Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Культура

#Суд и тюрьма

Русские скинхеды пришли в Берлин

16.02.2009 | Абдуллаева Зара | №06 от 16.02.09

Берлинский Интернационал. Среди трех главных мировых киносмотров Берлинале славится политическими интересами. Однако в последнее время политическое или социальное кино все чаще упаковывает острые вопросы в гламурную или политкорректную форму. The New Times рассказывает об основных героях и тенденциях фестиваля

59-й Берлинский фестиваль открылся мегапроектом немецкого режиссера Тома Тыквера «Интернационал». Автор культового европейского фильма «Беги, Лола, беги» (1998) уже давно имеет голливудские амбиции. Но после провального «Парфюмера» решил обратиться к более актуальной и несомненно более модной проблематике. В его новейший «Интернационал» входят торговцы оружием и банкиры, отмывающие миллиардные суммы. Агент Интерпола вместе с американским юристом, которых играют голливудские celebrities Клайв Оуэн и Наоми Уоттс, расследуют убийство, ведущее к главарям коррумпированной банковской сети. Они надеются добиться хоть какой-то справедливости в тотально несправедливом мире. Увы!

По следам «Вавилона»

Отдельные негодяи погибают, но дело их живет. Громадный бюджет, съемки в европейских и азиатских столицах, в Нью-Йорке свидетельствуют о яростном намерении немецкого режиссера встроиться в глобальный кинорынок. Единственная нескучная сцена — перестрелка в музее Гуггенхайма. Тем не менее «Интернационал» — идеальная картина для открытия Берлинале. Потому что мечта европейских режиссеров, начинавших свою карьеру в авторском кино, — достичь статуса мегазвезд — становится, похоже, заразительной. Некогда замечательный шведский режиссер Лукас Мудиссон снял большое кино, задумав своим «Мамонтом» пойти по следу голливудского «Вавилона».

В «Мамонте» Мудиссон озаботился критикой глобализма, прямолинейно столкнул в живописном изображении богатых ньюйоркцев и беднейших филиппинцев, счастливых белых детей и темнокожих, изуродованных социальным бесправием. Чтобы прикрыть плакатную примитивность сюжетных коллизий, Мудиссон выбрал вроде лихую, но не первой свежести структуру повествования. Однако и она не спасла.

Впрочем, душевные страдания миллионерадизайнера веб-сайтов Лео (Гаэль Гарсия Берналь), печаль его измотанной жены (Мишель Уильямс), которая работает хирургом на скорой помощи, драма няни-филиппинки, покинувшей ради заработка своих сыновей, зрелище роскошной квартиры в Сохо и шикарной мусорной свалки в Маниле могут впечатлить поклонников «серьезного кино» в гламурной стилистике.

Среди претендентов на награду (на момент подписания номера имена победителей еще не были названы) англичанин Стивен Долдри («Билли Элиот», «Часы»), еще один европеец, ринувшийся завоевывать Голливуд. Его «Чтец», снятый по бестселлеру Бернхарда Шлинка, разыгранный Ральфом Файнсом, Кейт Уинслет и восходящей немецкой звездой Дэвидом Кроссом, посвящен теме Холокоста и проблематизирует вину и покаяние немцев. Камерная любовная история школьника Михаэля и зрелой трамвайной контролерши Ханны в середине 50-х перерастает в эпическую драму, длящуюся до 90-х годов прошлого века (подробнее об этом фильме — в интервью Кейт Уинслет на стр. 42). «Чтец», конечно, пробуждает и разум, и чувствительность грамотных зрителей, но сделана эта картина, несмотря на старательную Уинслет в возрастной роли, по лекалам грубоватого голливудского продукта.

«Россия для русских»

На этом фоне фильм «Россия 88» дебютанта Павла Бардина, показанный в программе «Панорама», совсем другой случай. В России нет политического кино. Зарубежные документалисты делают фильмы о Политковской, а у наших режиссеров тяги к такого рода проблемам нет. Нет даже потуг на хрупкие знаки морального беспокойства. Абсолютная социальная анемия… На этом фоне фильм Бардина — исключение из правил. Число 88 в названии этой игровой картины отсылает к восьмой букве латинского алфавита, а две цифры скрывают в себе призыв «Хайль Гитлер». Авторы «России 88» рассказывают о том, как на нашей почве, в столичном пространстве фашизм расцветает и получает питательную среду. Скинхеды находят приют в подвале, где окопался «военно-патриотический кружок», под «крышей» участкового милиционера, имеющего свой коммерческий интерес: контролировать «лиц кавказской национальности» на рынках.

«Россия — для русских?» — задают вопрос прохожим на улицах Москвы, которых фиксирует камера одного из героев фильма, полукровки еврея по кличке Абрам, снимающего рекламные ролики о своих собратьях по взглядам. Редкая в нашем кино техника стилизации под документ, эффект хоумвидео (оператор Сергей Дандурян) создают ощущение некой сверхреальности, которая ускользает от взгляда камеры в нашем документальном кино. В исторические кадры оператора-фашиста должны попасть и ликвидация гастарбайтеров на стройке, на рынке, и спортивная подготовка будущих штурмовиков, и «марши несогласных» с засильем инородцев. В центре фильма — исследование психологии главного героя по кличке Штык, замечательно сыгранного Петром Федоровым, обязанного после берлинских просмотров стать звездой. В финале же картины, озвученной нацистской музыкой, диски которой куплены на «Горбушке», напечатаны поименные списки жертв теперешних, уже не киношных, русских фашистов.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.