливетер, помощницы британского евродепутата Майкла Хэнкока: вначале ее подозревали в шпионаже, а теперь просто хотят депортировать. Скандал вокруг Затуливетер разгорелся в конце декабря, Хардинга в тот момент в России не было — взяли и внесли по-тихому в черный список.
 

Скандал с Хардингом случился в самый неподходящий момент для Сергея Лаврова, у которого в Лондоне — обширная программа


«Хотя ФСБ не отчитывается перед МИДом, согласование любых ответных мер идет по линии обоих ведомств, и наше начальство обычно в курсе таких вещей, — поведал The New Times на условиях анонимности один из сотрудников МИД России. — Тут немного другая история…» Базы данных ФСБ и Управления по обслуживанию дипломатического корпуса (УПДК), обслуживающего иностранцев, включая журналистов, объединены. ФСБ полностью в курсе, когда кто-то из иностранцев сдает дела и уезжает. Однако в случае с Хардингом все могло произойти иначе: вначале МИД принял решение не продлевать ему аккредитацию — и это ушло в фээсбэшную базу. Но потом с англичанами договорились о продлении визы до мая, чтобы дети Хардинга смогли окончить здесь школу, а вот это-то решение, допускает собеседник журнала, могло в базу и не попасть, особенно если было принято перед самым его отъездом.

36-1.jpg
Сергею Лаврову придется делать вид, что ничего не произошло...
36-2.jpg
...а премьеру Кэмерону, что он рад визиту Лаврова

Министерский звонок

Скандал с Хардингом случился в самый неподходящий момент для Сергея Лаврова, у которого в Лондоне — обширная программа. Лавров не любит, когда ему вставляют палки в колеса, пусть даже невзначай, и хорошо знает, с кем советоваться. 2 августа 2007 года наша арктическая экспедиция установила на дне Северного Ледовитого океана титановый российский триколор. Поднявшись на поверхность, один из руководителей экспедиции, депутат Госдумы Артур Чилингаров провозгласил: «Главный итог экспедиции — мы доказали: Арктика наша… И мне наплевать, что говорят всякие зарубежные политики по этому поводу». Но Лаврову было не наплевать. Из-за демарша Чилингарова пошли насмарку трудные переговоры с Канадой о разграничении Арктического шельфа. «Тогда министр пожаловался президенту, и тот спустил лозунг «Арктика наша» на тормозах», — продолжает рассказ дипломат. Так же и сейчас: в решении Москвы пойти на попятную, чтобы спасти наметившийся подъем в отношениях с Лондоном, решающий голос был за премьером Путиным, которому наверняка звонил Лавров, уверяет собеседник журнала.

36-3.jpg
Екатерина Затуливетер ждет депортации из Лондона...
36-4.jpg
...Люка Хардинга уже не пустили в Москву

Развязка наступила 9 февраля, после того как пресс-секретарь российского премьера Дмитрий Песков заявил, что связывать депортацию Люка Хардинга и его критические публикации о России, в том числе о Путине, «совершенно неуместно»: «В нашей практике подобных методов не было и нет. Действительность это доказывает». По словам собеседника The New Times, для мидовцев тональность заявления стала сигналом: пора отыгрывать назад.



Хронологию дипломатического скандала The New Times восстановил с помощью самого Люка Хардинга

5 февраля
Хардинг прилетает в Россию после двухмесячного отсутствия. В кармане у него паспорт с российской визой, действительной до мая. «Россия для вас закрыта», — говорит Хардингу пограничник. Никаких объяснений.

7 февраля
Звонок главы Форин офиса Уильяма Хейга Сергею Лаврову: англичане просят разъяснений. Наш министр застигнут врасплох: он не в курсе высылки, но обещает выяснить ее причину. Для этого российским властям понадобились еще сутки.

8 февраля, утро
Согласно заявлению главы департамента информации и печати МИД РФ Александра Лукашевича, Хардинг нарушил правила аккредитации: уезжая из России, он не получил выписанное ему новое удостоверение иностранного корреспондента.

«То, что я якобы нарушил правила аккредитации, — чепуха, — говорит Хардинг в интервью The New Times. — Я мог получить новое удостоверение по приезде в Россию, что и хотел сделать. Официальные российские представители неоднократно давали мне понять на протяжении четырех лет моей работы в Москве, что они крайне неодобрительно относятся к тому, что я пишу. Хотя то, что я писал, ничем не отличалось от того, что вы пишете у себя в The New Times. Очень трудно понять мотивы действий российских властей, поскольку решения спецслужб принимаются в России втайне, нет прозрачности и в работе других ведомств».

8 февраля, вечер
Москва предъявляет еще одну претензию Хардингу: тот без разрешения появлялся в местах спецопераций и районах, закрытых для иностранцев. В то же время неназванный источник в Кремле в интервью «Интерфаксу» высказывает сомнение в том, что Хардинг «пострадал» за свою профессиональную деятельность.

«После терактов в московском метро я решил отправиться на Северный Кавказ, чтобы понять истоки российского терроризма, — разъясняет нам журналист. — Это была абсолютно законная командировка. Мы связались с пресс-секретарем президента Ингушетии и попросили его организовать интервью в Назрани с Юнус-Беком Евкуровым. Он сказал: «О’k». После этого мы направили письмо в ФСБ с просьбой проверить безопасность мест, которые я хотел посетить. Ответа не получили. Я прилетел во Владикавказ, откуда без проблем прибыл в Назрань. Там я взял интервью у работавшего в ингушском отделении общества «Мемориал» правозащитника. Организация интервью с Евкуровым, как мне сказали, затягивалась. Но в тот же день в Ингушетии были задержаны сотрудниками ФСБ три журналиста из агентства Франс Пресс; я подумал, что не стоит оставаться в Назрани и решил вернуться на машине во Владикавказ. На границе Ингушетии и Северной Осетии я был остановлен сотрудниками ФСБ, которые сообщили, что днем раньше были изменены правила посещения иностранцами этого региона, и Назрань, которая была открыта для иностранцев, сейчас закрыта для них. Они пошутили, даже предложили мне выпить, после чего я подписал какую-то бумагу и уехал. Это все, что можно сказать о моем задержании на Северном Кавказе. Мне не напоминали об этом инциденте до ноября прошлого года, когда российские власти решили не продлевать мою аккредитацию. Я спросил их, почему к высланным из Назрани журналистам Франс Пресс не были приняты такие же меры и они продолжают работать в Москве, но ответа не получил. Лишь после вмешательства британского посольства мне продлили визу и аккредитацию до конца мая. Меня наверняка включили тогда в черный список, почему и была аннулирована моя виза в Домодедово, когда я вернулся в Россию».

9 февраля
Депутат британского парламента лейборист Крис Брайант требует отмены визита главы МИДа Сергея Лаврова в Лондон. Ситуация накаляется. Развязка наступает после озвученного в тот же день заявления нашего МИДа о готовности выдать Хардингу новую визу в российском посольстве в Лондоне, если тот «урегулирует все технические вопросы». Никаких извинений.

Хардинг:
«Я за четыре года полюбил Россию, у меня там много друзей. Мне нравилось там работать. Честно говоря, меня тянет вернуться, но решение зависит не только от меня, но и от газеты. Я должен обсудить свои дальнейшие шаги со своим главным редактором и только после этого приму решение».



Алан Расбриджер, главный редактор The Guardian — Евгении Альбац: «Внятных объяснений нет до сих пор»

В 2007 году Наталья Морарь, корреспондент нашего журнала, гражданка Молдовы, была также задержана на границе, и ей до сих пор закрыт въезд в страну, это произошло после публикации ее расследования «Черная касса Кремля» о коррупции в ходе парламентской кампании. А по какой причине, на ваш взгляд, закрыли въезд Люку?

Внятных объяснений нет до сих пор. В первый раз ему хотели закрыть въезд в октябре-ноябре — отказались продлевать визу. Тогда мы обратились с просьбой о помощи к нашему правительству — и Люку продлили визу на 6 месяцев.

А как объяснили тогда, осенью, почему не продлили визу?

Объяснения были какие-то странные, надуманные. Что-то про то, что у него не было разрешения ездить на Северный Кавказ, но это была неправда. Но даже если он что-то и нарушил, то эти нарушения не были настолько серьезными, чтобы закрывать визу.

Одна из гипотез: Люк писал про Wikileaks, а в шифрограммах была масса всего неприятного для российских властей?

Возможно, но это не объясняет, почему у него проблемы начались еще в октябре — до того, как были опубликованы первые телеграммы Wikileaks.

Возможно, стало известно, что он уже пишет книгу о Wikileaks?

Ну, сначала речь шла о серии статей. К тому же узнать о степени вовлеченности Люка в эту историю можно было, только если ваши спецслужбы отслеживали его электронную почту.

Конечно, отслеживали!

Если так, то, возможно, они решили нанести упреждающий удар. Книга Люка о Wikileaks вышла 31 января, в Россию, как известно, он хотел прилететь 5 февраля. Быть может, ваши чиновники успели разглядеть его имя на обложке, и это явилось для них достаточным основанием, чтобы закрыть ему въезд в страну… Однако это не помешает нам писать о России — у нас есть в Москве второй корреспондент. И мы будем продолжать освещать события в вашей стране.



The Guardian
ежедневная либеральная газета, основана в Манчестере в 1821 году под названием The Manchester Guardian. В 1959 году сменила название на нынешнее. Воскресный выпуск оформлен в виде газеты The Observer. Тираж — 355 750 тыс. За последние два года он упал на 40 тыс. Важно, однако, что среднее число реальных читателей газеты в Англии определяется путем умножения тиража на три — получается около 1 млн человек ежедневно. У The Guardian самый высокий в Европе показатель посещаемости ее сайта по отношению к тиражу: 125. Число пользователей интернет-версии постоянно растет, сейчас их около 18 млн. Две трети из них живут за пределами Британии.





От редакции:
Журналист британской газеты Guardian Люк Хардинг, которому неделю назад отказали во въезде в Россию, получил российскую визу в посольстве России в Лондоне и в субботу прибыл в Москву, сообщила в воскресенье Газета.ру. В понедельник он должен будет получить журналистскую аккредитацию, сообщил глава ассоциации иностранной прессы в Москве Адиб аль-Сайед.




×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.