Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Главное

#Политика

300 шагов к трону

19.01.2009 | Гуриев Сергей , Ситников Алексей | №01-02 от 19.01.09

Техзадание для оппозиции

Российское общество начало осознавать глубину экономического кризиса. Уже понятно, что спад ВВП в России, скорее всего, будет сильнее, чем в Америке и Европе, что кризис может привести к серьезному сокращению зарплат и рабочих мест, то есть ударить не только и не столько по олигархам и инвестбанкирам, сколько по простому россиянину. Неудивительно, что на фоне все новых кризисных новостей появились разговоры о возможном падении рейтингов президента и премьер-министра — и о смене власти. Какие лидеры нужны российской оппозиции в этих условиях? The New Times открывает дискуссию

Интернет и газеты полны обсуждений уже не абстрактных возможностей, а конкретных сценариев прихода оппозиции к власти. Уже начались и уличные протесты. Пока их участники немногочисленны и лозунги направлены в сторону власти, требуя от нее отмены или коррекции отдельных экономических решений. Власть отвечает и силой, и экономическими мерами — составив список из 300 предприятий, благосостояние которых особенно важно для социальной стабильности, предложив меры по поддержке безработных и т.д. Но с развитием экономического кризиса, с ростом безработицы социальный протест может усилиться; наверняка появятся и требования смены политического режима. Пока непонятно, как выстроенная в последние годы вертикаль власти отреагирует на массовый социальный протест. В отсутствие избранных губернаторов вектор любого протеста неизбежно будет направлен непосредственно против федеральной власти, которая за последнее десятилетие обрела поддержку благодаря экономическому росту и росту благосостояния граждан.

Беды оппозиции

Если оппозиция хочет прийти к власти, ей нужно ответить на вопрос: что дальше? В этом пока оппозиция гораздо слабее власти, которая записывает себе в актив и удвоение ВВП, и вполне успешную борьбу с кризисом, и наличие долгосрочной экономической программы. Оппозиция, по-видимому, пока настолько не уверена в своей победе, что для нее главное — «скинуть ненавистный режим», а там «посмотрим». Кроме того, оппозиция разрозненна. Несмотря на очевидную необходимость создания объединенной демократической силы, амбиции лидеров не заходят дальше объединения усилий во имя критики существующего режима, создания условий для его ослабления — но не для объединения вокруг конструктивной повестки дня.

Даже если демократической оппозиции удастся прийти к власти, отсутствие продуманной программы приведет к очередной компрометации «демократов». Оппозиция сегодня практически не умеет общаться с людьми, разделяющими принципы свободы, конкуренции и демократии. Таких людей в стране, по различным оценкам социологов, насчитывается около 25%. Большинство из них — это люди дела, их не может не отталкивать отсутствие у оппозиции команды и программы. Этим сегодняшняя оппозиция отличается от «молодых реформаторов» начала 90-х — группы экономистов, которым удалось не только получить власть, но и реализовать большую часть задуманных реформ. Но до прихода к власти «молодые реформаторы» провели несколько лет в обсуждениях планов действий и опыта других стран — на семинарах в Ленинграде и Москве.

Есть ли такая команда у сегодняшней оппозиции? Может ли она сформироваться вокруг Программы «300 шагов к свободе»?1 Программа должна быть глубоко проработана и принята критической массой оппозиционеров. Пока не видно ни того, ни другого. Тем не менее эта программа — набор ключевых принципов, определяющих позитивную повестку дня. Отличительной чертой «300 шагов» является почти полное отсутствие отрицательной риторики в отношении действующей власти и акцент на относительно конкретные шаги по пути развития конкуренции, снижения чрезмерного давления государства на бизнес, воссоздания институтов горизонтальной и вертикальной подотчетности государства перед обществом — мер, нацеленных на активизацию потенциала граждан как «свободных агентов», действующих в правовом пространстве.

Люстрация: возможна ли она?

Одно из отличий политического процесса в России от процесса демократизации в восточноевропейских странах — это полный отказ от люстрации, как формальной, так и неформальной. В России не произошло характерной для большинства восточноевропейских стран смены элиты. В России членство в КПСС и работа в КГБ до сих пор не компрометируют политика или чиновника. Это обусловлено объективными причинами: любой профессиональный успех был возможен только внутри правящей партии. Поэтому даже победившая в начале 90-х годов демократическая оппозиция в России не могла не опираться на старую управленческую элиту.

Сегодня ситуация иная. Возможности для смены элит уже созданы — появился значительный класс профессионалов из числа представителей бизнеса. Процесс «утечки мозгов» сформировал значимую, по сравнению с 90-ми годами, интеллектуальную и деловую диаспору, интегрированную в глобальную элиту.

Процесс смены элиты уже начался. Пример — назначение Никиты Белых на пост губернатора Кировской области. То, что один из самых непримиримых критиков политического режима принял предложение стать частью вертикали власти, показательно. Во-первых, это знак того, что (по крайней мере, с точки зрения Белых) политическую карьеру в современной России можно сделать только внутри власти, пусть и не вступая в правящую партию. Во-вторых, это и признак открытости власти к привлечению новых профессионалов, ориентированных на конструктивную работу. Они должны прийти на смену коррумпированной, основанной на личной лояльности, непрофессиональной элите, сформировавшейся сегодня в большинстве регионов. Теперь, когда бывшие советские лидеры уже не составляют большинства среди руководителей субъектов Федерации, открывается уникальное «окно возможностей» для замены руководящих кадров как в федеральных, так и в региональных органах власти.

Поэтому даже в случае прихода к власти оппозиция опять не сможет — и не захочет — провести люстрацию. Изменения в структурах правящей элиты России будут носить скорее эволюционный, а не революционный характер. Людей, разделяющих принципы программы «300 шагов к свободе», и так много и среди высокопоставленных чиновников, и даже среди членов «Единой России». И напротив, в сегодняшней же оппозиции мало людей, имеющих реальный политический и бюрократический опыт.

Уличные или кабинетные?

Многие «уличные» лидеры стараются не задавать себе вопросов о том, что делать после смены режима (это замечательно описано в романе нацбола Захара Прилепина «Санькя»). Некоторые, впрочем, понимают, что они могут лишь способствовать смене власти, но не управлять страной. Это будут делать либо сегодняшние чиновники, либо новые лидеры — с образованием и опытом работы в правительстве или бизнесе. Откуда возьмутся такие лидеры? Возможно, новыми лидерами станут сегодняшние «несогласные», которые получат образование и опыт работы. Или, напротив, сегодняшние чиновники или бизнесмены. Куда важнее, впрочем, определиться не с персоналиями, а с критериями, которым они должны удовлетворять. Очевидно, что новые лидеры должны обладать несколькими ключевыми качествами.

Профессионализм: сегодня уже невозможно управлять экономическими, политическими и социальными процессами, руководствуясь харизмой и присущим успешным политикам «видением». Способность делать правильные шаги в условиях неопределенности основана не только на силе воли, везении и интуиции, но и на профессиональных знаниях и навыках, как технократических, так и политических. Важны не только способность понять суть происходящего и принять эффективные решения, но и умение объяснить эти решения гражданам страны. Необходимо положить начало формированию институтов вертикальной подотчетности (но не популизма), основополагающих для государства с демократической формой правления.

Интегрированность в глобальную элиту: эти качества важны прежде всего для формирования продуманной и рациональной внешней и внешнеэкономической политики, определения интересов России в глобальном мире и их защиты в условиях экономических и политических вызовов. Чтобы эффективно отстаивать интересы России на международной арене, необходимо говорить на одном языке с коллегами, определяющими политику ведущих мировых держав. Сегодня многие решения во внешней политике являются отражением «реактивного», а не «проактивного» мышления. Россия не использует возможностей рационального партнерства с ведущими мировыми державами и продолжает рассматривать их в роли вероятных противников. Это, безусловно, противоречит национальным интересам России (см. статью на стр. 34. — The New Times).

Приверженность правовым и демократическим процедурам: новые лидеры должны полностью исключить ложь и лицемерие в отношении основополагающих демократических принципов. Граждане страны не могут не замечать значительных расхождений между декларируемой приверженностью принципам независимости судебной системы и очевидной ангажированностью многих судебных решений; разгула коррупции на фоне многочисленных заявлений о беспощадной борьбе с ней; рассуждений о свободе слова на фоне тотального контроля власти над большинством СМИ. Новые лидеры должны разделять принципы конкурентной политической борьбы, в которой каждый участник имеет равные условия.

Личные качества, соответствующие проповедуемым ценностям: честь, совесть и достоинство, неведомые многим современным политикам и бюрократам, должны стать определяющими для лидера нового поколения. Терпимость к другому мнению, уважение прав меньшинств должны стать безусловной основой работы новых российских политиков.

Лидеров, полностью отвечающих таким требованиям, сегодня почти нет. Но чем раньше эти критерии будут восприняты новым поколением российских политиков, тем скорее такие политики смогут привлечь внимание и завоевать доверие людей.

_______________

1 Программа, подготовленная группой экономистов к учредительному съезду движения «Солидарность».


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.