Свобода слова.
Дорого.
Поддержи The New Times.

#Column

#Суд и тюрьма

Великая эстонская идея

23.03.2009 | Артур Соломонов | №11 от 23.03.09

«Мы нарожаем столько эстонцев, что русская община останется в меньшинстве», «Наша работа — делать эстонцев», «Приказ президента: все заканчивают работу в шесть и до восьми утра трахаются»...

Так говорят в остропатриотическом эстонском спектакле «ГЭП», привезенном на фестиваль «Золотая маска». Актеры из Прибалтики сформулировали для своей страны национальную идею. За лозунгом далеко не ходили: «Плодитесь и размножайтесь».

Группа парней, озабоченная тем, что нация сокращается, решила оказать стране демографическую поддержку. Ведь если срочно не начать размножаться — «на нашей земле будут жить русские медведи».

И вот уже сформированы отряды бодрых осеменителей. Эстонцев должно быть как можно больше, а потому на любовном фронте неустанно ведутся бои. Каждый молодой человек из объединения ГЭП (горячие эстонские парни) дает клятву: у него будет множество детей и как минимум «семь уважающих жен».

Идея, бесспорно, прекрасная — какая еще работа приносит столько удовольствия? Парни думали, что они просто развлекались, а выяснилось — стояли на страже интересов нации. Прекрасное единство возвышенной мечты и грубой реальности.

Но пламенные борцы за размножение вскоре сталкиваются с проблемой: женщины хотят рожать детей не для страны, а для себя. «Я не хочу ребенка ради прироста Эстонии!» — кричит девушка, и все патриотические рассуждения парней из ГЭПа рушатся от одного этого вопля.

Идея спасения нации через всенародный блуд терпит крах. Как и всякая великая идея, эта тоже разбилась о суровую правду жизни: женщины хотят семью и почему-то предпочитают любить только одного мужчину. Ну максимум — двух. А еще хотят, чтобы мужчина не просто оказывал сексуальную поддержку, но и нес ответственность и обеспечивал детей. Парни из ГЭПа ринулись к бизнесменам, но те (странно, почему?) отказались оплачивать жизнь чужого потомства.

Так была сокрушена великая эстонская идея. Женщины и деньги сгубили ее.

Художественную ценность спектакля лучше не обсуждать, но идеи, которыми он нашпигован, весьма любопытны. Помимо проблем демографическо-сексуального порядка здесь во весь рост показан яростный и в каком-то смысле трогательный национализм маленького народа. Ведь почти половина жителей Эстонии — русские. (Кстати, самая смешная сцена — это диалог с русскими владельцами пиар-конторы, которым адепты эстонского размножения доказывают, что эстонцев должно быть больше. Русские, конечно, эту идею встречают не очень тепло.)

Наиболее интересным моментом этого вечера была встреча эстонского спектакля и русской публики. Все подробнейшие описания сексуальной жизни зритель стоически выдержал и даже кое-где смеялся. Хотя стало понятно, что такое эстонский театральный юмор: это когда одна шутка длится первое действие, другая — второе. Небогато, зато запоминается на всю жизнь.

Но когда баланс иронии и серьезности нарушился в пользу последней — проступил подлинный страх эстонцев, и стало ясно, что обсуждается проблема нешуточная, речь идет о возможном исчезновении народа. И тогда со сцены зазвучали не прикрытые ни эстетикой, ни иронией воззвания. На знакомый нам язык это можно перевести, как разговоры об «особом эстонском пути».

Когда прославление Эстонии достигло апогея, какой-то интеллигент из зала тихо взвизгнул: «Россия — для русских».

Диалог культур стал напряженным.

Но в целом бывшие «оккупанты» смиренно слушали, какие проблемы переживает маленькая страна, и безропотно приняли слова о том, что в этом есть и часть русской вины.

Спектакль этот, конечно, далеко не шедевр. Но бывают постановки, которые задевают нерв — и исторических взаимоотношений стран, и актуальных сегодняшних проблем. «ГЭП» — из их числа.


×
Мы используем cookie-файлы, для сбора статистики. Отключение cookie-файлов может привести к неполадкам в работе сайта.
Продолжая пользоваться сайтом без изменения настроек, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.